Выступление Президента Обамы на сессии Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций (выдержки)

Russian translation of excerpts of the “Address by President Obama to the 71st Session of the United Nations General Assembly

20 сентября 2016 г.

Однако для того, чтобы двигаться вперед, следует признать, что существующий путь к глобальной интеграции требует корректировки курса. Зачастую, те, кто трубят о преимуществах глобализации, пренебрегают неравенством внутри стран и между ними; игнорируют неотъемлемые черты этнической и религиозной самобытности; оставляют международные учреждения плохо оборудованными, недополучающими финансирование, имеющими недостаточно ресурсов для того, чтобы справиться с транснациональными противоречиями.

Сегодня нация, окруженная стенами, лишает себя свободы.

Итак, чтобы решить проблему глобализации, недостаточно отказаться от глобальной интеграции. Вместо этого мы должны совместно работать, чтобы обеспечить, что преимущества такой интеграции совместно и широко используются, что проблемы дестабилизации — экономической, политической и культурной, — вызванные интеграцией, находят эффективное решение.

Мир, в котором один процент человечества контролирует столько же богатства, как и другие 99 процентов, никогда не будет стабильным. Я понимаю, что разрыв между богатыми и бедными — не новая тема, но как и живущий в трущобах ребенок может сегодня увидеть рядом небоскреб, современные технологии позволяют любому человеку с помощью смартфона увидеть, как живут наиболее привилегированные слои населения, и ощутить контраст между их жизнью и жизнями других. Ожидания растут гораздо быстрее, чем правительства могут их исполнить, и распространяющееся чувство несправедливости подрывает веру людей в систему.
 …

Но я искренне верю, что существует другой путь — тот, который стимулирует развитие и инновации, дает реализоваться индивидуальным возможностям и приводит к национальному успеху. Он не требует уступок бездушному капитализму, который приносит пользу лишь немногим, а, скорее, признает, что более успешна экономическая модель, в которой разрыв между богатыми и бедными сужается, а развитие происходит на общей основе. Это означает соблюдение прав работников, чтобы они могли объединяться в независимые профсоюзы и заработать себе на жизнь. Это означает инвестирование в наш народ, в его навыки, образование, способность воспринимать новые идеи и превращать их в бизнес. Это означает усиление социальной системы, которая защищает людей, попавших в беду, и позволяет им рискнуть — найти новую работу или начать новый бизнес.

И точно так же, как борьба с неравенством внутри наших стран идет на пользу нашей экономике, я считаю, что развитым странам нужно сделать все для того, чтобы ликвидировать разрыв между богатыми и бедными странами по всему земному шару. Это трудно с политической точки зрения. Трудно потратить деньги на помощь иностранным государствам. Но я не считаю это благотворительностью. За малую долю того, что мы потратили на войну в Ираке, мы могли бы поддержать институты с тем, чтобы нестабильные государства не рушились в принципе. Мы могли бы вкладывать средства в страны с развивающейся экономикой, которые могли бы стать рынками сбыта для наших товаров. Так поступать не только справедливо, но и разумно.

И именно поэтому мы должны приложить все усилия для борьбы с изменением климата. Если мы не будем действовать смело, может наступить массовая миграция населения, затопление городов и перемещение наций, истощение запасов продовольствия и возникновение конфликтов от отчаяния. Парижское соглашение предоставляет нам основу для действия, но только если мы постепенно будем увеличивать наши стремления. И следует поторопиться с внедрением соглашения и оказанием помощи более бедным странам для быстрого перехода с деструктивных источников энергии.

Таким образом, для самых богатых стран Фонд зеленого климата должен быть только началом. Нам необходимо вкладывать средства в исследования и обеспечивать рыночные стимулы для разработки новых технологий, а затем сделать эти технологии доступными и приемлемыми по цене для более бедных стран. И только тогда мы сможем дать людям возможность подняться из бедности, не обрекая наших детей на планету, которую они уже не смогут восстановить.

Я считаю, что путь истинной демократии остается лучшим путем. Я считаю, что в 21-м веке экономики могут расти только до определенного момента, пока они не станут открытыми: потому что предприниматели должны получать доступ к информации для того, чтобы изобретать; молодые люди нуждаются в глобальном образовании, чтобы преуспевать; независимым СМИ необходимо проверять злоупотребления со стороны властей. Без этой эволюции, в конечном счете, ожидания людей не будут оправданы; воцарится подавление и стагнация. История показывает, что тогда у властных лидеров остается два пути — постоянное применение крутых мер, которые разжигают раздор в родной стране, или нахождение козлов отпущения за границей, которое может привести к войне.

В Европе, прогресс стран бывшего советского блока, принявших демократию, значительно отличается от стран, которые этого не сделали. В конце концов, народ Украины вышел на улицы не из-за какого-то навязанного извне сценария. Люди вышли на улицы, потому что их руководство было продажным, и у них не было никакой защиты прав. Они требовали изменений, потому что видели, как живут народы в странах Балтии и Польше, в более либеральных, демократических и открытых обществах, чем их собственное.

