Выступление посла Саманты Пауэр, постоянного представителя США при Организации Объединенных Наций, на брифинге Совета Безопасности ООН по гуманитарной ситуации в Сирии 21 ноября 2016 года

Спасибо, г-н председатель, и благодарю заместителя Генерального секретаря О’Брайена и регионального директора ВОЗ Хофф за их всеобъемлющие доклады, вызывающие глубокую тревогу. Как всегда, мы признательны вам за изложение неприкрашенных и объективных фактов. Ваши выступления в очередной раз показывают, что происходит, когда продолжается этот конфликт, и когда Россия и режим Асада беспощадно наносят удары по гражданским районам с воздуха и регулярно блокируют поставки гуманитарной помощи на местах.

Как сообщается, в восточном Алеппо, удерживаемом оппозицией, по крайней мере, 289 человек погибли со вторника. Один сирийский доброволец сообщил о 180 авиаударах, нанесенных по восточному Алеппо только в субботу. Подумайте о том, что вы делали в субботу, и представьте себе, что вы подверглись 180 авиаударам, пока делали это. Ужасающее видео из восточного Алеппо подтверждает факт шокирующих, бесчеловечных бомбардировок гражданских районов.

Конечно, сегодня мы услышим заявления сирийского режима и Российской Федерации; мы услышим совсем другое изложение событий. Россия, несомненно, будет пространно говорить о том, как ее односторонняя пауза в авиаударах по восточному Алеппо была неким гуманитарным жестом.

Реальность заключается в том, что в восточном Алеппо режим Асада и Россия продолжают свою стратегию “либо голодайте и подвергайтесь бомбардировкам, либо сдавайтесь”. Они бомбят 275 тысяч жителей города и делают паузу, чтобы узнать, сдастся ли кто-нибудь режиму Асада — режиму, который, как известно и нам, и сирийскому народу, систематически пытает тех, кто оказывается под его опекой. Доверит ли кто-нибудь из нас этому режиму жизни членов нашей семьи, наших детей, наших родителей, наших братьев и сестер? Следует иметь в виду, что, когда россияне сделали паузу в своих авиаударах по восточному Алеппо, они сделали это в одностороннем порядке, а это означает, что они не соизволили координировать свои усилия с ООН или любой другой организацией, действительно оказывающей помощь. Это был не гуманитарный жест. Следует иметь в виду, что во время этой паузы в авиаударах Россия и режим Асада не дали ООН разрешения доставить хотя бы одну посылку с продовольствием или лекарствами в восточный Алеппо. Хотя бы одну посылку. Это был не гуманитарныйжест. Следует иметь в виду, что самолеты России или режима сбрасывали листовки, предупреждавшие жителей восточного Алеппо покинуть город или быть “уничтоженными”, о чем многие из нас говорили на нашем прошлом брифинге. И следует иметь в виду, что жители восточного Алеппо, как сообщается, получили текстовые сообщения, предупреждающие людей, что им следует бежать до начала “стратегически планируемого нападения”. Следует иметь в виду, что в прошлом месяце Россия наложила вето на резолюцию в этом Совете, призванную положить конец зверствам в Алеппо. Это также не были гуманитарные жесты.

И помните, что восточный Алеппо — это не единичный случай. Это часть стратегии, осуществляемой по всей стране. По всей Сирии Россия и режим Асада ведут кампанию, которая включает в себя осаду населенных пунктов, блокирование гуманитарной помощи, неизбирательную бомбардировку гражданских районов, а также использование бочковых бомб.

Таким образом, уважаемые участники этого Совета, сегодня мы должны отделить факты от вымысла. Когда мы продлили действие Совместного следственного механизма по Сирии на прошлой неделе, я, как и многие из вас, говорила о том, что мы не можем привлечь к ответственности нарушителей норм против применения химического оружия, если не знаем, какая из сторон использовала химическое оружие. Здесь, опять же, для обеспечения выполнения гуманитарных требований этого Совета нам нужно говорить откровенно и очень конкретно о том, какие стороны несут ответственность за страдания сирийского народа. Это означает, что необходимо осуждать зверства террористических организаций, таких как “Джабхат ан-Нусра” и ИГИЛ, что Соединенные Штаты делали и будут продолжать делать. Но это также означает, что следует говорить правду о действиях России и режима Асада.

