Замечания Госсекретаря США Рекса Тиллерсона во время пресс-конференции с Министром иностранных дел Сергеем Лавровым

12 апреля 2017

ГОССЕКРЕТАРЬ ТИЛЛЕРСОН: Добрый вечер. Как отметил Министр иностранных дел Лавров, мы только что завершили продуктивную встречу с Президентом Путиным, которая длилась около двух часов. Мы откровенно обсудили нынешнее состояние американо-российских отношений. Я высказал мнение о том, что текущие отношения между США и Россией находятся в наихудшем состоянии, и уровень доверия между нашими двумя странами низок. Две главные ядерные державы мира не могут иметь такого рода отношения. Кроме того, мы обсудили подходы к улучшению наших каналов связи. У нас состоялся длительный обмен мнениями о ситуации в Сирии, и мы обменялись взглядами на возможные пути продвижения вперед.

Ранее сегодня Министр иностранных дел Лавров и я провели продолжительную беседу по вопросам, которые требуют немедленного внимания, и вопросам, которые требуют долгосрочного внимания. Мы понимаем, что улучшение долгосрочных отношений будет необходимо для достижения прогресса в вопросах, где мы придерживаемся разных точек зрения.

Мы много говорили о Сирии, и в некоторых областях наши взгляды совпадают. В частности, обе наши страны верят в единую и стабильную Сирию, и мы согласны в том, что мы хотим лишить убежища террористов, которые стремятся атаковать обе наши страны. Мы согласны в том, что Северная Корея должна быть денуклеаризирована. Мы согласились, что необходимо поддерживать больше контактов высокого уровня между нашими двумя странами, как в дипломатической, так и в военной сфере.

Но есть целый ряд других вопросов, по которым у нас имеются разногласия. Некоторые из них имеют глобальные последствия, с долгосрочными требованиями, а другие, как мы понимаем, носят двусторонний характер. В течение последних двух лет предпринимался ряд ответных действий, чтобы продемонстрировать недовольство каждой из стран действиями другой. Мы должны попытаться положить конец этой устойчивой деградации, которая не способствует восстановлению доверия между нашими странами или достижению прогресса по вопросам величайшей важности для нас обоих.

Мы договорились создать рабочую группу для решения менее крупных проблем и достижения прогресса в направлении стабилизации отношений, с тем чтобы мы могли затем заниматься более серьезными проблемами. Министр иностранных дел Лавров и я договорились рассмотреть дальнейшие предложения о пути продвижения вперед в Сирии, включая проведение консультаций с нашими союзниками и участниками коалиции. И мы будем продолжать дискуссии о поиске урегулирования сирийского конфликта.

Мы также обсудили текущие угрозы, создаваемые режимом Северной Кореи, — продолжающееся развитие режимом своей ядерной программы, а также конструктивную роль, которую Россия может играть в стимулировании изменения курса режима КНДР, с тем чтобы мы могли создать условия для переговоров о будущем.

Мы обсудили Минские соглашения и отметили важность их выполнения. Россия может добиться прогресса в осуществлении деэскалации насилия и принятии мер по отводу вооруженных сил и тяжелого оружия сепаратистов, с тем чтобы наблюдатели ОБСЕ могли выполнять свою задачу. До тех пор пока не будет достигнут полный прогресс в рамках Минских соглашений, ситуация в Украине будет оставаться препятствием на пути к улучшению отношений между США и Россией.

Я благодарю Министра иностранных дел за продуктивный раунд дискуссий и с нетерпением жду будущих бесед. Спасибо.

ВОПРОС: Телеканал “Россия 24”. Мой первый вопрос — к господину Тиллерсону. В последние дни мы слышали из Вашингтона не только противоречивые, но и агрессивные заявления. Я имею в виду Президента США Трампа, назвавшего Президента САР Асада “животным”, а также представителя Белого дома Спайсера, который сказал, что Гитлер не применял химическое оружие. Как эти заявления способствуют целям дипломатии? Когда риторика изменится?

