Во сне

Alex Fadeev
22 min readAug 2, 2019

--

- Ты опять не выспался?

- Да. Боюсь уснуть, эти кошмары меня вымораживают, каждый раз просыпаюсь весь в поту. То одно, то другое. Кто-то умер или пострадал, что-то сгорело. Нет сил, мозг просто… — я медленно развел руки у головы, — Эти сны меня морально выжимают. Очень странное чувство по утрам, когда просыпаешься в большой кровати, у тебя через час вполне себе спокойное занятие, но только что во сне тебе был пиздец. Тебя разорвало изнутри, да и, похоже, снаружи.

После небольшой передышки можно было продолжить:

- Во всех моих снах я невредим. Но рядом кто-то важный для меня обязательно страдает. Причем это же мой сон — никто не может страдать в нем, кроме меня, поэтому все отражается на мне. У меня даже мурашки по коже сейчас от этих слов — я оглянулся в сторону, снова посмотрев в никуда, — короче, все очень плохо, но в то же время это нереально. Но в целом привык.

Моя сгорбившаяся спина вдавливала спинку неудобного стула в дешевом кафе. Меня уже никто ни о чем не спрашивал — всех пугали эти мои истории. Так и сидели мы молча, думая о своем. Честно сказать, я немного преувеличил масштаб проблем — конечно, далеко не во всех снах кто-то страдал.

Всю жизнь у меня были проблемы со сном. Точнее, со снами. Дрых я всегда долго и сладко, где бы ни лежал — будь то кровать, диван или вообще ржавая раскладушка. Трудно вспомнить ночь, когда сон нагло не врезался в мое сознание. Поначалу все сны были как похождения Чарли Чаплина — без ярких всплесков краски или будоражащих событий. Но постепенно картинка обретала знакомые очертания — сначала трава неожиданно зеленела или песок становился не просто бесцветной массой, а вскоре и глаза людей составляли цветной узор. Какое-то время я пристально вглядывался в зрачки людей, чтобы подчеркнуть индивидуальность каждого глазного яблока в реальном мире, чем несомненно смущал всех, но вскоре и эти формы сознание полностью скопировало.

Рассказывать окружающим об этой проблеме я перестал еще в детстве. Все причитали, что я счастливый, что мне повезло, ведь это интересно и круто, но я так не считал. Будучи малым, я обожал смотреть фильм про Фредди Крюгера, потому что это почти моя история. Я сопереживал девушке, за которой гонялся страшный мужик, понимая, что ей не повезло так же, как и мне. Конечно, я не сходил с ума от кошмаров и не чувствовал себя сильно поехавшим на всей этой психологии, но ночь меня выматывала. Датчиками для мониторинга мозговой активности во время сна меня тоже никто не обкладывал. Когда ребята рассказывали, что они устали за ночь, тусуясь в клубах или проводя время с телочками, я тоже подхватывал эту тему, вот только в отличии от них мои веки действительно сжимались при первой возможности и позвоночник еле держал мое дряблое тельце.

Вопреки всем ожиданиями я не разговаривал во сне. Мама говорила, что у меня бешено крутятся глаза во сне и иногда я вздрагиваю. Некоторое время я записывал свою ночь на видео, а потом просматривал. Иногда чувствовал себя подопытным, а иногда вздрагивал от мысли, будто смотрю на человека в коме и жду, когда он очнется. Не знаю, какой прок виделся в этих нескончаемых ускоренных видео, которые крутились на экране за завтраком — они все были одинаковые.

Со временем апатия взяла верх. Ничего лучше, чем стать безразличным к происходящему в голове, я не придумал. Когда появлялось свободное время, то проминал диван и ни о чем не думал, тупо втыкая в телек. Вот только в действительности все скатилось к тому, что реальность померкла на фоне вымышленного моим разумом мира.