Сегодня я остановлюсь только на двух элементах террора, осуществляемого режимом и Россией. Во-первых, режим Асада и Россия должны прекратить кампанию нападений, которая разрушила бесчисленное количество школ, больниц, домов и других объектов гражданской инфраструктуры. Возьмите в качестве примера только некоторые из их недавних авиаударов. С 13 по 15 ноября были нанесены удары по пяти больницам в Сирии. По пяти больницам в течение двух дней. После того как авиаудары поразили другую больницу в восточном Алеппо 18 ноября, все больницы в этом городе, как сообщается, к настоящему времени выведены из строя из-за нападений со стороны России и режима Асада. Каждая из больниц, обслуживающих население в 275 тысяч гражданских лиц, выведена из строя. 6 ноября в результате нападения режима Асада на пригород Дамаска убиты, по меньшей мере, шестеро детей в детском саду. В детском саду.

Соединенные Штаты осознают, что страдания гражданским лицам в Сирии причиняют не только режим Асада и его союзники. Мы самым решительным образом осуждаем все неизбирательные обстрелы гражданских районов западного Алеппо со стороны оппозиционных сил. Эти нападения, как сообщается, стали причиной более 60 жертв с 1 ноября. Мы согласны с Россией, что не может быть никакого оправдания для таких атак.

Но я задаю вопрос: осудит ли Россия хотя бы один авиаудар режима Асада здесь, в этом зале сегодня — или в любой другой день? Выберите любую из больниц, разрушенную режимом Асада, или любую из школ. Осудит ли когда-нибудь Россия своего союзника Башара Асада здесь, в Совете, хотя бы за одно из этих нападений? Мы участвуем в работе сессий, таких как эта, в течение более пяти лет. Но, несмотря на всю резню, устраиваемую их партнерами из режима, россияне не произнесли ни одного слова критики. Даже ни одного скептического слова.

Сегодня я хотела бы назвать конкретные имена некоторых лиц, участвующих в убийстве и ранении гражданских лиц с 2011 года путем проведения воздушных и наземных военных нападений сирийского правительства на города, жилые районы и гражданскую инфраструктуру. Соединенные Штаты не позволят тем, кто командует подразделениями, участвующими в этих действиях, анонимно скрываться за фасадом режима Асада. Нам известны имена некоторых из этих командиров. Среди них — генерал-майор Адиб Саламех, бригадный генерал Аднан Абуд Хильве, генерал-майор Джаудат Сальби Мавас, полковник Сухаил Хассан, генерал-майор Тахир Хамид Халил.

Безжалостные атаки, осуществляемые Россией и режимом Асада, должны прекратиться. А лица, стоящие за такими нападениями, должны знать, что мы и международное сообщество наблюдаем за их действиями, документируем их злоупотребления, и в один прекрасный день они будут привлечены к ответственности.

Я знаю, что сейчас, сегодня, при попутном ветре, эти люди чувствуют безнаказанность. Однако то же чувствовали и Слободан Милошевич, Чарльз Тейлор и бесчисленные военные преступники до них. Сегодняшние зверства хорошо документированы, и у цивилизованного мира хорошая память.

Во-вторых, режим Асада должен прекратить страдания и пытки в местах лишения свободы по всей Сирии. Режим продолжает содержать в тюрьмах десятки тысяч сирийцев — в том числе женщин, детей, врачей, работников гуманитарных организаций, правозащитников и журналистов, — подвергая многих пыткам, сексуальному насилию и нечеловеческим условиям.

