Счастье приносящий.

Текст был переведен с английского. могут встречаться шероховатости.

Я встретил Бакытбергена (что в переводе с казахского означает «счастье приносящий») на одном из светских мероприятий города. Он сидел неприметный, в самом дальнем углу зала, уткнувшись в свой смартфон. Случайный прохожий, увидев этого худощавого парня с модным ершиком, ни за что бы не поверил, что перед ним сидит самый настоящий миллиардер, о котором еще не проведал всезнающий журнал «Форбс». Так бы поступил и я, если бы не наводка моего друга, уже 7 лет работающего в крупном американском стартапе в сфере шифрования данных. А между тем это так. Бакытберген только что прилетел из солнечной Калифорнии, где на трехстах акрах самой дорогой земли, прямо между корпусами Mozilla Foundation и Verisign раскинулся его просторный офис, к дизайну которого был привлечен прославленный японский архитектор Тойо Ито. Основные направления бизнеса компании Бакытбергена Джакомо — криптовалюта и технологии блокчейн. 8 из 10 ICO, происходящих в Калифорнии так или иначе имеют отношение к Cryptozania — именно так назвал свое детище «Счастье приносящий». Среди партнеров Андриисен и Горовиц, Секвойя капитал, Аксель партнерс. Иногда, в офисе Cryptozania можно запросто наткнуться на Питера Тиля или одного из тринадцатилетних двойняшек Илона Маска (по просьбе отца они проходят здесь инди курсы по шифрованию). Конечно, для меня, искушенного в особенностях казахского пиар и знающего, как любят у нас надувать картонных суперменов из разных провинциальных персонажей, это звучало too good to be true и я устроил ему «допрос с пристрастием». Результатами допроса я решил поделиться и с вами, дорогой читатель.

— Бакытберген!

— Можно просто, Бак.

— Ок. Бак. Позволь мне сразу взять быка за рога и задать тебе, не очень то этичный, но важный вопрос — Это правда, что твое криптовалютное состояние в фиатной валюте оценивается в сумму порядка 8 млрд. долларов?

— Не совсем, но очень горячо, очень близко к этому. Цифра все время меняется в виду высокой волатильности рынка. Вообще-то, мне не очень нравится меряться «членами» и уж тем более переводить свои криптовалютные активы в аналоговый формат и сравнивать с традиционными участниками списка Мидас. Мне это не доставляет никакого наслаждения. Вся эта атрибутика эпохи Хью Хеффнера в виде лакшери машин, яхт и джетов — все это не для меня. Гораздо больше меня увлекают полеты на Марс, изучение глубокого космоса, искусственный интеллект или просто прогулка на скутере вдоль венис бич. Около 90% моих криптовалютных активов я доверил трасту, чьей задачей будут инвестиции в поиск и установление контактов третьей степени. Это гораздо больше, чем выделяет на charity Марк Цукерберг, но немногим меньше, чем это сделал Уоррен Баффет.

— В смысле, контакты третьей степени? Инопланетяне что ли?

— Совершенно так. На сегодняшний день все изыскания в этой области засекречены и монополизированы правительствами разных стран. Мне бы хотелось вернуть эту привилегию всему человечеству.

— Ок. Расскажи о том, как ты оказался там, где ты оказался? Откуда у тебя, простого казахского паренька, все это?

— Я являюсь adopted kid. Мои приемные родители нашли меня в захолустном доме малютки в Кзыл-Орде и увезли в штаты еще в трехлетнем возрасте. Моя мама Джейн Уолтерс работала высокопоставленным офицером в кибернетическом подразделении ВМФ США. Отец был преподавателем. Имел степень доктора наук в области machine learning. К сожалению, 5 лет назад он трагически погиб в авиакатастрофе.

— Мои соболезнования.

— Спасибо. Так вот, перед смертью, как будто бы почувствовав что произойдет что-то неладное отец подарил мне «тумар» — треугольный кусочек кожи на шнурке, который нужно было все время носить на теле. Говорят, это по казахским традициям. Он сказал мне, что это был подарок от моей биологической мамы и я с большой благодарностью надел его. Однажды, после смерти отца, я поехал с друзьями во Florida Keys и зашел в океан, забыв снять с себя амулет. Он весь замочился морской водой. Мне потом пришлось сушить его в номере феном. В какой-то момент я развернул кожаный футляр и увидел внутри аккуратно сложенный листочек бумаги запечатанный в полиэтилен. Я развернул бумажку. На ней был написан какой-то длинный цифровой код. Я ничего не понял, показал всё это дело другу и он пояснил мне, что это походит на номер биткойн кошелька. Конечно же, мы проверили его и обнаружили на кошельке порядка шестидесяти тысяч монет — на тот момент это было около одного процента от всего объема в обращении. Тогда биткойн оценивался в 30–40 центов и мои активы практически ничего не стоили, поэтому я и забыл о них… Вернулся к ним я в году 2013-том, уже в тот момент, когда цена перевалила тысячу долларов за монету. Я продал примерно треть от имеющегося количества монет и инвестировал их в акции amazon, google, electronic arts и ряд других технологичных компаний. Также, в наследство от отца мне достался небольшой пакет акций компании apple. Он был странным малым — купил себе акции практически через пару лет после выхода на экраны фильма Forrest Gump. Это было, если не ошибаюсь году в 96-том и они стоили тогда порядка 2–3 долларов. Мама всегда над ним смеялась, а потом родители и вовсе о них забыли. Я нашел их в отцовском сейфе уже после его смерти — смешная пачка бумажных сертификатов. Ну и пожалуй, еще одним фактором успеха было то, что мне удалось через друзей приобрести часть акций Tesla — еще до выхода компании на IPO, где-то по доллару за штуку. А потом, все мои операции вдруг начали приносить плоды и завертелось всё как-то… (смеется)

