Кровавые алмазы.

АК и песок.

Сотни сверкающих камней густо усыпали стол перед полевым командиром. Красный берет, выцветший под бесконечно палящим солнцем, пистолетная кобура на поясе, недопитый виски и легкий привкус зажженной сигары в воздухе. Коротко затянувшись, он взяв алмаз, поднес его поближе и повертел в руках.

-Отлично. Этого хватит надолго.

-Что прикажите делать с работниками?

-Закопайте там же.

Это вовсе не сцена из нового сценария Таррантино, это обычный день в Анголе, Сьерра-Леоне или Либерии. Страны третьего мира, известные вечно полыхающем пламенем гражданской войны, щедро финансируемой Западом. Но и Запад не хочет делиться вооружением и ресурсами для новых орд повстанческих армий совершенно безвозмездно. Что вообще Запад способен сделать безвозмездно?

На африканских алмазах выстроен бизнес, по масштабу сравнимы только с нефтяным. Каждый день сотни только что добытых алмазов заботливо упаковываются и уходят на европейских материк. Деньги от таких посылок идут в карман местного наркобарона, который держит власть в государстве. Таких стран немного, но они есть. На деньги от кровавых алмазов там процветает беззаконие и коррупция, а пулю на улице получить также легко, как выкурить сигарету.

Сьерра-Леоне и Либерия.

Да, знаю. Ты уже не слышал о них. По истине центр американской демократии во всех Африке. С 1983 по 2003 год в Либерии и Сьерра-Леоне вновь полыхала гражданская война. Местный президент поддержал повстанческое движение в соседней Сьерра-Леоне и в обмен на местные алмазы начал толкать оружие и наркотики прямиком в руки повстанцев. Повстанцы же устроили отчаянный кутеж и пальбу внутри Леоне. Тысячи трупов, нещадная, ручная добыча алмазов и война между группировками повстанцев окончательно угробили экономику Леоне. Наркотики, оружие и доллары рекой потекли внутрь страны и уже начали было занимать и Либерию, пока ООН внезапно для обеих стран не заметила: «как это страна, поставляющая столько алмазов, умудряется пребывать в такой заднице?». Заметила и разобравшись, решила наложить санкции на Либерию и торговлю алмазами. Тридцать лет террора и анархии пали, разбившись об каменные лица европейской ООН.

Также есть сведения, что либерийские алмазы покупали и Аль-Каида, для финансирования своих терактов в американских посольствах после того, как все другие активы организации оказались заморожены спецслужбами.

Сегодня в Либерии и Сьерра-Леоне мир. Санкции на торговлю алмазами сняты и под пристальным взглядом ООН, они пытаются создать свою легальную алмазную промышленность.

Ангола.

Запомни эту страну, парень, именно она стала причиной создания Процесса Кимберли, о котором я расскажу тебе чуть позже.

Ангола поздно получила независимость — 11 ноября 1975 года. Все это время она была колонией Португалии, пока не добилась право на самостоятельность путем народного восстания. Этакая октябрьская революция по-африкански. Добилась и сразу же влезла в новый конфликт — гражданскую войну. Внутри Анголы столкнулись те же силы, что и освободили ее от назойливых португальцев. Народное движение за освобождение , Национальный союз за полную независимость (УНИТА) и Национальный фронт освобождения ни как не могли поделить власть внутри страны и власть над алмазами. И пока каждый тянул одеяло на себя, предприимчивая УНИТА в период с 1992–1998 продала на Запад 3,72 миллиарда долларов таких желанных для всех трех сторон камней. И пока остальные чесали затылки со словами: «а что, так можно было?» УНИТА разрослась и стала одной из самых мощных сил внутри Анголы, подминая под себя остальных. Осознав, насколько важны алмазы для продолжения гражданской войны, Большой Брат перерезал денежную артерию Анголе, запретив покупать алмазы из зоны конфликта. И несмотря на то, что война в Анголе все еще идет, оборот кровавых алмазов снизился с 20% по 1999, до 1% в 2004. А значит крови на дорогах стало существенно меньше.

Кот-д’Ивуар.

В начале 1999 года в Кот-д’Ивуару произошел государственный переворот. Власть в стране попала в руки к радикалам и внутрь потекли конфликтные алмазы из Либерии и Сьерра-Леоне. Новое правительство тратило деньги от их продажи как хотело и внутри страны также стали процветать наркотики, торговля людьми и оружием. Европу просто захлестнула волна подобных алмазов и бороться с их торговлей стало практически невозможно. В каждой ювелирке можно было найти несколько африканских алмазов. Поэтому ООН поступило просто и надежно — вновь запретила покупку любых алмазов из горячих точек Кот-д’Ивуара. Но это только подстегнуло сбыт камней — из-за санкций они стали продаваться очень дешево и валово ввозиться на европейские рынки. Мало того, незаконная торговля кровавыми алмазами продолжается и сейчас, но сегодня их покупают в основном террористические организации.

Процесс Кимберли.

19 июля 2000 года была принята резолюция для контроля торговли алмазов в Европе и сокращения такого огромного количества алмазов на рынке. Теперь, чтобы продавать алмазы, нужно пройти сертификацию, в которой и выяснят откуда ты их взял и каким образом. Продажа алмазов, непрошедших сертификацию уже карается по всей строгости закона. Правда кимберлийский процесс проводится самими странами, торгующими алмазами, поэтому это несколько ненадёжно. Как дать ребенку ремень и попросить его себя наказать самому. Бесполезно.

Да и откровенно в алмазные дела воюющий государств никто не вмешивается. А ведь если они так отчаянно борются с мусором, почему бы просто не прибраться? Что могут сделать санкции государству ,у которого и так ничего нет? Так что насколько глубоко простирается власть кровавых алмазов вглубь Европы нам остается только гадать.

Крупнейшие алмазы мировой истории также практически все родом из Африки. И сколько из них кровавых мы не узнаем никогда.

Итог. Алмазный бизнес давно и широко процветает в Африке. На деньги от их поставок каждый день закупается оружие и боеприпасы. Каждый день совершаются военные перевороты и террор внутри и без того бедных и маленьких африканских стран. И как бы матушка Европа не делала вид, что борется с кровавыми алмазами — они были, есть и будут. Хотя бы потому, что оборот таких алмазов в год приносит 80 миллиардов долларов. А зачем бороться с тем, что приносит такие деньги?

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.