Когда мои попытки избавиться от снов не приносили никакого эффекта, я старался превратить сны в мечту, увидеть что-то хорошее. Как-то приснился странный сон, хотя стоит заметить — странными они казались не всегда. Сидим в парке, со мной почти все девушки, с кем я виделся в последнее время. С нами сидит какой-то знаменитый мужчина. Как правило, персонажи и события во снах на злобу дня — кто все время крутится у всех на языке, тот и снится. Сзади за другим деревянным столом в парке сидели другие девушки, с которыми я очень давно не виделся. Я не запоминаю детали — во всех снах есть ключевые моменты, опоры всей сцены. Девушки сзади подходят сфотографироваться, а среди них одна, которую я не вспоминал и не видел очень давно. Разум любит подкидывать неожиданности, вытаскивать какие-то образы из недр памяти, шевеля спящие нейроны. И вот мы уже общаемся, стоя в стороне. Сцена резко меняется, и мы переносимся в неприметный отельный номер, явно в другой стране. Обычно детали, типа таких субъективных ощущений, как местоположение номера отеля, связаны с какими-то повседневными мыслями. Во сне нельзя было понять, где именно ты находишься, но я просто знал. В данном случае отсылка была скорей всего к тому, что в то время я часто думал о небольшом путешествии. Мы в номере, снова вместе. Счастливые, она улыбается, что-то энергично обсуждаем. А потом я проснулся и понимаю, что, как всегда, меня обманули. Когда лежишь и смотришь в потолок, внутренний диалог идет очень быстро — обсуждаешь сам с собой все, что увидел, еще больше удивляешься глупости всей истории. Как я вообще мог на это повестись? Сон либо прямо следует твоим желаниям, еще больше усиливая эффект, либо наоборот пугает тебя и разворачивает в обратную сторону. У меня под макушкой, возможно, самая мощная выдуманная вселенная, в которой можно помечтать, а затем разбиться о реальный мир. Так и просыпался я “разбитым”.

Намерение исправить ситуацию никогда меня не оставляло. Сначала в ход пошла техника осознанных снов. Когда только начинало получаться, было даже интересно и обнадеживающе. Я мог выбирать дорогу, которой пойду, дверь в которую войду, и так далее, но повлиять на других давалось с трудом. Я очень хорошо помню первый сон, в котором у меня получилось убрать двоих людей. Этого человека больше тут не будет — и он исчез. Никто ничего не заметил, даже я не сразу осознал, что он просто так взял и пропал из поля зрения. Ответный удар на мои развлечения последовал уже после. Когда веки лениво разомкнулись, ни руки, ни ноги меня не слушались. Мне стало страшно, потому что я думал, что в моем придурчивом мозгу что-то наконец-то заклинило и я больше не буду жить, как обычный человек. Я лежал на боку, нервно метал глазами по комнате и никак не мог восстановить сбившееся дыхание. Сон закончился, но мои мышцы, походу, еще были в отключке. Прошла целая вечность, прежде чем я благополучно сел на край, сбросив на пол одеяло из-за общей растерянности. Дворники успели вычистить весь огромный двор, пока контрастный душ пытался привести меня в чувство. Через неделю, когда я опять намеренно вмешался в свой сон, произошло то же самое. Эта битва с ночным сознанием официально проиграна.

Отчаяние привело меня ко всяким специалистам своего дела. Больше десятка психологов и еще столько же психотерапевтов внимательно записывали мои рассказы, полные переживания и упадка. Полгода я делал крюк в аптеку с разными редкими лекарствами, которые вместо помощи только усиливали мои ночные похождения. Я вообще в какой-то момент перестал понимать, какой эффект оказывают все эти медикаменты. В этот период любая бабушка у подъезда видела вялого наркомана, а каждую пятницу меня досматривали гаишники или просто патрульные на районе.

Последний медицинский анамнез случился со мной и местным доктором Хаусом, к которому была очередь на месяц вперед. Чтобы вы понимали, я не приукрасил картину, он реально выглядел как доктор Хаус — трость, бородка и все такое. Первый раз, когда он вошел в кабинет и виртуозно (как он думал) закинул трость на вешалку, я чуть не подавился орешками, которые заблаговременно стянул со стола. Чувак берет шесть тысяч за сраную консультацию, и это снова очередной клоун. Вопреки всем ожиданиям и скептицизму, это был тот самый врач, к которому стоило прийти с самого начала. Результата его деятельности мне все равно не хватило, но все наконец было по-научному. В первый же день он поставил мне диагноз — дневная сонливость, он ласково называл ее ДС — старательно обводил эти две буквы у себя в блокноте, когда думал. В такие моменты ожидаешь, чтобы хотя бы в этом случае у тебя окажется какое-нибудь более-менее умное слово в диагнозе, но даже тут все как обычно. Почему не какой-нибудь аномальный фурункул или синдром Карла Зельтца-Штраусса? Младшего. Сначала мы искали гиперсомнию — это когда сна в избытке. Метод был довольно туповатый — я просто заполнил опросник, но оказалось, что в медицине множество вещей можно понять, просто получив ответы на конкретные вопросы и постоянно сверяясь с ними. Эпвортский опросник действительно оказался реальным методом диагностики всех проблем со сном. Тогда же мне настоятельно запретили водить машину, рассказали о синдроме беспокойных ног, которым как раз объяснялась моя тяга к похождениям по вечерам, и провели МТЛС. В этом термине я тоже нашел чего интересное — множественный тест латентности сна. К нему пришлось долго готовиться, а сам тест проводился весь день. Я пытался несколько раз уснуть в течение 20 минут каждые пару часов. По итогу вычислили мою латентность, что бы это ни значило, и, собственно, все. Хаус либо потерял интерес ко мне, либо не знал, что делать дальше, и переключил свои способности к исследованию, будто мы никогда и не встречались. К тому же баланс моей карточки намекал, что пора закругляться с этой латентной тусовкой.