ГОССЕКРЕТАРЬ ТИЛЛЕРСОН: Мнение Соединенных Штатов поддерживается имеющимися у нас фактами, убедительно доказывающими, что недавнее нападение с применением химического оружия, осуществленное в Сирии, было запланировано и проведено силами сирийского режима, и мы вполне уверены в этом. Это лишь последний в серии случаев применения химического оружия режимом Асада, не говоря о его использовании в более чем 50 случаях хлорных бомб, кассетных бомб и других видов оружия, цель которых — калечить и убивать людей самыми ужасными способами. Так что я думаю, что Президент Асад сам навлек на себя такую характеристику.

ВОПРОС: Спасибо. Уважаемый Госсекретарь Тиллерсон, я бы хотел спросить Вас о Ваших беседах с Президентом Путиным о Сирии. Вы предсказали, что Асад оставит власть посредством политического переходного процесса. Как вы заставите Асада участвовать в политическом переходном процессе, который ведет к его отстранению от власти? Будут ли обсуждаться военные преступления? И как долго будут Соединенные Штаты ждать изменения позиции России?

И, если можно, я бы хотел задать вопрос Министру иностранных дел Лаврову. Ваше правительство и правительство Соединенных Штатов, как представляется, занимают весьма далекие друг от друга позиции по Сирии, Украине и другим проблемам. Считаете ли Вы, что вы добились сближения по любому из этих вопросов, которые Вы упоминали ранее сегодня, в результате этих бесед с Госсекретарем Тиллерсоном?

ГОССЕКРЕТАРЬ ТИЛЛЕРСОН: Мы подробно обсудили будущую роль для Асада, будь то в рамках будущего политического процесса, или нет. Несомненно, наша точка зрения заключается в том, что правление семьи Асадов подходит к концу, и, опять же, ее представители сами навлекли это на себя тем, как они вели войну за эти последние несколько лет. Мы обсудили наше мнение о том, что Россия, как их ближайший союзник в конфликте, возможно, располагает лучшими возможностями помочь Асаду признать эту реальность. Мы считаем, что важно осуществить отстранение Асада упорядоченным образом — упорядоченным образом, — с тем чтобы определенные круги и группы населения, которые он представляет, считали, что они представлены за столом переговоров в поиске политического решения. То, как именно это произойдет, будет решаться в рамках процесса по мере продвижения вперед. Мы не думаем, что одно событие должно произойти до того, как может начаться другое. И процесс будет развиваться собственным темпом. Но конечный результат, на наш взгляд, не предусматривает роли для Асада или для семьи Асадов в будущем руководстве Сирии. Мы не считаем, что международное сообщество согласится на это. Мы не думаем, что мир согласится на это.

ВОПРОС: А как насчет обвинений в военных преступлениях?

ГОССЕКРЕТАРЬ ТИЛЛЕРСОН: Мы обсуждали этот вопрос, и говорили о том, что, по мере того как проходит время, и продолжается сбор все большего числа доказательств, возможно, будет достигнут порог, необходимый для предъявления обвинений отдельным лицам, включая Башара аль-Асада. Как вы знаете, для того, чтобы выдвинуть такие обвинения против человека, необходимо преодолеть очень высокий юридический барьер. Поэтому я не утверждаю, что все эти доказательства уже имеются в наличии, но я думаю, что со временем, возможно, доказательства вины будут собраны. И есть люди, которые работают над сбором таких доказательств.

ВОПРОС: Большое спасибо. У меня вопрос к господину Тиллерсону. Обсуждался ли в ходе сегодняшних переговоров вопрос о якобы имевшем место вмешательстве России в президентские выборы в США? И можете ли Вы рассказать, как действия российских кибернавтов отличаются от действий американских кибернавтов в киберпространстве?

Существует также корейская проблема. Думали ли вы о возможности создания группы, которая бы совместно рассматривала подобные вопросы?

ГОССЕКРЕТАРЬ ТИЛЛЕРСОН: Мы лишь вкратце коснулись вопроса о кибербезопасности, а также, в частности, вызовов, которые она создает для всех с точки зрения новой угрозы, растущей угрозы. Но я особо выделяю тот случай, когда киберинструменты используются для вмешательства во внутренние решения государств о том, как проводятся их выборы. Это одно из применений киберинструментов. Киберинструменты по срыву программ вооружений — это другое применение таких инструментов, и я провожу различие между ними. Очевидно, что эта проблема возникла в нашу эпоху, и международное сообщество еще не пришло к какому-либо выводу о том, как нам следует реагировать на нее. Поэтому будут дальнейшие обсуждения, и этот вопрос находится на повестке дня, и он включен в повестку дня, которую Министр иностранных дел Лавров передал мне для нашего дальнейшего обсуждения в будущем.