Так что те из нас, кто верит в демократию, должны решительно выступить, потому что что как факты, так и история, я убеждён, на нашей стороне. Это вовсе не означает, что в демократических государствах отсутствуют недостатки. Это означает, что лекарство от болезней наших демократий — это большее вовлечение наших граждан, а не меньшее.

Мы должны отказаться от любых форм фундаментализма, расизма или веры в этническое превосходство, которые делают традиционную идентичность несовместимой с современностью. Вместо этого мы должны проникнуться терпимостью, основанной на уважении ко всем людям.

Общеизвестен тот факт, что глобальная интеграция привела к столкновению культур. Торговля, миграция, Интернет — всё это может бросить вызов и нарушить нашу тщательно хранимую идентичность. Мы видим, как либеральные общества выражают несогласие, когда женщины носят полностью скрывающую их одежду. Мы видим протесты в ответ на сатирические рисунки в западной газете, которые изображают пророка Мухаммеда в карикатурном виде. В мире, который оставил эпоху империй в прошлом, мы видим попытки России восстановить утраченную славу при помощи силы. Азиатские державы присваивают себе взаимоисключающие моменты истории. А в Европе и Соединенных Штатах люди борятся с беспокойствами, вызванными иммиграцией и демографическими изменениями, и боятся, что люди, которые выглядят по-иному, разрушают традиционный характер наших стран.

В настоящее время не существует простого решения для урегулирования всех этих социальных проблем, и мы должны уважать понимание людьми своих собственных традиций: своей религии, своей этнической принадлежности и ощущения себя как нации. Но я не верю в возможность прогресса, если наше желание сохранить идентичность открывает путь порывам унижать человеческое достоинство или доминировать над другой группой. Если наша религия побуждает нас преследовать людей другой веры, если мы сажаем в тюрьму или избиваем гомосексуалистов, если наши традиции препятствуют девочкам посещать школу, если мы подвергаем людей дискриминации по признаку расы, племени или этнической принадлежности, то хрупкие узы цивилизации порвутся. Мир слишком мал, мы слишком тесно связаны друг с другом, чтобы прибегать к этим старым способам мышления.

Очевидно, можно чтить и поддерживать религиозные традиции, при этом обучая молодежь наукам и математике вместо нетерпимости. Очевидно, мы можем сохранять наши уникальные традиции, давая при этом возможность женщинам играть полноценную и полноправную роль в политике и экономике государства. Очевидно, мы можем способствовать солидарности наших народов, признавая равное отношение ко всем сообществам — будь то религиозное меньшинство в Мьянме, этническое меньшинство в Бурунди или национальное меньшинство здесь, в Соединенных Штатах. И, очевидно, как израильтянам, так и палестинцам будет лучше, если палестинцы прекратят подстрекательство и признают легитимность Израиля, а Израиль признает, что он не может постоянно оккупировать палестинские земли и устанавливать на них свой порядок. Мы все, как лидеры, должны стремиться более эффективно усмирять, а не поощрять представление об идентичности, которое ведёт к унижению других людей.

Мы обеспечили себе союзников. Мы действовали с целью защитить уязвимые слои населения. Мы поддерживали соблюдение прав человека и приветствовали тщательную оценку наших собственных действий. Мы ограничили нашу власть международными законами и институциями. Когда мы делали ошибки, мы старались признать их. Мы стремились побороть нищету, голод и болезни не только в наших странах, но и за пределами наших границ.

Я горжусь этим. Но я также знаю, что мы не можем сделать это в одиночку. И я считаю, что если мы хотим решить проблемы, стоящие перед нами, мы все должны приложить больше усилий для наращивания международного потенциала. Мы не сможем избежать перспективы ядерной войны, если все мы не возьмем на себя обязательство остановить распространение ядерного оружия и строить мир без него.

Когда Иран соглашается придерживаться ограничений по своей ядерной программе, это повышает всеобщую безопасность и расширяет для Ирана возможности сотрудничества с другими странами. С другой стороны, когда Северная Корея испытывает бомбу, это ставит всех нас под угрозу. И любая страна, которая нарушает эту базовую взаимную договоренность, должна столкнуться с последствиями. И на странах, которые владеют этим оружием, таких как Соединенные Штаты, лежит уникальная ответственность: неоступно следовать по пути сокращения запасов ядерного оружия и подтверждать свою приверженность основным нормам, таким как обязательство никогда не возобновлять испытания этого оружия.

Мы не можем бороться с такой болезнью, как вирус Зика, который не знает границ — комаров не останавливают стены, — если только не приложим те же усилия, что и при борьбе с вирусом Эбола. Мы должны принять неотложные меры, укрепляя национальные системы общественного здравоохранения, ивестируя в лечение и сражаясь с первопричинами болезни, а также помогая более бедным странам развивать их инфраструктуры общественного здравоохранения.

Мы сможем устранить крайнюю нищету только в том случае, если цели в области устойчивого развития, которые мы поставили перед собой, перестанут быть просто словами на бумаге. Человеческая изобретальность дает нам теперь возможность накормить голодающих и дать всем нашим детям — в том числе, нашим девочкам, — образование, которое составляет основу развития нашего мира. Однако мы должны вкладывать наши средства туда, где в них есть потребность.