Стамбул. День первый: Ябанджи

Рейс из Москвы был очень изнурительным — я прилетел в аэропорт Ататюрка в начале второго ночи. Спать в полете было сложно — рядом сидел торговец креслами для массажа шиацу и изучал каталог, восклицая на каждой странице “Аллах, Аллах, Аллах, Аллах”, поэтому я просто ждал, когда это все закончится.

Аэропорт встретил нас практически декорацией к “Лангольерам” — казалось, что в нем только наш один рейс из сотни человек, и больше никого. При этом, все магазины дюти-фри работали на полную — музыка, свет, вот это вот все, только вот людей в них не было никого — даже персонала.

Быстро поменяв по конской стоимости курса свои двадцать евро на шестьдесят лир, я побрел к такси. Очень добродушный усатый дядя, этакая смесь Каневского и того мужика из Русского Лото, начал меня убеждать, что стоимость такси не влияет совершенно на мой выбор, и он меня довезет, а о цене мы договоримся на месте. Я ему сунул в руки адрес, он запустил таксометр, и мы встали — минут так на десять, чтобы изучить адрес. Естественно, он знал, куда меня везти, ему было важнее узнать, кто я. Не отрываясь от бумажки, он спросил в усы на ломаном английском: “Ты откуда?”

— Я из Москвы

Молчание.

— Я хочу сразу сказать, что политика — это не самое главное в моей жизни, а проблемы Путина и…

— Да, пускай эти двое собачатся. Я тоже не люблю их обоих. Парень, я тебе скажу, что главное — это люди.

— Да, конечно же! Как вы, нашли адрес?

— Странный он, но разберемся на месте.

Таксист дружелюбно закивал, и мы поехали. Тем временем, на счетчике уже было с десяток лир. Впрочем, когда мы приехали к месту, я в глазах дедушки был полным дикарем — я не выразил ненависти к стадиону Галатасарая (он был за Бешикташ), на Босфоре я, видимо, недостаточно сильно кивал в согласии с ним, а когда речь зашла о Рамадане, выяснилось, что я не мусульманин. В общем, к концу поездки, сделав два круга вокруг отеля, он мне выставил счет примерно в две с половиной тысячи рублей, переведя все лиры по допотопному курсу в доллары.

В Стамбуле жизненно важно уметь торговаться. Мы сидели и обсуждали стоимость поездки, как будто это была светская беседа. Я выслушал его доводы, показал свои расчеты, убедил его в том, что правильнее посчитать именно так, ведь у него все равно будут чаевые. Естественно, турок не может согласиться, и мы пришли к соглашению спустя минут десять обсуждений и споров. Скажу так — это было специфично, но душевно. В конце концов, таким образом я сбил практически четверть стоимости, не оставив того в накладе.

Буквально через минуту оказывается, что мой номер не готов (в три ночи), но после того как мы поговорили с портье о футболе, оказалось, что номер есть, он другой, и он даже оказался двухместным. А после того как мы оба сошлись на том, что англичане легко отделались (“Вы, русские, лютые, но мне это нравится, я сам тут хулиган”), он даже предложил выпить как-нибудь по пиву.

Когда я пошел в магазин рядом с домом, где, естественно, никто не говорит по-английски, я услышал в первый раз это слово — “Ябанджи”, что означает “иностранец”. Я знаю, что это очень специфичный термин, который накладывает увеличенную стоимость продукции, но который при должном общении дает снисходительный взгляд турка и бонусные вещи за приятный вечер. А все случилось вот как — я просто ходил по магазину, как это полагается для иностранца, с коровьими глазами, и ко мне подошла владелица магазина. По всей видимости, она хотела у меня спросить, что я хочу купить, но только увидев меня, она подняла вверх бровь и цокнула языком: “Ябанджи”. Я ей сказал на корявом турецком что-то вроде “Да, мой есть ябанджи, спасибо”, она рассмеялась и располовинила мне чек.

Теперь ваш покорный ябанджи должен будет научиться говорить по-турецки лучше, а пока он шел домой, навстречу выехал гигантский бронеавтомобиль для разгона демонстраций и поехал в сторону центра. Я всего 18 часов в Стамбуле, а это меня уже не удивило. Впрочем, впереди было Евро, куча фруктов — что еще нужно для счастья ябанджи?:)

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.