Нормальную работу я, конечно, найти не мог. Даже место охранника склада на протертом дешевом стуле не удержалось бы за мной — везде возникали проблемы из-за моей умственной и физической неэффективности, от эмоционального недосыпа. Спал я иногда даже долго, но отдыха не было. Все сны были очень тяжелые и выматывали в эмоциональном плане, поэтому вся эта умственная нагрузка отнимала и физические силы. В офисе с утра я тоже не мог работать, потому что нужно было разогнаться и выкинуть из головы все посторонние мысли. На утренних планерках мой стеклянный взгляд был прикован к окну, а вся информация пролетала мимо ушей. Пару часов днем я тратил на то чтобы вникнуть в происходящее, а потом под вечер не мог удержать глаза открытыми, сидя даже в неудобном кресле. Меня уволили из офиса, когда в третий раз нашли залипающим на клавиатуре. Работа водителем тоже не пришлась по душе — проводить за рулем долго я не мог, но несмотря на это машину все равно не продал — как-то справлялся. В итоге самое комфортное трудоустройство нашло меня в монтаже видео для ТВ. Утром эти ребята вовсю снимают свои сериалы и передачи, а ближе к ночи как бешеные прибегают в студию и требуют, чтобы все было готово через полчаса, потому что завтра эфир, а нужно еще успеть посмотреть. К тому времени, как водитель или продюсер потные вбегали с жесткими дисками, мои глаза окончательно разлипались и голова очищалась от ночных путешествий. Я творил всякие заставки, нарезал сложные моменты, а в конце концов даже смог заменять звукорежиссера, потому что он под вечер он уже тупил основательно.

Индивидуальный гороскоп у астролога стоит от 100 до 300 тысяч. В зависимости от опытности специалиста (читай, наглости).

- Вы должны следовать своему гороскопу, если этого нет, то и излечения нет!

- Я следую, но ничего не меняется.

- Без веры, молодой человек, ничего не изменится. Я вам говорила, что в течение года произойдут события, которые повлияют на ваш авторитет. Если этого еще не произошло, то, значит, еще не время. Уран еще не достаточно повлиял на положение Марса, поэтому нужно просто выждать время. Терпение — залог спокойного настроения и отличного самочувствия. Вы поранились?

Астрологи обычно женщины. Вполне себе симпатичные, однако это, скорей, следствие хорошего заработка.

- Слегка. Порезался на кухне, — соврал я.

- Я предупреждала о риске травматизма! Такое ощущение, что вы ничего не читаете! Внимательней надо быть.

Мне нечего было сказать. У нее была непробиваемая логика. Все, что написано в ее писульке, настолько общо, что под эти доводы можно подплести любое утверждение и любую ситуацию, которая произойдет. Просто скажите про риск травматизма и будете правы. Даже если вы целыми днями сидите дома, то все равно существует огромная вероятность того, что вы либо поранитесь, либо потянете ногу рано или поздно. Заверните ваше “предсказание” на год, и дело в шляпе. Будьте осторожны, занимаясь спортом. Следите за здоровьем. Тщательно пережевывайте.

- Вы сверяетесь с сонником?

- Конечно, но он ничего не объясняет. Недавно я видел сон, где были чужие поцелуи. В соннике вы написали, что я слишком активно вмешиваюсь в жизнь чужого человека. Но я же вообще ни с кем не общаюсь. Работа-дом, работа-дом. Какие чужие люди, не понимаю.

- Не стоит воспринимать это буквально. Возможно, вы мешаете кому-то на работе.

Не стоит воспринимать буквально — это лозунг всей астрологии. Жаль, что я понял это так поздно. Я жалел потраченного времени и пустой надежды на помощь. Неделю назад хотел проконсультироваться со специалистом по нумерологии. Стоит отменить встречу и заняться чем-то реальным. Но чем? Что хорошего в реальности еще осталось?

- Не переживайте сильно. Займитесь своими делами, не отвлекаясь на ненужные мысли.

- Да, наверное, так и сделаю. Спасибо.

Пойду искать нужные мысли.

“Когда в позднем палеолите кто-то из наших предков видел во сне недавно умершего близкого человека, он верил, что тот живет в ином мире, просто без своего тела, поэтому вы можете видеть духов, которые преследуют вас по жизни” — и все в таком роде. Это последние слова, которые я слышал на очередной лекции по управлению своим сознанием. Какое-то время я действительно пытался во все это вникнуть и увидеть какой-то смысл, но в конец концов только ржал от этих философских изречений. А что еще оставалось делать? Не плакать же.