— Сказочная история. А что ты забыл в Казахстане? Цель твоего визита?

— Я хотел разыскать своих биологических братьев и сестер. Я провел несколько лет в поисках своей биологической матери. Нашел адрес её проживания. Встретился с ней. Оказывается, в молодости она неоднократно подверглась сексуальному насилию и надругательству со стороны своего двоюродного дяди (высокопоставленного чиновника из системы правоохранительных органов). В результате одного из таких инцидентов, на свет появился я. Мама — тогда еще студентка института иностранных языков скрывала от своих родителей как факт своей беременности, так и мое рождение. Она отвезла меня в Кызыл-орду. Вскоре, дядя-насильник попался на взятке. Ему дали длительный срок заключения. Он умер в колонии. Жизнь мамы после этого наладилась, но все эти стрессы и депрессия, все эти кошмарные воспоминания. В общем, она увлеклась наркотиками. Сейчас она очень плохо выглядит и я предложил ей пройти курс реабилитации в частном рехабе в Санта-Монике. Ну вот. А помимо чисто житейских вещей я занимаюсь еще немного исследованиями в области генетики и ДНК. Я проанализировал свой ДНК в трех независимых лабораториях и обнаружил несколько интересных аномалий. Помимо смешения гаплогруппы R1a1a (пра-арийского фенотипа) с J1 (авраамической гаплогруппы) в моем ДНК была обнаружена еще одна неведомая примесь X42. Это сокращение отсутствует в официальной классификации ДНК разбора, но об этом маркере хорошо знают, те специалисты, что обслуживают военно-промышленный комплекс США. Под этим неприметным кодом скрывается допуск на аномальные кровные связи (человек с мутантом, человек с представителем инопланетной расы). Вот я и пытаюсь разгадать загадку своей крови. Откуда, в степях Центральной Азии могли появиться такие мутации? Кто были эти пришельцы?

— Мда. Ну а, прости меня за банальный вопрос, что ты думаешь в целом о Казахстане. Тебя как-то тянет сюда? Планируешь ли ты связать свое будущее с родиной предков, так сказать?

— Ты знаешь, мне немного наплевать на такие условности, как государства и нации. Я вырос немного в другой среде. Мы мыслим чуть более другими категориями. Нас больше волнуют вопросы экологии, науки, прогресса. Например, что находится по ту сторону от черной дыры? Или — есть ли кислород на планете Кеплер 452 и что будет, если мы создадим гравитационный двигатель, который доставит туда первых поселенцев землян в течение двадцати земных лет? Я не вправе также диктовать, как жить вам — казахстанцам. Вы должны пройти собственный цивилизационный путь. Наверняка, ваше нынешнее состояние, состояние вашего общества обусловлено какими-то вескими обстоятельствами и причинами. Грубо говоря, вы должны пройти через свои какие-то вехи и уроки для того, чтобы трансформироваться во что-то, в какое-то более стабильное состояние. Может быть, вы пассионарно консолидируетесь и сумеете совершить толчок вперед, а может быть станете хорошим гумусом, кормовой базой для близлежащего соседа- империи, которая поглотит и переварит этот человеческий материал, выплавив новую физическую субстанцию — типа тюрко-хань или уральский пельмень. Не знаю. Мне немного безразлично.

— Ну и последний вопрос. Не так давно, экс-глава Нацбанка страны Карат Келинбетов заявил о создании новой крипто-гавани на площадке ЭКСПО в Астане. Что ты думаешь об этом? Могут ли казахи покорить эту планету с новой криптовалютной темой? Ты ведь немного в теме.

— Ахахаха (заразительно смеется). Очаровательная концепция корсара 21-го века. Предполагаю, что в детстве г-н Келинбетов любил много читать. Всю эту литературу про пиратов карибского моря и путешествия капитана Немо. Про крайней мере, креативности ему не занимать. Я уже вижу крипто-флибустьеров идущих на абордаж крипто-каравелл, груженных крипто-золотом, пещеры Синдбада морехода, забитые сокровищами. Он умеет визуализировать и вызывать у людей рефлексы собаки Павлова. К сожалению, реальность немного отличается от подобных суггестивных проекций. В США такого прожектера «приперли” бы к стенке еще два-три факапа тому назад. Хотя бы после случая с bail-out-ом крупных банков. Хотя, повторюсь, мне немного безразличен ваш политико-экономический ландшафт. Живите с этим сами. У вас ведь демократия, не так ли?

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.