Journey to Mars

Джордж Алек Эффинджер, создатель трилогии о Мариде Одране, почти всю жизнь писал не столько ради денег даже, сколько ради оплаты больничных счетов, а после выхода третьей книги цикла к проблемам со здоровьем прибавились вызванные коммерческой популярностью проблемы с алкоголем. Аванс на четвертый роман об Одране Эффинджер все же взял, но после представленного издателю ознакомительного фрагмента (доступен в сборнике Будайенские ночи) окончательно утратил интерес к работе над книгой и за оставшуюся дюжину лет так и не продвинулся дальше.

Впрочем, несколько более поздних рассказов из того же сборника так или иначе рассказывают о событиях в Будайене и жизни Марида, хотя этот недостоверный рассказчик-наркоман не всегда даже называет себя по имени — что и неудивительно, если учесть, как, по всему судя, солоно ему пришлось после смерти своего Папочки, когда противовес влиянию шейха Реды Абу Адиля в старом городе практически исчез. В рассказах Марида вообще довольно трудно отличить от условного Филиппа Марлоу, а его обшарпанную детективную контору — от предлагаемых в аренду помещений какой-нибудь заброшенной фабрики времен калифорнийской золотой и/или нефтяной лихорадки. Барбара Хэмбли, подруга Эффинджера и публикатор его наследия, по этому поводу замечает:

Джорджа часто спрашивали, почему он и словом не обмолвился о том, что происходит в остальном мире во время действия “Когда под ногами бездна”. Ответ, пожалуй, аналогичен тому, какой могла бы дать Джейн Остин, спроси ее кто, почему в “Гордости и предубеждении” ничего не сказано о наполеоновских войнах, или Рэймонд Чандлер на вопрос о том, почему в “Глубоком сне” нет отступлений с обсуждением атаки нацистской Германии на Польшу. Будайен — единственный мир, до которого есть дело его жителям.

Разумеется, этот эффект дополнительно скрадывает условность будайенского Ближнего Востока, у которого и впрямь куда больше общего с Нью-Орлеаном, где Эффинджер провел немногие свои счастливые годы, и с Лос-Анджелесом, где его постигло горькое разочарование в браке. Тем не менее нет-нет, а в герметичную будайенскую реальность старомодного будущего задувает свежий ветерок с фронтира, например, марсианского. Хотя на поверку его источником обычно оказываются вентиляторы.

— Позвольте, я догадаюсь, о почтеннейший,— сказал я, слегка запыхавшись, поскольку местность была исключительно пересеченная.— Тут проживает группа человек, чьей мечтой было переселиться в марсианскую колонию, и по их согласию месту этому придали такой вид.
Я поднял глаза к небу — оно было розово-персикового цвета.
— Именно. Они проголосовали и выбрали эти ощущения, звуки, запахи. В общем-то степень соответствия реальной марсианской колонии довольно высока. «КР» предоставляет им жилое пространство и взимает за него справедливую, по нашему мнению, арендную плату. Кроме этого, мы поставляем им программное обеспечение, создающее иллюзию.

Трудно сказать, знакомы ли с творчеством Эффинджера в руководстве концерна IKEA, но шеф дизайнерского департамента компании Маркус Энгман полагает, что именно инопланетные ландшафты, пускай и тщательно сымитированные, послужат его сотрудникам новым источником вдохновения в условиях, когда постоянно растущее население Земли нуждается во все более компактных, экологичных и экономичных интерьерах. Для этого Энгман отправил делегацию дизайнеров IKEA в пустыню штата Юта, где им предстоит некоторое время прожить в условиях марсианского симулятора Mars Desert Research Station.

Констанс Адамс, консультант миссии со стороны НАСА и архитектор космических модулей, поддержала его, заявив, что “все привычное нам, вроде гравитации, в таких окружениях меняется, и единственное, что остается неизменным, это человек”. Стоимость перевозки 1 кг груза на Марс, по данным НАСА, составит 2 млн долларов США (очевидно, в этих расчетах взят за основу проект SLS, а не в известной мере конкурирующая инициатива Элона Маска, который обещает отправить людей на Марс быстрее и намного дешевле, чем НАСА). Вполне очевидно, что обеспечить, говоря словами Эффинджера, удовлетворительную степень соответствия реальной марсианской колонии целесообразнее в Юте, чем на Марсе, ведь перевозка бригады дизайнеров туда и обратно встанет в копеечку даже шведскому гиганту мебельной индустрии. Да и везти их, похоже, не на чем, хотя, как вы наверняка помните, пилотируемая миссия SpaceX к Марсу намечена уже на 2018–2020 годы, и сомневаться в ее успехе оснований, наверное, нет.

Так что беспокоиться лучше о том, чтобы дизайнеры IKEA не забыли своевременно покинуть симулятор.

— Вам следует знать, что корпорация готовится напустить на мир смертельно опасную КР. Возможно, нам не по силам будет ее обуздать. Я предвижу смерть и разрушения на каждом уровне. А затем, когда испытания этой гребаной КР на нас увенчаются успехом, проклятые религиозные фанатики из корпорации применят ее против вас и того, что вы предпочитаете называть остальным миром. Против Земли, я имею в виду. Я же с Земли, вы в курсе. У меня там родственники остались.
Клянусь бородой Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, ни разу прежде за всю жизнь не посещало меня такое облегчение, как в миг, когда женщина, внезапно потеряв интерес к разговору, отвернулась и уставилась в желатиновый салат.

LoadedDice