В следующие несколько месяцев было затишье в решении всех проблем. Однотипные будни, а в выходные просто шатался по городу в поисках приключений. Каждую ночь передо мной проносился красочный высокобюджетный блокбастер, но единственной реакцией в конце было тусклое утреннее “Мда-а”. Задумывался ли я о суициде? Ну, конечно. Но это не так просто, как кажется. Нельзя просто так взять и повеситься, даже если очень хочешь. Я не мог решиться — работал инстинкт самосохранения, что наводило меня на мысль, что я все же не поехавшая с катушек личность. Пока я беспричинно плутал по очередным закоулкам, буквально перед лицом в мой мир ворвалась приветствующая меня девушка:

- Сутулый, ты? Привет!

Накрашенная брюнетка с небольшим, но очень заметным, шрамом на щеке оказалась моей одноклассницей Оксаной. В школе меня звали сутулым — как-то меня так обозвала учительница, когда я сильно скрючившись сидел за партой. Я ее сразу узнал, хотя в школе мы и не особо общались. Она нервно покачивала сумочку на плече и неугомонно ела меня своим взглядом, будто наконец наткнулась на заветную банку с мороженым, сидя уже месяц на диете. Заметив мой оценивающий взгляд, она слегка привстала на цыпочки. Невысокий дорожный знак позади будто боролся с ней в очереди на аттракцион, где не пускали низких детей.

- Привет, — неуверенно сказал я, а мои плечи как-то сами по себе сжались от ее пристального внимания.

- Как твои дела? Ты какими судьбами тут? Живешь где-то рядом? Переехал? Так давно не виделись, слушай!

Еще немного, и у меня закружилась был голова от такого выхлопа. Она предложила проводить ее в какой-то центр омоложения, где я зачем-то согласился подождать ее полчасика. Полтора часа компанию мне составляли тупые журналы с тамошнего кофейного столика из Икеи.

- Я думал написать тебе, что пойду ждать тебя в кафе, но понял, что у меня нет твоего номера.

- Ахах! Ловко ты номер у меня выпросил.

- Да… — хотел было возразить я.

В этой встрече все было замечательно — кроме того, что я не понимал, что происходит. Не то чтобы у Оксаны в сумке пылились визитки всех модельеров и фотографов Милана, поэтому садится она только в Бентли, но я, кажется, делал все, чтобы от меня отстали, а нынче и вовсе выглядел не в форме, как выжатый худой таджик с ближайшей стройки. Но, стоит признать, что я значительно поправил свой внешний вид со времен школы. Я молодец.

- А я вот в кино работаю.

- Порно? — ей такое сравнение не понравилось, но реакции не последовало. Мог ли я пошутить еще тупее? Мог.

- Работаю помощницей режиссеров на съемках. Ну в основном организацией всяких штук занимаюсь, типа контроля доставки нужных людей и так далее. А ты чего?

- Неплохо, а я редактирую все то, что вы там снимаете, в постпродакшене телеканала.

- О, интересно, наверное. Но я не на телеке, у нас немного другое. Но, вообще, это все мелочи, чего я тебе тут рассказываю все? Я просто познакомилась с одним продюсером и вроде как замуж выйду на него скоро. Он меня типа и устроил туда.

- Всмысле? — какое неожиданное откровение.

- Ну, вот так.

- Как-то ты слишком самокритично. Помощник режиссера — это не плохо, в конце концов, если бы ты не справлялась, тебя бы все равно попросили чем-нибудь другим заниматься.

- Просто мы так давно не виделись и не общаемся, я подумала, что можно не придумывать ничего и не пытаться выглядеть кем-то, а рассказать как есть.

- То есть тебе все это не нравится? Работа, круг общения?

- Да нет, все в порядке, просто так или иначе приходится делать все так и выглядеть так, как от тебя ожидают, чтобы никто ничего не подумал. Это утомляет.

- Да, понимаю тебя.

- Ты тоже так делаешь? Почему ты вообще такой грустный, такое ощущение, что заболел, хотя вроде выглядишь хорошо.

- Нет, все нормально, просто много работы.

- Неправда, я вижу, когда мне врут! Расскажи мне что-нибудь, чего не рассказываешь своим знакомым. Я тебе тут вся открылась — так нечестно!

- Оксана, иногда есть проблемы, которыми действительно не хочешь с кем-то делиться.

- Ну, ладно, как хочешь. Наверняка все банально — девушка бросила или изменила, типа того. Вообще, могу тебе смело посоветовать одного психолога, который у нас работает. У всех крутых шишек киношных он в респекте! Не знаю, что он именно делает, но никто о нем плохо не отзывался — а это редкость!

- Спасибо, но с меня хватит уже этих психологов и прочих целителей.

