Как бы чего не Кришна
В золоченом куполе часовни играют бирюзовые отсветы окон книжного магазина. Струи воды в фонтане поднимаются и падают, ломая отражение стоящего напротив Дома Ленина. В сквере краснеют палатки с игрушками, мимо них кружат на велосипедах и самокатах дети. Перемотанные белым пластырем пальцы отбивают гипнотический ритм: «Харе Кришна, харе Кришна, Кришна, Кришна, харе, харе». Вокруг поют и пляшут около шестидесяти человек.

Представители неортодоксального индуизма в Новосибирске процветают. В их рядах около 600 человек — водители такси и повара, доктора наук и бизнесмены. Крупный производитель пластиковой тары из Москвы, к примеру, оплачивает общине аренду небольшого центра ведической культуры на левом берегу. Любой труд «преданные», как они сами себя называют, считают делом на благо. К другим религиям кришнаиты относятся философски: во что бы человек ни верил, даже услышав на улице мантру, он уже становится ближе к Богу — такое вот принудительное спасение. Вполне в духе времени — ярко, необычно, привлекательно, а главное — успешно работает.

— Извините, вы не хотели бы почитать о Кришне? — упорно ловит прохожих парень в белой свободной одежде, стрижкой под 0,2 и хвостиком на затылке. — Нет? Зато вы можете меня сфотографировать! Хотите, я спою или станцую? Харе Кришна!

Пожилые люди обходят его по широкой дуге, скрываясь в спасительном подземном переходе. Молодежь смеется. Многие останавливаются, с интересом изучают красочные брошюры и книги — отказывать настойчивым предложениям неловко, поэтому в руках то и дело мелькают деньги. Песнопения на фоне продолжаются.

— Реальная цена каждой книги — рублей 50, у них довольно большие тиражи. А платят люди по сто, по тысяче, кому сколько не жалко, — рассказывает курящий неподалеку молодой человек. Собеседника зовут Виктор, работая продавцом в книжном, он уже несколько лет интересуется бытом различных религиозных течений. — А эти ребята в Сибири с начала девяностых обитают. Последнее время едва ли не через день выходят на улицы, раз в месяц устраивают такой вот большой танцевальный «крестный ход», — Виктор затягивается сигаретой, запретной для ведущих здоровый образ жизни кришнаитов. — Дальше изучения у меня с ними отношения не заходят — христианство как-то ближе. Там однозначного итога нет.

Уставая от однообразия происходящего, толпа редеет, но постепенно полукруг заполняется новыми зеваками. Девушки в ярких одеждах улыбаются и раздают зрителям бурфи — освященные сладкие шарики с кокосовой стружкой. Популярности лакомства не мешают никакие религиозные чувства. Пока наблюдатели пережевывают сладость, на стороне танцующих о философии кришнаитов рассказывает один из лидеров новосибирской общины — довольно суетливый короткостриженый мужчина средних лет.

— Вы замечали, что, когда слушаете Курта Кобейна, вам передаются некие депрессивные настроения? А от Филиппа Киркорова… даже не буду описывать эти ощущения. Так же и с именами Бога. Один их звук вызывает позитивные вибрации в организме, позволяя полюбить Кришну чуть больше. Мы против насилия в любой его форме, — не прерывая рассказа, местный гуру прихлопывает комара и смахивает остатки насекомого с головы. — Вы же не сможете заполучить любовь матери, убивая ее детей? Так же и с Богом.

Индуизм считается монотеистичной религией, но в нем много имен и лиц Бога, немало и приравненных к богу существ. Волнуют подобные неточности кого угодно, кроме самих преданных, особенно в момент танца — это легко понять по блаженной улыбке на их лицах. Бой барабанов нарастает. Мужчины и женщины по разные стороны от поющего сплетаются в хороводы. Толпа, словно стесняясь самой себя, скромно пританцовывает, не переступая невидимую границу. Выпасть из колеса сансары, обретя единение с Кришной, ни у кого не выходит.

— Прикинь, я думал, эти ребята — вроде хиппи, а у них ни травку нельзя, ни это самое до свадьбы. А то и вообще! — громкие восклицания двух спортсменов смешат окружающих. Но отмеченное сходство с хиппи более чем верно — эти движения изначально существуют в крепкой связке.

В начале шестидесятых будущий духовный учитель кришнаитов Прабхупада приехал из Индии в Америку, пытаясь принести веру «слепому западу». В этот момент как раз зарождалась поп-культура хиппи. Стремление американской молодежи выделиться подошло к цветным одеждам, непривычным прическам и пляскам под ритм бубнов, а элементы западной культуры, в свою очередь, быстро отвадили проповедников от аскезы. В Калифорнии, к примеру, кришнаиты зарабатывали продажей наркотиков. Были и более изощренные схемы — просвещенные ловили на улице случайных прохожих, выводили их в радиоэфир, просили представиться, а затем спрашивали, сколько человек может дать на благо детей. Люди отдавали последнее, чтобы сохранить лицо, не зная, что никакой трансляции на самом деле не осуществлялось.

В семидесятые Прабхупада посетил Москву, найдя там последователей. Но прижиться в России индуизм не мог до самой перестройки: кришнаиты скрывались, регулярно оказываясь в тюрьмах и психбольницах. Часто тому были не только духовные, а вполне мирские причины — мошенничество и вымогательство.

— Морды им набить некому, дело Христово позорят! — восклицает, выходя из перехода, с виду добродушная женщина лет шестидесяти. Подобными репликами негативная реакция чаще всего ограничивается. На случай продолжения возмущений рядом с танцующими стоят несколько сотрудников полиции. «Сейчас мэрия у нас адекватная, открыта для диалога, всё согласовывает», — радуется мужчина с бейджем «организатор мероприятия».

За простотой ярких танцев и песен скрывается тщательная подготовка. «Ведущие» работают исключительно «в микрофон», звук идет через не самые плохие колонки, танцоры и музыканты регулярно сменяют друг друга. Проводятся конкурсы, где за знание «священного животного в Индии» можно получить книгу со знанием уже сакральным. Еженедельно организуются лекции от местных и заезжих авторитетных учителей, да и собираются кришнаиты не только в своем центре, но и на квартирах — их в городе больше десятка. Ежемесячно община прирастает, в среднем, пятнадцатью новыми членами, большинству из которых нет тридцати лет.

Многие рядовые кришнаиты удивительно наивны. Зная об истории движения лишь то, что написано в их же книгах, эти люди готовы переступать любые границы не только во имя веры, но и просто следуя словам своих наставников. Аппетит приходит во время еды: сейчас проповедники почти ничего не просят у паствы, но ситуация в любой момент может измениться. И хорошо, если людям хватит сил заметить преображение.
Like what you read? Give Biffy a round of applause.

From a quick cheer to a standing ovation, clap to show how much you enjoyed this story.