Утро

Паршивое утро

Когда утро начинается без завтрака — это плохое утро. Когда ты опаздываешь на автобус — еще хуже. А когда в автобусе, в котором ты едешь какой-то псих начинает махать ножом и ты не знаешь, что сделать — утро совсем паршивое.

А все начиналось, собственно, как всегда. Сел на заднее сиденье автобуса, прихожу в себя, пытаюсь сняться с сонного ручника. Слушаю что-то в плеере, пересчитываю числа на билетике, снова, кстати, несчастливый. В салоне пустовато. Бабушка с дедушкой, мужчина с авоськой, женщина с ребенком, просто женщина, кондуктор и мужчина с разбитым носом. Взгляд цепляется за пассажиров, которые начинают какое-то оживление. Наушник из уха

-Мужчина махает ножом — девушка с ребенком переходит по-ближе

Кондуктор пожимает плечами

-А мы что сделаем?

Я встаю, выдергиваю второй наушник. Ножей не вижу, вижу только безумный взгляд Разбитого носа, сидит, улыбается. Женщина с ребенком атакует кондуктора, чтобы его ссадили. Она только разводит плечами, мол, водитель, не выйдет, наряд не приедет. Головы нам ломали, а наряд не дождешься. Разбитый нос пересаживается ближе к ребенку, я делаю еще пару шагов ближе.

Псих пугает ребенка, ребенок плачет и прижимается к маме, ему страшно. Мне тоже. Поручень сжимаю, не понимаю, как поступать. Мужчина с авоськой, не маленького вида просто сидит. Бабушка с дедушкой опускает взгляд. Мать почти на крике просит, чтобы он отошел. Разбитый нос подсаживается к деду, пытается поздороваться. Я стою в ступоре, реально страшно, реально непонятно что делать. Наличие ножа, отдается ударами в груди сердца, не дает даже сказать что-либо. Страх, адреналин. Я понимаю, что должен поступить как-то по-другому, чем просто стоять, но все поступают так же как. Он трогает кепку деда, дед держит кепку, ноги делают шаг еще ближе к происходящему.

Кондуктор просит выйти его, он начинает выходить. Кондуктор кричит. На прощание, он еще раз строит корчит рожу ребенку. Прижимается к стеклу автобуса.

Выхожу из автобуса на ватных ногах, понимаю, что смалодушничал. Паршивое утро.