- А я все равно запишу тебе его номер, — она схватила с моего края стола телефон и, отвернувшись, переписала номер.

Мы посидели еще минут десять, а потом разошлись, так больше и не увидевшись в этом году.

Короче говоря, в один прекрасный день я набрал тот номер. После того, как закончились гудки, в ухо мне вонзился резкий звук улицы:

- АЛЕ? — абонент на той стороне старательно пытался перекричать надоедающий шум мегаполиса.

- Добрый день, Антон? Мне ваш номер посоветовала Оксана, говорила, вы можете помо…

- Помочь всегда могу! Давай завтра встретимся, заберете меня в семь вечера у метро Спортивная, ок?

- Эм, хорошо.

- Ну и славненько! Ну, все, на цифрах!

Ну и откуда он понял, что за Оксану я имел ввиду? У него одна знакомая Оксана что ли? На цифрах… Походу какой-то очередной самодовольный говнюк. Забрать его надо еще. А может у меня машины то и нет? И имя узнать даже не успел. Ладно, разберемся. Других дел все равно не было.

Последние толпы офисных рабочих сбегали в московскую подземку, когда я стоял на аварийке, опасливо поглядывая в зеркала, выискивая подъезжающих стражей порядка. Я был уверен, что он не записал мой номер, поэтому нужно было оставаться на виду. Я успел разглядеть каждый кирпичик окружающих зданий и дважды идеально разложил весь хлам в салоне, прежде чем возле машины оказался нахмурившийся блондин с модельно уложенной прической и смотрел на меня сквозь прямоугольные солнечные очки. Перехватив мой взгляд, его губы независимо от остального лица разошлись в улыбке, и он уверенно забрался внутрь.

- Здорова, — он протянул руку, так и не оторвав от меня взгляд.

- Привет, Паша.

- Антон я. Погнали, пока не штрафанули как обычно на мильон.

Ничего, что я уже сорок минут тут сижу, жду пока меня не штрафанули? Я поехал вперед, аккуратно объезжая таких же дурачков как я, припаркованных вдоль улицы.

- Поехали в Лужу, у меня там типа теннис, все дела. Только вот форму забыл, хз как вообще играть буду, но это детали.

- Ок.

- Ну, так а че у тебя там?

Его самоуверенность меня подкосила. Своим поведением он не располагал к доверию, но я промолчал. Что-то внутри вынуждало меня оставаться рядом с ним, подталкивало на разговор. На долю секунды сложилось впечатление, что не так давно он выкидывал мой портфель из окна школы, а потом мы мирились как ни в чем не бывало. Обычно когда впервые находишься один на один с мало знакомым человеком, а особенно если это мужик, да еще и выглядит получше тебя, чувствуешь себя не очень комфортно, но не в этот раз.

- Сплю плохо, — я будто на секунду оторвался от какого-то важного дела, а ничего важней, кроме как смотреть по сторонам за рулем, я не придумал.

- Не хочется? Бессонница?

- Нет, с самим сном все нормально.

- Значит, снятся не сисястые тетки, а что-то неприятное, понятно.

- Типа того.

Мы встали в небольшую пробку, и это томное ожидание требовало вылить на него все свои беды не выдыхая. Надежда на понимание, которая затаилась с первой секунды нашей встречи, тянула мой отчаянный взгляд в его сторону.

- Тебе просто нужно настроиться на более позитивную волну. Ну, чтобы тебе снилось сисястое что-нибудь. Как вон, например, та киса. О, гляди-ка, она, похоже, одна. Ну-ка…

Последнее, что я услышал от него в этот день — это неприятный хлопок пассажирской двери, поставивший жирную точку в этом разговоре. Постояв минут десять на том же месте, я поехал домой. На обратном пути у меня произошел продуманный монолог, в котором у моего нового друга не было шансов отбиться от оскорблений и возмущения. Ничего в моей жизни после этой встречи не изменилось, кроме того, что каждый вечер я находил время тупить в телефон, смотря на его имя и держа палец возле кнопки звонка. Насколько же у меня все разнообразно в жизни, что я не выкидываю из головы пятиминутную встречу с незнакомцем.

Во второй раз мы встретились случайно. Увидев его бред-питтовскую улыбку в соцсетях, я наконец заполнил имя в записной книжке. Антон, а точнее Энтони, выложил фотку с гео-тегом недалеко от моей работы как раз, когда я собирался уходить. Похоже он собирался в кино в соседнем торговом центре, а рядом с ним сложили губы две симпатичные “кисы”. Скинув портфель в багажник, я быстрым шагом ворвался в толпу снующих по торговым центрам девиц и закупающимися продуктами домохозяек. Я бы мог влиться в поток людей и просто ходить по этажам в надежде как бы случайно наткнуться на встречу, но не тратя время поднялся наверх прямо в кинотеатр.

