Pacific Realm

Loaded Dice
Jul 24, 2017 · 3 min read

Питер Тьериас, Соединенные Штаты Японии (United States of Japan, 2016)

Едва ли в обозримом будущем на конвентах Федеральной Империи Человека награду за лучший переводной роман вручат книге, действие которой происходит в альтернативном Русском мире. А вот японскую премию Сэйун на днях присудили именно такому роману, и это как нельзя лучше демонстрирует разницу не только между японским и русским фэн-движениями, но и между японской и русской культурами.

Учитывая, какой успех имела экранизация самой известной работы Филипа Дика на стриминговых сервисах Amazon, неудивительно, что Соединенные Штаты Японии стартуют практически в том же мире, но на двадцать с лишним лет позже. Если вы когда-либо задумывались, как могла бы развиваться человеческая цивилизация по той мировой линии пучка вселенных Человека в высоком замке, где операцию “Одуванчик” удается предотвратить, то книга Тьериаса дает довольно убедительное решение этой задачи. Оно вам вряд ли понравится, но, как я уже отмечал, хорошая альтернативная история почти неизбежно дистопийна. А действие Соединенных Штатов Японии отнесено не просто в альтернативную историю, но в историю 1980-х, раннего этапа компьютерной революции, и над половиной этого мира властвует потомок Аматэрасу с Хризантемового Престола.

Вероятно, предлагаемая Тьериасом реализация “старомодного киберпанка” парадоксальным образом ближе к японофильским замыслам Гибсона, Ширли или Шайнера эпохи Pax Nipponica, чем их собственные работы. В классике киберпанка (которую в рунетовском сообществе редко ценят, а еще реже понимают) развитие мира хотя и экстраполируется на параллельную нашей мировую линию, но обычно — в авторское будущее или тот период, который и для нас самих таковым еще выступает. Иногда, как в случае Песни по имени Юность, при переизданиях проводится большая, но не слишком осмысленная работа по разделению альтернативного и модельного исторических векторов.

А это значит, что так или иначе авторам (или сценаристам) киберпанка, существенно обязанного японской культуре, приходится интегрировать в действие Америку, которую они, конечно, знают лучше. В особо запущенных случаях это приводит к забавным результатам: в одной из серий Человека в высоком замке среди вывесок “квартала красных фонарей” Сан-Франциско 1962 года, исполненных на скверном японском, находим Министерство здравоохранения, труда и благосостояния Японии (厚生労働省).

Уроженец Кореи Тьериас же работает с вариантом реальности, где Соединенные Штаты Америки еще к 1948-му были уничтожены как мировая сверхдержава, и трудностей с согласованием японской и американской платформ у него не возникает, за отсутствием последней.

Впрочем, у главного героя, цензора видеоигр для портативных компьютеров, потомка интернированных японских американцев Бена Исимуры, появляются сначала сомнения в непогрешимости такого вывода, а затем и опасные для жизни галлюцинации.

Ну а в самом деле, как еще назвать путешествие вниз по кроличьей норе игры, разработанной безжалостными подпольщиками в белых косплейных париках.

Игры, где Соединенных Штатов Японии никогда не существовало, потому что Вторую мировую выиграли Союзники.

Где Япония никогда не нападала на Советский Союз, а противостояние с Америкой началось после вымышленного авианалета императорских ВВС на штатовскую военную базу, проходившего в стратегических разработках под странным кодовым названием “Операция AI”.

Где Япония не разрабатывала атомную бомбу для взрыва в Сан-Хосе, а входила в историю как единственное государство, пострадавшее от этого оружия, и теряла не один город, но целых два.

Где послевоенные эксперименты в области генетики и биотехнологий существенно осложнены недоступностью экспериментальных образцов из числа людей низших рас: приходится заменять их мышами, крысами и обезьянами.

Игры, у которой в 1980-х лишь одна общая черта с реальным миром Pax Nipponica — повсеместное увлечение японской культурой, в частности, аниме и кулинарией.

Игры, за победу в которой цензора и его femme fatale, детектива тайной полиции Акико Цукино, без раздумий готовы пытать электрошоком или бросать на съедение муравьям. Это, кстати, даже не особенно жестокая казнь, а всего лишь симметричное воспроизведение пыток, каким подвергают задержанных агенты общественной безопасности.

Систему социального кредита, которая сейчас тестируется в Китае, часто сравнивают с оруэлловской всеобщей слежкой за мыслепреступниками — обычно потому, что массовому читателю никакие другие антиутопии, кроме 1984, не известны. Однако партийному инквизитору О’Брайену не помешало бы пройти курсы повышения квалификации в Соединенных Штатах Японии, например, в Калифорнии 1988-го.

При условии, что его бы в очередном рейде не раздавили огромные человекоподобные боевые роботы.

LoadedDice

The She-Prisoner`s Dilemma

Welcome to a place where words matter. On Medium, smart voices and original ideas take center stage - with no ads in sight. Watch
Follow all the topics you care about, and we’ll deliver the best stories for you to your homepage and inbox. Explore
Get unlimited access to the best stories on Medium — and support writers while you’re at it. Just $5/month. Upgrade