Вот как сирийский журналист по имени Шияр описал свой опыт пребывания в Подразделении военной разведки 235: “Они заставили меня встать на бочку и обвязали веревку вокруг моих запястий. Затем они убрали бочку. Под моими ногами ничего не было, они висели в воздухе. Они принесли три палки … Они били меня повсюду … После того, как они прекратили бить меня деревянными палками, они взяли сигареты. Они прижигали их по всему моему телу. Было такое ощущение, будто нож проходит через мое тело, разрезая меня на части”.

Мы знаем, где имели место пытки и где они продолжают иметь место. Среди этих объектов — Подразделения военной разведки 215, 227, 235 и 251; Следственное подразделение разведки ВВС в военном аэропорту “Меззе”; тюрьма “Седная”; и военные госпитали “Тишрин“ и “Хараста”.

И командиры и тюремные чиновники, которые работают на этих объектах, также должны знать, что международное сообщество наблюдает за происходящим, и что они тоже когда-нибудь будут привлечены к ответственности: генерал-майор Джамиль Хассан, бригадный генерал Абдул Салам Фаджр Махмуд, бригадный генерал Ибрагим Мала, полковник Кусай Михуб, бригадный генерал Салах Хамад, бригадный генерал Шаафик Маса, генерал-майор Рафик Шихаде, Хафиз Махлуф.

Соединенные Штаты не забудут о многих сирийцах, которые перенесли так много страданий от рук людей, таких как эти, и мы будем продолжать борьбу в стремлении привлечь их к ответственности за их ненавистнические преступления.

Я хочу подчеркнуть, что Соединенные Штаты осознают, что негосударственные группы также совершают много злоупотреблений в отношении задержанных, включая пытки. Мы самым решительным образом осуждаем любую группу, использующую подобную ​​тактику, и требуем немедленно предоставить доступ для мониторинга всех мест лишения свободы — будь то принадлежащих режиму, или террористам, или оппозиции. Зверства ИГИЛ находятся в отдельной категории, и именно поэтому Соединенные Штаты возглавляют коалицию из 67участников, цель которой — разгромить эту террористическую организацию.

Позвольте мне в заключение сказать следующее. В январе ООН и весь мир подняли тревогу о том, что жители общины Мадайя, осажденной союзниками режима Асада, голодали. Сегодня мы снова получаем сообщения о голоде. Фонд помощи детям недавно сообщил, что в Мадайе в настоящее время также наблюдается рост попыток самоубийства среди детей — о чем раньше в городе практически не слышали. Один из этих детей — 15-летний Омар. Недавно Омар сказал репортеру: “Для меня здесь больше ничего не осталось. И я посчитал, что проще всего мне покончить с собой. Я пытался выброситься с балкона, но он недостаточно высок”. Отец Омара находится в тюрьме. Его матери пришлось уехать из Мадайи, но она оставила в городе Омара, чтобы его не призвали в ряды правительственных сил безопасности. “Здесь нечего есть, — говорит Омар. — Нас тут душат. Такое впечатление, что я нахожусь в тюрьме”. И у Омара есть еще одна мысль, которую вы могли бы ожидать от любого подростка. “Я скучаю по своей маме, по тому, как она будила меня по утрам”, — говорит он.

Мы, не только участники Совета Безопасности, но и все государства-участники Организации Объединенных Наций, должны четко осознавать, что режим Асада, Россия и их союзники несут ответственность за это разрушение — как физическое разрушение, так и, для бесчисленных детей, таких как Омар, психологическое разрушение. И перед лицом этого разрушения, этого безграничного страдания, преступники должны знать, что стремление к военному решению столь же глупо, как и жестоко. Нападения на гражданское население подпитывают терроризм; они не принесут победы над терроризмом. Преступники также должны знать, что, как и их бесславные предшественники в течение истории, они предстанут перед судом за свои преступления. Благодарю вас.

    U.S. - European Media Hub

    Written by

    We connect journalists in Europe with access to U.S. policymakers & perspectives. We're part of the U.S. Department of State. Email to TheBrusselsHub@state.gov