- Опа, какие люди. Паштет-маштет, как делишки? Сисятые подъехали?

Его спутницы негромко засмеялись, услышав знакомое слово. Наверное, подумал, что это им комплимент, иначе про кого еще может быть что-то озвучено на этой планете? Справедливости ради, с причиной смеха у них все было нормально. Как он вообще запомнил мое имя?

- Это у нас такое кодовое слово, секретный шифр.

- Что за секреты такие? Я не люблю секреты, ты должен все рассказать! — она показательно ткнула его указательным пальцем в плечо, зачем-то подпрыгнув, когда убирала руку.

Даже не представляю, как глупо тогда, наверное, выглядело мое лыбящееся лицо. Я был абсолютно не в своей тарелке, не понимал, как реагировать на все эти бессмысленные разговоры.

- Да, там нормально все.

- Ну и супер. Погнали с нами в кинчик?

- А что за фильм?

- А есть разница?

- Ну, наверное, нет…

- Ну вот и все. Сходите купите еще один билет, а я захвачу че похавать.

Мои новые спутницы повели меня за билетами, и максимально неловкий день продолжился. Пока они сверкали собой на весь окружающий мир, я тупо улыбался и пытался не сказать чего глупого. То есть молчал.

- Ну что, заценим? — этим девизом мы ворвались в уже закрытый зал, распихивая по пути сидящих людей, в то время как фильм уже шел.

Это был максимально тупой фильм, так что я даже не запомнил о чем он. Весь сеанс я сидел как маленький ребенок, которого строгая мамаша притащила в театр — молча поддакивая, находясь не в своей тарелке. Энергетика моего наставника (в тот момент именно таким он и казался) была какая-то суперподавляющая своим авторитетом. Я же вроде не задрот, который первый раз увидел женщину и выбился в светскую тусовку, что за хрень? Под конец сжатость в плечах пропала, и наступил мягкий момент расслабления.

- Ну что, развеялся?

- Да, все норм. Не то чтобы мне нужно было развеяться, правда, но…

- Чувак, ты должен ловить новые ощущения. Да, даже необязательно новые — любые ощущения. Иногда нужно делать всякие глупости. Как например ходить на дегенеративные кинчики с ненужной тебе компанией.

Мой внутренний воспитанник инстинктивно хотел было уже остановить его жестом и возразить, но в момент я заметил его ухмылку. Мое поведение действительно настолько предсказуемо, что так легко определить, о чем я все это время думал? Я лишь ухмыльнулся в ответ.

- Я думаю, проблема в твоем подходе к решению проблемы. В какой-то момент своей жизни ты, в принципе, понял, что у тебя есть эта самая “проблема”. И после этого она действительно стала проблемой, о которой ты все время думаешь. Когда тебе говорят “не думай о розовом слоне” , о чем ты будешь думать в следующую секунду? Тут то же самое! Когда вся твоя деятельность крутится вокруг одного события, это событие и становится твоей жизнью. Но ведь вокруг есть много чего еще. Это звучит как тупая мотивационная речь крутого продажника, но идея простая. Сны — это результат обработки всех событий, что произошли за день. Все твои ощущения оставляют отпечаток в сознании и потом приходят тебе в момент слабости твоего мозга, когда барьер отключен. Возможно, этому предшествует какая-то физическая хрень, типа расстройства или болезни. но ты явно уже испробовал все, чтобы ее вылечить. Наполни свою жизнь чем-то разнообразным, отвлекись от розового слона. Может быть, я не прав, но ты должен попробовать.

- Я бы не сказал, что у меня скучная жизнь.

- Она может быть сколько угодно не скучной. Но в твоем понимании и отношении к тому, что происходит ежедневно, нет значимости. Будь внимательней к мелочам, как ебучий дизайнер. Обращай внимание на простые вещи, раскручивай свой мозг и внешние чувства. Глаза, язык, нос, уши и кожа. Они все дают тебе информацию, которую ты пропускаешь, сосредоточившись на одном каком-то говне.

Мы уже вышли из лифта и внизу встретили потерявшихся девушек. Я даже не заметил, что их не было рядом. Погруженный в свои мысли, я упирался взглядом в ноги до того момента, как яркий блик пола смог привести меня в чувство.

- Ладно, мы на парковку, классно потусили, — его рука уверенно потянулась в мою сторону, на что я незамедлительно отреагировал, кивнув взглядом в сторону его подруг, — попробуй!

Время проведено неплохо. Конечно, моя подруга не зацеловала меня, смачно причмокивая, как это было у Антона, но свою порцию внимания я получил. На этот раз я услышал от него действительно разумную речь, с которой можно работать. Так или иначе, когда человек к тебе хорошо относится невзирая на какие-то внешние раздражители или социальную предвзятость, это всегда приятно.

