Кофе и Капитализм
Стоит признать, что кофе — это неотъемлемая часть современного капитализма
Современный капитализм просто не сможет существовать, если мы все не будем просыпаться и идти на работу в одно и то же время.
Человеческое тело, вовсе, не создано для того чтобы просыпаться и работать по 8 часов к ряду. Или больше. Ему для этого нужны психостимуляторы.
По правде говоря, я реагирую на многие другие психостимуляторы лучше, чем на кофеин, но они нелегальные, дорогие и их не так просто достать.
Ирония заключается в том, что наша толерантность к кофеину сейчас слишком высока. Он больше не выполняет свою функцию. Мы все также устаем.
Каково же решение? Аддерол! Аддерола всем.
Работай больше. Работай дольше. Работай тяжелее. Не важно, если ты доведешь свое тело до полного истощения.
Знаете, почему это не важно? Потому что кругом больше тел, чем работы для них. Именно.
Капитализм вовсе не заботит здоровье отдельного тела или отдельного разума. Ценность и рабочее время — единственное, что имеет значение.
Именно поэтому Маркс начинает свое исследование ценности в “Капитале” с вопроса об измеримом рабочем времени.
Краеугольный камень капитализма — это преобразование квалифицированного труда в количественный труд.
В этом заключается суть Фордизма и Тейлоризма, как писал Грамши в “Тюремных тетрадях”.
Единственный способ сделать труд измеримым — это уровнять все тела относительно их потенциальных способностей.
Но, конечно же, тела вовсе не равны в плане потенциальных способностей.
Знаменитая Спинозистско-Делезианская мантра: нам еще не известно на что способно тело.
Но, что мы точно знаем — если продолжать пичкать тела веществами и регулировать их активность, мы сможем создать тела более похожие друг на друга.
Это то, что Фуко называет “дисциплинарной властью” или “субъектификацией”.
Дисциплинарная власть не имеет отношения к вашему БДСМ фетишу.
То, что мы все просыпаемся в одно и то же время, чтоб пойти на работу — намного более важный фактор в процессе социальной репрессии, чем подавление сексуальности.
Фуко сам об этом говорит в “Истории Сексуальности”. Он отвергает репрессивную гипотезу на первой же странице.
Вот вам плохая новость по поводу вашей сексуальной революции:
Не важно какие извращенные вещи вы практикуете в кровати, до тех пор пока вам нужно вставать и идти на работу следующим утром, ни о какой революции речи быть не может.
Тела регулируются для того чтобы они могли выполнять количественную работу одним и тем же образом.
Возвращаясь к нашей первоначальной теме: все вышесказанное идеально иллюстрирует то, как вещества регулируются в нашем обществе.
Вы когда-нибудь задумывались над тем, как общественное мнение в США изменилось с Сухого закона до увеличения случаев алкогольного отравления?
Все дело в изобретении “выходных”.
“Выходные” как концепт был изобретен профсоюзами. Поблагодарите их за это.
Изобретение выходных позволило регулировать отношение между алкоголем и работой.
Когда мы пьем? По выходным. По будням мы работаем.
Все мы знаем, что не должны пить по будням, иначе нас будут считать алкоголиками, а им не так легко устроиться на работу.
Похмелье в воскресенье утром — это забавном, похмелье на работе — просто безответственно.
Если взглянуть на буклеты движения за трезвость, все они выражают один страх:
Страх того, что если рабочий начнет пить, то он не сможет остановиться.
Но как только “выходные” были изобретены, алкоголь удалось включить в биоритм капитала: рабочие начинают пить в пятницу и заканчивают в воскресенье.
Регулировка тел и их желаний — одна из самых важных составных капитализма. Делез и Гваттари говорили об этом в “Анти-Эдипе”.
Легализация, распространение и регуляция наркотических веществ — ключевая часть этого процесса по дисциплинированию тел.
