No spoilers ahead

Джон Ширли, Ползуны (Crawlers, 2003). Репост с безвременно почившего Scriptogr.am, расширенная версия отзыва на Фантлабе.

Есть книги, которые одинаково интересны и при первом прочтении, и затем, когда воспринимаются подобно собственному продолжению: в числе таких The Affirmation Кристофера Приста и Surface Detail Йена М. Бэнкса (для обеих есть по два варианта перевода названия на русский, поэтому ограничусь оригинальными). А есть работы, которые всего органичнее выглядели бы как собственная идейная противоположность, например, Хроники Нарнии… ИЧСХ, так они и выглядят до определенного момента, пока не начнешь смутно подозревать, что где-то не там собака зарыта.

Для Джона Ширли, одного из классиков киберпанка и, наряду с Баркером, неформального патриарха сплэттерпанка, наиболее характерен сплав элементов хоррора и НФ, со значительным, обычно гипертрофированным, перекосом в сторону первого. Непременными атрибутами работ Ширли выступают также рок- и хэви-металл, исследование темных сторон человеческой натуры и природы нечеловеческой жестокости, этой самой натуре зачастую свойственной, ну и, само собой, не слишком аппетитный секс.

В Ползунах, увы, рока и хэви нет совсем, если не считать спорадических упоминаний о музыкальных вкусах некоторых подростков городка Квибра, а источник мегаломаньяческого зла для удобства читателей красочно визуализирован: так и хочется сказать, с прицелом на экранизацию, но Голливуд пока не проникся (наверное, старые обиды Ширли-сценариста на продюсеров не позволяют сторговаться?), да и экранизация такая, можно считать, уже осуществлена: просто посмотрите встык (а хотя бы и перемежая кадры) любую из версий Вторжения похитителей тел и Вирус.

Секс? Ах да, секс… Ну вот примерно на Ползунах и наметился впервые будущий сдвиг творчества Ширли в сторону новеллизаций компьютерных игр для YA; достаточно сказать, что наиболее эротична сцена разговора одного из положительных героев с переформатированной нанороботами одноклассницей Клео, да и то полагаю, что моя реакция на нее отлична от задуманной автором.

Отметим также, что, в отличие от большинства переведенных на русский работ Ширли, эта вышла сравнительно обширным тиражом и легкодоступна.

Итак, в темной-темной подземной лаборатории где-то под пустынями штата Невада происходит сбой в программе секретного нанотехнологического оружия; нанороботы, вырвавшись на свободу, начали с того, что сплавили весь человеческий персонал лаборатории в химерическое плотско-машинное единство с коллективным разумом, отдельные фрагменты которого способны достаточно качественно имитировать людей, покуда дело не доходит до смертельной инъекции новым жертвам.

Первоначальную вспышку удается купировать, однако кураторы программы не придумали ничего лучшего, как запустить уцелевших нанороботов на спутнике в космос и там дать им развиться до состояния, быть может, потенциально полезного в рамках борьбы с ИГИЛ в Сирии и русскими варварами на Донбассе. Как вы наверняка догадались, через сравнительно небольшое время, около трех лет, спутник сходит с орбиты и падает в окрестностях калифорнийского городка Квибра, где, будучи выловлены из пруда местным пьянчугой, нанороботы начинают вторую попытку окончательного решения человеческого вопроса, не гнушаясь кормиться и иными подручными формами биологической жизни.

И лишь кошки, печальные девственники, не чуждые социопатии, да федеральный агент Стэннер чуют приближение тени Нанокоста. Кошки гуляют сами по себе и ничьего разрешения в истреблении гнусных жучков не спрашивают, а вот задротам-социопатам достаточно тяжело доказать, что с их преподавателями и родителями что-то очень серьезно не так. Зато их непутевые сверстники к воздействию вируса очень восприимчивы, и он отнюдь не лишает их привычной паскудной натуры. Человечество в опасности.

