Переезд в другую страну. Что изменилось за два года?

Два года и один месяц назад я переехала из Санкт-Петербурга в Швецию. Это был плановый переезд, переезд в некую определенность (работа для мужа, квартира для нас всех).

За эти два года в моем отношении к окружающему миру произошли некоторые принципиальные изменения.

Изменение горизонта планирования.
Изменение отношения к воспитанию ребенка.
Изменение отношения к месту работы в жизни человека.
Изменение отношения к незнакомцам.
Изменение к потреблению.
о. Марштранд

1. Изменение горизонта планирования.

Ничего не делается быстро. Любое взаимодействие со структурами займет минимум полгода. Нет, не надо бегать в мыле, не надо стучать кулаком по столу — надо все. делать. заранее.

Причем это находит отражение и в отношении к дедлайнам — меня стали сильно раздражать ситуации, когда надо сделать “вчера”. И в отношении к персональным планам: билеты, поездки и прочая лучше планировать за полгода-год.

Вчера встали в очередь на жилье на сайте https://nya.boplats.se, потому что стоит это недорого — 100 крон в год — а лет через 8–10, когда Александра подрастет, будет возможность проще снять для нее квартиру “из прямых рук”. Время ожидания прямого контракта составляет 5–9 лет в зависимости от района.
Овцы около Бохусской крепости.

2. Изменение отношения к воспитанию ребенка.

Мне очень нравился наш питерский садик. Ребенка в нем постоянно развивали: английский, пение, танцы, гимнастика, математика, русский — я была счастлива, что все происходит в садике, а иначе ведь пришлось бы ее таскать куда-то после садика. Да, это трудно, но необходимо. В хорошей школе гоняют в хвост и в гриву. Там Требуют.

Нет.

Звонок раздается за пять минут до начала уроков, потому что он для учеников, а не для учителя.

Теперь, когда я читаю комментарии вида «не так уж все и хорошо с зарубежным образованием. Я знаю многих, кто вернувшись из другой страны был вынужден нанимать ребенку кучу репетиторов, потому что знания были очень слабые». Просто ну… не надо возвращаться. Извините.

У образования в Швеции совершенно, принципиально иные цели.
Да, совершенно нет упора на «знания». Но есть упор на… умение ставить цели, планировать их достижение, выяснять, что тебе интересно, слушать себя, понимать себя, жить с собой. Уметь находить информацию и критически ее оценивать, уметь выбирать интересное лично тебе. Нет проблемы с метапредметным взаимодействием, потому что физика, биология и химия идут под одним названием.

Пусть это несколько утопичное восприятие, ну так и говорить о том, что в российской системе образования все получают знания — утопично.

Кто-то сможет, кто-то нет.

Хочется переделать анекдот: российское образование мне много что дало. В шведской системе у меня не было ничего, а тут — ничего и дергающийся глаз.
Малый ботанический сад в Гетеборге во время культурного фестиваля.

3. Изменение отношения к месту, которое занимает работа в моей жизни.

Работа это не единственная и не важнейшая часть жизни. Нет необходимости бежать в два раза быстрее только для того, чтобы остаться на месте. Эффективный работник будет уходить в 4–5 часов, чтобы потом плавать на каяке или сидеть с ребенком в кафе. Не надо человеческих жертвоприношений. Если у тебя будет жизнь за-пределами-работы, нормальная полноценная жизнь, то ты будешь более трудоспособен на_работе. Сдохни-но-сделай перестало быть шуткой или комплиментом трудоспособности коллеги.

Но такое, наверное, возможно только при достойной минимальной оплате труда.

Правило: если ты идешь по улице, и вдруг выглянуло солнце — остановись, подставь лицо лучам. Неизвестно, когда оно будет в следующий раз.
Для сравнения: в Петербурге около 70-ти солнечных дней в году, а в Гетеборге около 130.
«Наскальная живопись» в Гетеборге.

4. Изменение отношения к незнакомцам.

Я стала разговаривать с людьми на улицах. Я знаю, как выглядят мои соседи, и что дочка одной из них училась в Петербурге. Каждый день я с кем-то здороваюсь на улице. Иногда это просто люди, которых я не знаю, но вижу несколько месяцев подряд.

Частично это обусловлено установкой на «я должна практиковать язык» и вынужденной болтливостью. Частично тем, что они доброжелательны и улыбаются.

Заговорить с незнакомцем — не страшно.
Церковь в Бохуслэне.

5. Изменение к потреблению.

Мы стали значительно меньше потреблять. И все вокруг потребляют значительно меньше, чем было принято в России.

Отказ от походов в кафе и прочее перестал быть болезненным и перестал быть гипертрофированным.

При этом совершенно нормально купить еще коробку свечей и вот ту тыкву для украшения дома.

В Ботаническом саду Гетеборга.

Изменения, которые не произошли.

1. У меня все еще нет кабинета в квартире, хотя есть для него место. Я работаю, ем и отдыхаю за одним и тем же столом. (Хотя уже чувствую в этом некоторую неправильность.)

2. Я иррационально боюсь находиться одной в лесу. (Не может такого быть, чтобы не было ни одного маньяка.)

3. У меня повышенная тревожность: все время кажется, что ребенок мало знает, мало умеет, мало развивается. Все время кажется, что где-то мы не досмотрели, не додумали, не доучли (причем иногда так и оказывается, потому что шведы очень хорошо работают с инструкцией, но очень плохо обрабатывают случаи, которые не укладываются в привычный порядок. В эти моменты за ними надо следить в 4 глаза).

4. Я не нашла в себе глубокой внутренней потребности спасать весь мир и кенийских детей в частности. Я пока свою семью недоспасла.

Вид на Бохусскую крепость.