В следующий раз мы увиделись через неделю. Что я понял за это время? Да ничего. Знание о том, что на третьем доме по дороге от метро домой щели между кирпичами более грубые и толстые, чем на втором, в целом не приносит никакой значимости в твою жизнь. А главное, не приносит никаких изменений в визуальный взрыв мозга, когда глаза закрываются. Ежедневная усталость сменилась повседневной тоской. В чем смысл этих наблюдений и всего, что происходит вокруг, если это никак не влияет на меня любимого? Похоже, я не вижу какой профит вселенная несет для меня. Вопреки всем популярным и вдохновляющим гайдам по жизни, тут не я должен что-то приносить в мир, а мир должен привнести что-то в меня. Боже, дай мне знак, лол.

Убер везет меня в бар, где Антон снова станет моим проводником в беззаботную жизнь. Подпрыгивая на кочках осеннего асфальта, машина неуверенно пробиралась сквозь трафик и мимо сверкающих витрин. Люди сквозь витрины выглядят счастливыми. Хочется ли мне зайти в эти магазины? Нужен ли мне уже сейчас проводник во вселенную невзрачного похуизма, если я сам уже в нее забрался по самые уши? Наверное, сейчас самое время свалить домой и закрыться в ванной. Записать сториз о том, как все грустно и печально. Набрать пару лайков от тех, кто поставил их случайно.

Водитель резко затормозил — похоже, услышал мои мысли и решил устроить мне встряску.

- Антон, в чем смысл? Я пытаюсь понять всю эту химию мозга, изучил кучу инфы, но не могу сложить цельной картины.

Музыка буквально долбила прямо в сердце. Бездушный бит не мог остановиться, а вместе с ним и все люди на танцполе. Прыгают как умалишенные, будто других забот нет. Но их, наверное, и правда нет.

- Ой, не начинай. Давай отвлечемся от этих проблем.

Мы сидели в тесном баре в центре города. На этот раз без компании. Люди разной степени опьянения периодически тянулись между нами за напитками в сторону бармена, мешая даже начать нормальный разговор. Бессмысленное болтание туда-сюда продолжалось около получаса, за это время я выпил три кружки и пива, глаза поплыли.

- Как на работе движуха?

- Серьезно, ты решил у меня поинтересоваться про работу?

- Чувак, с тобой совсем не весело. Расслабься, ты сам говорил, что не против сегодня хорошенько нажраться, так давай налегай — вся ночь впереди.

- Ну, кого-кого, но ночью меня не напугать.

- Хах, вот такой настрой и нужен, — свежая пена разлетелась по лакированной барной стойке.

- Я никогда не понимал, нахрена люди ходят в такие шумные места и не танцуют и все такое. Как мы, например.

- Атмосфера.

- Что “атмосфера” ?

- Через плечо. За атмосферой ходят. Эмоциями.

- Хуециями. Мне кажется, это какая-то разновидность стадного эффекта. Бухать дома — это зашквар, вот люди и полагают, что в баре это выглядит не тупо.

- Слушай, не неси херни. Когда мы с тобой познакомились, ты не был настолько занудным офисным клерком, — он резко бросил руку к моих волосах и встрепнул их, — у тебя там лысина еще на намечается? Может, тебе дешевый костюм подогнать, у меня остался с выпускного.

- Выпускной? Когда это было, в 80-ых?

Мы переместились за свободный стол, и все пошло по стандартной схеме — к нам подсели какие-то девки, и в бой пошли разговоры ни о чем. У меня уже упали почти все барьеры нормального социального поведения и на удивление разговор поддерживать удавалось легко. Сколько время то уже? Затуманенный циферблат часов ускользал от моего взгляда, поэтому определить третий час ночи у меня получилось только с третьей попытки.

- Так, давай, валим отсюда. Что-то мне не нравятся эти чувихи, — тяжелая рука толкнула меня к выходу, закинув мне на плечо куртку.

- Да, я как раз подумал, — еще чуть-чуть и я бы заблевал все крыльцо, но пронесло, сдержался.

- Подумал он, ха-ха. Тебе нужно чаще выбираться и отвлекаться. Ты не фанат бухлишка, я вижу, но у всех у нас есть проблемы, — он неуклюже подмигнул, когда я перевел на него взгляд.

- Дааа, — куртка наконец-то до конца осела на плечах, когда я отмахнулся от его реплики.