Вторжение похитителей тел, Штамм Андромеда, Вирус, Фантомы, Рой, Секретные материалы, Противостояние, Терминатор… трудно уместить в этой заметке список фильмов и книг в жанре НФ-хоррора, которые Ширли, по моему первоначальному предположению, обстебал в Ползунах. Это не считая самоцитат (например, в более раннем романе Ширли In Darkness Waiting питавшиеся темными людскими эмоциями существа также представали в облике механического вида инсектоидов). Беда в том, что Ползуны совсем не стебная книжка, даже наоборот: очень серьезная, как это вообще характерно для всех работ Ширли, вышедших в свет после его завязки с наркотической аддикцией и заодно буйной рокерской жизнью-жестянкой. Вода необходима для жизни, но в излишке ее можно утонуть: не так ли с технологией? — вопрошает автор, следуя Фрэнку Херберту времен батлерианского джихада.

Задроты и непутевые одиночки хуже поддаются воздействию нанореплицирующегося вируса, нежели завсегдатаи детской комнаты полиции и тем паче взрослые, потому что у них еще не оформлены мозговые структуры, ответственные за твердую оценку своего места в мире и обществе; иначе говоря, поясняет автор, если не будете как дети, нет вам спасения от нанороботов в Царствии Небесном. И так далее.

Те, кто знакомился с ранними творениями Ширли, выполненными в эстетике мейнстримного триллера (Мокруха), ретрофутуристического боевика (Песня по имени Юность) или киберпанка (И пришел Город), знают, что хэппи-энда от его книг можно не ждать: вернее, хэппи-энд обычно, по формальным критериям, случается, но такой, что после него хоть в петлю лезь, хоть святых выноси. В случае Ползунов это правило, в общем, тоже нарушается, зато три секунды до апокалипсиса вас отсчитать заставят, никуда не денетесь. А помните, как в Факультете персонаж Элайджи Бэггинса в последний момент травит матку коллективного муравейника? Принцип “спасать, так Галактику, ебать, так королеву” там был воплощен с предельной художественной силой, и это редкий случай, когда работа Ширли уступает общеизвестным кинематографическим творениям по насыщению визуального ряда.

С другой стороны, есть в Ползунах и фрагменты, рождающие то самое чувство зыбкой недостоверности бытия да лавкрафтианской плодовитости козлов с тысячей молодых, за какие малую прозу Ширли, в частности его новеллы из раннего сборника Heatseeker, высоко ценят знатоки. Например, в одном из эпизодов украшенный рождественскими лампочными гирляндами винтажный “Плимут” на лужайке перед абсолютно пустым и темным домом сменяется в кадре домами ниже по улице, где эти гирлянды уже на месте и весело мигают огоньками… да вот только узоры их лишены всякой симметрии, напоминая скорей продукт стахановской смены бригады ткачих под феном или даунером. Ведь зараженные нанороботами ползуны не понимают, для чего людям рождественские гирлянды, но лишь чувствуют, что им надо в этом подражать.

Одним словом, это могла быть роскошная пародия на всю гирлянду елочных игрушек, перечисленную двумя абзацами выше. Только не стала: Ширли очень серьезно отнесся к возложенной на себя задаче очертить трагическую расщелину, пролегающую между родителями и подростками новой Америки, Америки времен краха доткомов и пыток в тюрьме Гуантанамо, гаджет-аддикции и боулинга для Коломбины… и… и… и выполнил эту задачу.

Ну а что при этом в книжке не нашлось практически ни одного сюжетного хода свежее видеосалонной эпохи, это уж caveat emptor. В конце концов, если даже в самом первом Терминаторе все было не так, как нам наврали власти, то разве можно упрекать киберпанковского Пациента Зеро за попытку приделать все головы субжанровых монстров на один позвоночник? Заимствуя аналогию с просторов Сибири, лучше протопить поезд до отказа, чем бороться с ледяными пробками в отопительной системе вдохновения. Сергей Лукьяненко хорошо представляет, как это мучительно.

А кроме того, такие книги нечувствительны к спойлерам: вы ведь все это уже смотрели. И кстати, навестите-ка при случае любимый видеосалон 1990–2000-х: во что он там мутировал?

LoadedDice

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.