О «ложной беременности» собственника

В сериале «Mental» у пациентки живот как на седьмом месяце беременности, «толкается плод» и в какой-то момент даже «отходят воды». Но на УЗИ никакого плода нет. Ложная беременность. Диагноз известный.

Удивительно другое. Она наблюдается у своего мужа, опытного врача, который полгода назад оставил практику, чтобы посвятить себя заботам о «беременной» жене. Более того возражая врачам госпиталя против диагноза «ложная беременность», он на их глазах поводит УЗИ-обследование и «видит» на экране плод: головку, ножки, ручки —. указывает на них жене, и она тоже все это «видит».

Это называется «помешательство вдвоем», когда потерявший связь с реальностью человек заражает тем же другого (обычно своего близкого).

Вспомнил об этом диагнозе, когда в очередной раз услышал мнение, что, если сотрудник, например, директор по HR, является экспертом, скажем, в области организационных изменений, то он не должен в отношении собственника, CEO, вставать в отстраненную позицию внешнего консультанта.

Ему мол недостаточно предлагать лишь свое видение и понимание управленческой ситуации и необходимых в ней действий CEO или собственника, а он должен настойчиво убеждать в правильности своей «методологии» и добиваться от CEO или собственника совершения действий, которые считает правильными: «Если не будете внимать моим доводам, за себя не отвечаю!» А это возможно лишь тогда, когда он болеет за результат и будущее компании не менее сильно, чем сам собственник.

В оправдание такой точки зрения приводится аргумент, что, ведь врач по- разному будет лечить чужого человека, который просто платит ему деньги, и своего близкого родственника. В последнем случае будет прикладывать гораздо больше усилий. Так и эксперт должен быть более пристрастным, когда дело касается организации, в которой он работает.

Теоретически, может быть, и так. На практике же все зависит от «заболевания» и «метода лечения». Если речь идет об антибиотике, то, наверное, близкому человеку врач выпишет самый современный и действенный, не взирая на его цену и предписания Минздрава об отпуске лекарств. И приложит неимоверное количество усилий, чтобы убедить близкого человека, что принимать нужно именно его, а не разрекламированное по телевизору средство для повышения иммунитета с клинически недоказанным эффектом.

Но это очень простая ситуация: 1) метод лечения прост и механистичен: пропей курс таблеток и будет тебе счастье, 2) близкий человек выражает полное согласие с тем, что грипп —. это безусловно плохо, выздоравливать точно нужно.

В более психологизированных случаях уже не так просто, скажем, со спивающимся близким родственник. Таблеток от алкоголизма не существует. Чтобы излечиться, нужно самому больному прилагать определенные усилия. Плюс не каждый алкоголик признается, что он выпивает чрезмерно и не способен остановиться.

К тому же, если от гриппа особых выгод, кроме, может быть, больничного нет, и общая слабость и повышенная температура удовольствия не доставляют, то лишняя рюмка водки расслабляет, успокаивает, снимает стресс, уводит от житейских проблем.

Сложность ситуации с алкоголиком как раз и определяется тем, что сам человек ее и создал. — Со всем своим жизненным опытом. Это ситуация с неоднозначными отношениями с другими людьми и сложным отношением к другим людям, завязанная на осознании глубоких смыслов, включая сам смысл жизни, и жизненных ценностей. —. Уникальная ситуация, созданные именно им (несомненно, и с помощью окружающих), очень личностно нагруженная…

Поэтому, зачастую, чем сильнее близкие убеждают алкоголика бросить пить, тем чаще он прикладывается к бутылке, заглушая алкоголем и стресс, и тревогу, и чувство вины перед ними. Он даже может податься уговорам близких и пройти кодирование или еще что-то там, но через какое-то время снова сорвется и обвинит близких, что они лишь портили ему и себе нервы, убеждая в действенности никуда не годных методов и лекарств.

Пока алкоголик не возьмет полную ответственность за свое состояние и свою жизнь на себя, никакой «врач-волшебник», а, тем более, врач — близкий родственник, ничего изменить не сможет.

То же в управлении. Не существует волшебных рецептов, как превратить компанию в великую, как перевести ее из нынешнего состояния, в которую собственник, собственно говоря, и привел ее, в «идеальное». А, если бы и были такие рецепты, то у сотрудника, каким бы он ни был замечательным экспертом, никогда не будет достаточно власти и полномочий, чтобы их безоговорочно воплотить в жизнь.

Это только наркоман (как при реабилитации в «Городе без наркотиков») может предварительно добровольно согласиться, чтобы его морили голодом и насильно удерживали в изоляции от мира. Но любой собственник, построивший успешную компанию, преодолевший множество трудностей на этом пути, быстро взбунтуется от любых «насильственных предписаний» своего сотрудника по улучшению бизнеса.

Ничего в компании не изменится, пока первые лица не перестанут искать волшебных рецептов успеха или чудо-профессионалов, и не начнут действовать, пробовать, ошибаться и брать на себя ответственность за свои ошибки.

И еще о вовлеченности эксперта, о его принятии близко к сердцу происходящего в компании.

Сила эксперта как раз в отстраненности —. в способности увидеть ситуацию со стороны, хоть как-либо объективно. Если он будет слишком пристрастен, то начнет конкурировать с собственником за будущее компании, навязывая ему свое видение будущего бизнеса, направляя бизнес туда, куда и идти не стоит, и где собственнику будет не комфортно им управлять.

Это и произошло в сериале. Врач разошелся с первой женой, так как она не могла забеременеть. Он женился на более молодой, но беременность закончилось выкидышем. Но он так страстно желал ребенка, что через какое-то время обнаружил у жены «признаки» новой беременности. Жена поверила мужу-эксперту, у нее начал расти живот.

Помешательство мужа (он начал видеть несуществующий плод на УЗИ, а результаты анализов во время кратковременной прошлой беременности приписывал текущему состоянию супруги…) передалось и ей. Она просто сняла с себя ответственность за свое состояние и оказалась в плену его иллюзий.

Чтобы избежать «ложной беременности», то ли в медицине, то ли в бизнесе (когда управленческие инструменты начинают внедрятся не во благо конкретного бизнеса конкретного собственника, а по прихоти оказавшегося крайне убедительным консультанта), эксперт должен оставаться в исследовательской позиции — совместного с собственником познания того, что для него в его бизнесе важно и значимо, и на что он готов пойти, взяв на себя полную ответственность, а на что нет.

Я называю это кобучингом — ко-обучением кобуча и собственника тому, что собственнику действительно важно и нужно, и как этого достичь. Нет однозначно правильного выхода из сложных управленческих ситуаций.

Кобуч —. специалист, который может помочь разобраться с такими ситуациями, изначально признает, что он ничего не понимает ни в том, как ситуация возникла, ни в том, из чего она состоит сейчас, ни в том, как с ней разобраться. И только в диалоге с собственником, хозяином ситуации, кобуч и собственник совместно смогут обучиться, как такую ситуацию разрешить.


Originally published at molokanov.wordpress.com on April 15, 2015.

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.