Ответ Энгельсу о различиях между работником и рабом


«7-й вопрос: Чем отличается пролетарий от раба?
Ответ: Раб продан раз и навсегда, пролетарий должен сам продавать себя ежедневно и ежечасно. Каждый отдельный раб является собственностью определенного господина, и, уже вследствие заинтересованности последнего, существование раба обеспечено, как бы жалко оно ни было. Отдельный же пролетарий является, так сказать, собственностью всего класса буржуазии. Его труд покупается только тогда, когда кто-нибудь в этом нуждается, и поэтому его существование не обеспечено. Существование это обеспечено только классу пролетариев в целом. Раб стоит вне конкуренции, пролетарий находится в условиях конкуренции и ощущает на себе все ее колебания. Раб считается вещью, а не членом гражданского общества. Пролетарий признается личностью, членом гражданского общества. Следовательно, раб может иметь более сносное существование, чем пролетарий, но пролетарий принадлежит к обществу, стоящему на более высокой ступени развития, и сам стоит на более высокой ступени, чем раб. Раб освобождает себя тем, что из всех отношений частной собственности уничтожает одно только отношение рабства и благодаря этому тогда только становится пролетарием; пролетарий же может освободить себя, только уничтожив частную собственность вообще».
©Ф.Энгельс, «Принципы коммунизма», К.Маркс и Ф.Энгельс. Собрание сочинений в 39 томах, 1954г., Том 4, стр.162-163

Моё понимание несколько отличается от понимания г-на Энгельса. В моём понимании, раб лишён свободы воли лишь в несколько большей степени, чем работник. Однако и раб, и работник всецело подчиняются чужой воле. Работник потому, что так решил, а раб потому, что так вынужден. Отсутствие свободы воли или её радикальная редукция — это главный признак раба и работника. Всё остальное вторично и третично.

Статус человека де юре, его сытость и прочий телесный комфорт или дискомфорт в этом контексте для меня не имеют никакого значения. Например, второй человек в Египте после фараона, Иосиф, был рабом. Ибо он был всецело подчинён фараону и не имел свободы воли. При этом у Иосифа и статус, и материальное положение было ощутимо выше, чем у большинства как бы свободных египтян (формально все они были рабами фараона, фактически кем-то вроде современных работников). Раб это совсем не обязательно негр, изнывающий на табачной плантации от палящего солнца и кнута надсмотрщика.

Раб — имущество, вещь, и де юре, и де факто. Душу работника, может, и греет его иллюзорный статус де юре «личности», «члена гражданского общества» и т.п., но де факто он тоже раб. Раб, которого жестокие хозяева выгнали на самообеспечение, на подножный корм, чтобы не тратиться на него попусту в межсезонье. Работа это усовершенствованная форма рабства, когда рабы сами выбирают себе хозяев, сами заботятся о пропитании и крыше над головой.

Работник это раб, который не в состоянии снабдить себя жизненно важными материальными благами без хозяина-работодателя. Например, в России работник не в состоянии даже отложить деньги на «отпуск» (период, когда хозяева отпускают работников на отдых). За него это делает хозяин. Такой человек это рабсила, которую, как справедливо замечает г-н Энгельс, закупают для производства как закупают материалы, оборотные средства. И от которой со вздохом облегчения освобождаются по мере автоматизации производства. Скоро, совсем скоро настанет время, когда надобность в работниках отпадёт окончательно.

Энгельс в 1847 году и помыслить о таком не мог, когда писал, что 'существование работника обеспечено только классу пролетариев в целом’. С каждым годом это всё меньше и меньше так. Пока работники окончательно не станут безработными и будут теряться в догадках, рассчитывать ли им на лёгкую смерть в газенвагенах либо на получение безусловного дохода и влачение бессмысленного, безрадостного, бездеятельного существования.

Кто-то говорит, что работник свободен уже потому, что относительно легко, быстро, просто и безопасно может покинуть своего работодателя. Но покинуть для чего? Чтобы стать работником другого хозяина? Из огня да в полымя? Рабы могли выкупать себя. Крепостные крестьяне могли как так же выкупить себя, так и уйти от помещика, например, в Юрьев день. Только лишь возможность смены хозяина не делает раба свободным.


Подлинная свобода не совместима с работничеством. Освобождение работника неотъемлемо от его выхода из работничества. Трудящийся, будучи максимально возможно свободным, на равных договаривается со своим заказчиком, а не, чертыхаясь внутри себя, подчиняется хозяину-работодателю. И не ведёт тоскливую, скушную, унылую и пустую жизнь «офисного планктона» или строительного рабочего.

--

Виталий Иванович Иванов

Если Вам понравился этот текст, нажмите, пожалуйста, ниже кнопку «Рекомендовать». Тогда другие читатели также смогут его прочитать. Чтобы читать другие мои тексты, подпишитесь на этот блог.

Я в Твиттере: @Vitaliy_Ivanov
Моя группа «Мозговой шторм» в Telegram'e: https://telegram.me/joinchat/BPkTYD5JN318Rm5f1oQo3g
Лично можете написать мне в Telegram: @VitaliyII

Like what you read? Give Виталий Иванович Иванов a round of applause.

From a quick cheer to a standing ovation, clap to show how much you enjoyed this story.