Разгребая гараж

Наши мысли ценны, и то, что кажется ненужным тебе, может помочь мне

Эта коллекция записей — небольшое исследование для самопознания, совсем-совсем неоригинальное, но очень для меня важное.

Как и у многих людей моего поколения, чтение у меня происходит, как правило, в интернете. Да, это не так хорошо, как когда читаешь книги (по меньшей мере, для зрения). Пожалуй, и качество получаемых сведений страдает. И всё же, это тоже чтение огромной ценности, так как для меня необходим личный опыт людей, которые знают, о чём они говорят. Он бывает важнее, чем уже упорядоченная кладезь знаний — ведь в книгах, как в больших водоёмах, дно устроено, берега очерчены, вода достигает тебя волнами продуманных, ритмичных мыслей. Интернет — это как река: не всегда видишь, что и к чему течёт, мысли выбиваются из берегов, временами пересыхают, камни катятся по дну… и эта река питает твою голову вечно свежими, вечно меняющимися данными.

Да, я люблю опыт людей, которые знают, о чём говорят. Люди знают многое, и всё, что знают они, ценно для кого-то — ценно и для меня. А что же знаю я?

Не много. Я знаю лишь выкройку своего собственного поколения — этого странного пласта породы, сложившегося в эпоху ранних 90ых — которое теперь обретает вид, заставляющей всех остальных стоять на ушах, и у которого наблюдается острая напряжёнка с самоопределением ; а ещё маленький мир моей собственной души. Вот и всё, что я знаю, чем владею. И когда я пишу здесь, я как человек, который во внезапной тяге к порядку начинает разгребать подвал, гараж и балкон, залезая на дальние полки и дивясь найденному; затем выставляет всё это перед домом на осмотр соседям, надеясь, что и им из этого что-то пригодится, и они заберут это с собой. В том, собственно, и состоит моё нехитрое исследование.

Итак, эта запись первая — считаю уместным представится.

Кристина, Ваша покорная слуга, родом из Сибири, если это имеет значение. Прошу извинить мой местами странный русский, мне всё же приходится заново учится родному языку после 10 лет жизни в англоязычной стране. «10 лет — какой же это срок?» — удивлённо скажет кто-то. Уточню — это срок всей моей взрослой жизни. Как я уже упомянула, я из поколения «миллениалов» — явление, как говорят, пугающее. Я ничего не понимаю в таких страхах, понимаю только, что нашим родителям чуждо наше «озападневшее» мировоззрение, манера одеваться, а есть ли у нас какие-то ценности, люди, воспитанные в Советском Союзе, часто подвергают глубокому сомнению.

Что ж, ценности есть. Есть взгляды, есть свой путь. Об этих вещах я, как человек, ищущий себя и своё место под солнцем, скорее всего, и буду писать. Вот например, есть у меня такое убеждение, что прав был дедушка Ленин, когда предостерегал нас от засорения русской речи иностранными словами. И правда, зачем говорить «дефект», когда есть слово «недостаток», или «адекватный», когда можно сказать более точно — «подходящий», или «здравомыслящий»?

Я не люблю использовать нерусские слова, когда говорю на русском, и всегда стараюсь заменить какое-то «учёное» иносказание на более простое и понятное наше выражение — в этом дневнике я постараюсь использовать не больше одного, двух или трёх «иностранцев» на запись (полностью я их не исключаю, чтобы не доводить до маразма). Во-первых, таким образом речь и правда звучит легче для восприятия. Во-вторых, наш язык очень богат, в иностранных заимствованиях чаще всего нет нужды. Ну и в-третьих, язык откладывает отпечаток на образ мыслей. И чтобы мысли не путались, я стараюсь научиться как можно лучше разделять языки, которыми владею, друг от друга.