ВОПРОС: Спасибо. Уважаемый Госсекретарь Тиллерсон, обсуждали ли вы сегодня с Президентом Путиным или Министром иностранных дел Лавровым санкции или другие уступки, на которые Соединенные Штаты могли бы пойти в обмен на изменение поведения российского правительства? А также, говоря о том, что вы только что указали в своем ответе, представили ли вы Президенту Путину или Министру иностранных дел конкретные доказательства вмешательства российского правительства в выборы в США?

Уважаемый Министр иностранных дел Лавров, если независимое расследование придет к выводу, что правительство Асада осуществило нападение на собственных граждан с применением химического оружия, что сделает Россия? Президент Путин говорит, что предпринимаются попытки обвинить Асада и подбросить улики. Представили ли Вы сегодня доказательства этого Госсекретарю Тиллерсону, и откажется ли Россия от рассмотрения возможности согласия на любое обстоятельство, ведущее к отстранению Башара аль-Асада?

ГОССЕКРЕТАРЬ ТИЛЛЕРСОН: Мы не обсуждали никаких изменений в статусе санкций, введённых в отношении России, как вам известно, в результате определённых действий, предпринятых в Украине. Я думаю, что по вопросу о вмешательстве в выборы у Соединенных Штатов имеются довольно убедительные доказательства, и, насколько мне известно, об этом шла речь на Капитолийском холме, в Конгрессе США. И это серьезная проблема. И мы знаем, что она достаточно серьезна, чтобы привлечь дополнительные санкции. Поэтому мы отдаем себе отчет в серьезности этого конкретного вмешательства в наши выборы, и я уверен, что Россия также помнит об этом.

ВОПРОС: Добрый вечер. У меня вопрос к обоим министрам. США перебросили в район Корейского полуострова группу военно-морских сил. Обсуждалась ли данная тема на переговорах и возможные риски, которые данный шаг несет для региона? Значит ли это, что Америка имеет какое-то планы в отношении военной кампании в районе Корейского полуострова?

ГОССЕКРЕТАРЬ ТИЛЛЕРСОН: Ударная группа авианосца Carl Vinson регулярно патрулирует Тихий океан. Речь идет о Тихоокеанском театре. И ее передвижения по Тихому океану планируются военными стратегами. Ее текущий курс не имеет конкретной цели. Carl Vinson регулярно бороздит воды Тихого океана, и поэтому я бы не придавал особого значения нынешнему местоположению авианосца.

ВОПРОС: Большое спасибо. Г-н Госсекретарь, перед этими встречами Вы заявили, что считаете, что Россия либо некомпетентна, либо причастна к этим химическим атакам. После ваших продолжительных встреч как с Владимиром Путиным, так и с Сергеем Лавровым, определили ли Вы, какой из этих вариантов является верным, и какие конкретные меры могут быть предприняты для восстановления утраченного доверия?

Уважаемый Министр Лавров, если Вы не возражаете, сэр, я бы попросил Вас ответить на английском языке. Президент Трамп назвал Башара аль-Асада животным. Это лидер, которого продолжает поддерживать ваше правительство. Можете ли Вы рассказать нам, как долго Россия будет готова рисковать жизнями своих солдат и тратить свои деньги, защищая его?

ГОССЕКРЕТАРЬ ТИЛЛЕРСОН: Что касается причастности России или ее знания о нападении с применением химического оружия, у нас нет никакой надежной информации, указывающей на какое-либо участие в этой атаке России, российских войск. Но мы знаем, что атака была спланирована и проведена силами режима по указанию Башара аль-Асада — и у нас есть твердая уверенность в правильности нашего вывода.

Этот перевод предоставляется для удобства пользователей, и только оригинальный английский текст следует считать официальным.