- Чувак, это все не имеет смысла. Вот просто нет. Не надо никак истолковывать свои сны. Они ничего не значат, это просто возбуждения твоего мозга. Все эти дофамины, хуины — это то же самое, когда ты обдолбался наркотой, только проще. Разве кто-то анализирует свои мысли или глюки, когда закинулся таблетками какими в клубе? Очень сомневаюсь, разве что Бегбедер и его поклонники, а так все просто на следующее утро со смехом вспоминают все то, что им причудилось. Вот и ты должен так же относиться к этому. Это просто прикольная картинка. Тем более, когда ты уже вполне научился особо не реагировать эмоционально на все эти кул стори, тебе будет проще. Это просто фигня. Ты веришь в бога или еще там какую религию?

- Нет.

- Оно и понятно, потому что все это выдумки, верно? — мы пропустили проезжающую мимо машину и потопали дальше в сторону Тверской, — скорей всего твоя версия: “Если бы бог существовал, то не обрек бы меня на эти трудности”, — ухмылка образовала небольшую паузу в реплике. — Вот только почти все фундаменты религий были придуманы после того, как какой-нибудь пророк увидел это во сне. И что это значит теперь? Да ничего. Цитирую:

«Фараон сказал Иосифу: мне снилось: вот, стою я на берегу реки;

И вот вышли из реки семь коров, тучных плотью и хороших видом, и паслись в троснике…»

Бла-бла-бла, дальше не помню. Даже фараону снилась всякая муть, и они делали из этого какие-то выводы. А в итоге что? Ни-че-го. «- Что значат мои сны? — Чувак, это послание господа!» Я представляю, как тот, кто это говорит, в этот момент загадочно растворяется в внезапно появившемся дыму. Просто забей.

Пока я обдумывал сказанное, продолжение не заставило себя ждать:

- Я не знаю, как еще тебе помочь, если ты будешь относиться к вещам слишком серьезно. Когда человека очень сильно волнует какой-то вопрос, он хочет знать на него ответ и пока не получит его, будет волноваться по этому поводу все сильнее и сильнее. Сколько лет ты уже ищешь ответ на свой вопрос? По всей видимости, много! И до сих пор не нашел. Не пора ли задуматься, что ответа может и не быть? Не потому, что это какой-то загадочный пиздец на тебя такого бедненького набросился, а потому, что это просто не важно. Разве от того, что ты будешь знать, какие химические реакции проходят у тебя в голове, тебе станет легче? Не станет, ты просто еще больше запутаешься. Сколько уже всего ты прочитал и проанализировал на эту тему? И все стало только сложней, потому что все это не относится к делу. А дело заключается в том, что нужно уже успокоиться и заняться чем-нибудь действительно нужным и важным.

- Но это важно для меня, раз я так парюсь по этому поводу.

- Вот именно, что это важно только для тебя! Ты пытаешься найти в окружающем мире доказательство своей эгоистичной проблемы, тебе не кажется это странным?

Мой непонимающий взгляд как никогда захотел бы обрести дар речи в этот момент.

- Знаешь, на чем играют все эти астрологи? Как раз на эгоистичности и чувстве собственной важности отдельного человека. Ну, типа, все звезды крутятся и че-то там делают ради конкретной жирной богатой тетеньки, которая пришла на прием. Ну, как тупая овца, всю жизнь живущая в комфорте, может в это не поверить? Она наконец-то нашла подтверждение своему ценнейшему существованию! За такое и денежек занести не грех. Мы еще тогда с тобой разобрались, что твои сны — это просто кучка твоих ощущений и воспоминаний за день. Они просто перемешались, и получилась красивая картинка. Ключевое слово — просто. Неважно, зачем и почему все это делается, важно, что ты столько времени убил на поиск смысла всей этой мешанины говна, столько людей и мнений обошел, а смысла до сих пор нет. Подержки-ка.

Он отдал мне свою бутылку и побежал к очередным проходящем мимо двум “кисам”. Я понял, что наш разговор вновь закончился. Я подошел к нему, отдал стекло, одобрительно кивнул и ему и дамам и поехал домой.

Я ни о чем не думал, трясясь в вагоне метро. Похоже, я боялся признаться, что он прав. Что все это было бессмысленно и зря. Я разглядывал схему метро, перечитывая про себя названия станций, и читал рекламу по третьему кругу. Впервые за долгое время я без задних мыслей спокойно добрался домой и лег спать. Лег спать, не думая о том, что меня там ждет. Я просто забыл.

Мультиварка пропищала свою утреннюю мелодию, сварив мне кашу (когда я успел ее поставить?), отчего пришлось разорвать слипшиеся веки. Умывшись и покормив кота, я глотал кашу, пролистывая информационный мусор в телефоне. Стоя в полный рост посреди кухни, я заметил, что уже почти минуту глупо смотрю в одну точку. Обычно в это время я сижу с ноутбуком и записываю увиденный сон, но сегодня мне нечего было записать. Впервые я так быстро забыл, что мне снилось. Губы растянулись в легкой улыбке, а я вернулся к завтраку. Сегодня у меня обычный день, как у всех.

--

--