Я в данный момент нахожусь в Лондоне, где занимаю должность на маленьком предприятии, занимающимся древесным топливом. Когда я пытаюсь объяснить людям, что я делаю, звучит это долго, нудно и запутанно, но на самом деле, это — самая интересная работа, которая когда-либо у меня была. Я обрабатываю заказы, которые к нам приходят, отдаю распоряжения по передвижениям товара, потом из-за этих передвижений ругаюсь с перевозчиками, в конце концов, много извиняюсь перед покупателями и делаю им новые выгодные предложения. В течение дня я веду учётную таблицу, куда смотрю, как в карту, и вижу в ней всякую прибыль, объёмы, номера поставок, покупок, имена, веду учёт, веду, весь день. Почему интересно? Скорее всего, потому, что будучи подростком, больше всего я любила играть в стратегии… :) Очень напоминает.

Только приехав в Англию, я не выносила Лондон, скучала по Иркутску. Отучившись, осевши, пробившись, дождавшись-таки какой-никакой любимой работы, я Лондон теперь… вполне выношу. Не город-мечта, не для меня. Но что-то в нём есть, я не скрою.

Я пожила в этом городе почти в каждом районе. Я жила в местах, наполненных шикующими шейхами и русскими богачами; жила и в «спальных», преступных, тёмных районах, где была расовым меньшинством — кстати, опыт второго оказался намного приятнее. Люди живее, что ли.

Вот и сейчас, наслаждаюсь обеими крайностями одного и того же Лондона. Предприятие, где я работаю, находится в одном из дорогих районов британской столицы, также имеющего славу весьма обрусевшего — это Кенсингтон, дом таких местных достопримечательностей, как Гайд Парк, Харродс и музей естествознания (кстати, офигенный, очень рекомендую всем гостям столицы с детьми, а можно и без них).

Но детский самозабвенно-восторженный визг в этом музее (кстати, бесплатном) всё-таки, кайф

Мне самой чужды и непонятны дорогие районы.. да любого города, но Лондона в частности. Просто я плохо перевариваю то, чего совсем не могу объяснить здраво. Происходит так — я смотрю на цены, потом смотрю, что за них предлагается, и если хоть в какой-то Вселенной я могу представить, что такое предложение меня бы устроило — я ставлю в голове «галочку», бурчу под нос «понятно», и иду себе дальше. Но если я вообще не могу подумать, что будь у меня хоть какое состояние, а я из всего доступного потратила бы деньги вот на ЭТО… Да. Кенсингтон, в моём понимании, совсем не стоит своей славы. Иным словом нежели «так себе, неплохо» этот район не описать, а цены здесь такие, как будто всё, что ты покупаешь — прямая дорога прямо в рай. Может, это я оттого, что «не дотягиваю». А может, оттого, что дома в России я видела куда лучше, и воспринимала это лучше как должное. А здесь-то мир совсем иной…

Живу же я не так далеко от этого самого Кенсингтона, но вот духовно я не знаю более непохожего района во всей Англии. Добро пожаловать в мой дом — Кэмден!

Типичные представители

Столица в столице, Кэмден — это одна большая туса всех непризнанных и непримкнувшихся к этому холодному миру: молодёжи, у которых, как правило, проколото всё, волосы инопланетного цвета, в одежде сочитается жёсткое, несочитаемое и нарочитое, а мир их вертится вокруг той самой музыки «не для всех»…

Есть праздник, Хэллоуин, что на 31 октября. Когда я иду домой по Кэмдену, я о нём забываю,– в Кэмдене это всего лишь ещё один обычный день, и одеты все соответсвенно случаю. Причём всегда. У нас всегда Хэллоуин, гони сладости! Мы, мол, чудовища на полную занятость, а не как эти вон…

Впрочем, в Англии эти люди, местные чудовища, как правило, добрейшей души народ, так как на деле они давно уже всеми признаны, пользуются неплохой славой, и холодный мир где-то даже жаждет примкнутся к ним. Ну а как я, человек невыдающейся внешности и музыкальных вкусов, здесь оказалась, напишу в следующий раз.

Я надеюсь, Вам будет интересно читать дальше, и мои рассказы покажутся знакомыми и любопытными. Если Вы посещали или живёте в Лондоне, дайте мне знать, расскажите, чем Вам нравится город. И я, конечно, очень ценю и благодарю всех за уделённые мне Вами несколько минут.

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.