Что плохого в том, что режиссеры защищают режиссеров, а бухгалтеры — бухгалтеров? Это рутинная вещь в политической реальности, для которой характерно многообразие политических суб’ектов. Цеховая солидарность, политика идентичности — веками отработанные практики отстаивания групповых интересов, формирования политических суб’ектов. Обоснование у них самое естественное: он делает то же, что и я; взяли такого же, как я, значит, завтра моя очередь. Для этого умозаключения не требуется опосредование, не нужно знать всю систему в целом, достаточно своего личного опыта, который свидетельствует, что система несправедлива по отношению к таким, как я. Это ясная мотивированная политическая позиция, имеющая шанс на успех, поскольку она представляет не голос одиночки, но сразу весь цех. Именно в силу своей эффективности тиранам цеховая солидарность очень не нравится. Они делают все возможное, чтобы прикормить всяких михалковых ровно на такой случай, ради штрейкбрехерства. Ну, с этой продажной братией все ясно. Другой способ противодействия цеховой солидарности, процветающий особенно на нашей почве, гораздо более проблематичный. Он рядится в одежды высшего морального авторитета: эгоизм плохо, альтруизм хорошо. Нельзя защищать такого же, как ты, потому что ты действуешь в своих интересах, тогда как мораль, якобы, требует от нас жертвы и незаинтересованности. Морально защищать бухгалтера, а еще моральнее — “неизвестного рабочего” (цитата из Гавела), аморально защищать режиссера.
Этот ход мысли совершенно негоден. С политической точки зрения, это мечта любого тирана, реализующего стратегию “разделяй и властвуй”. Оппозиция сама себя ослабляет, не хочет собираться в кулак. (Те, кто возразит, что режиссер легко найдет общий язык с бухгалтером или неизвестным рабочим, впадают в противоречие: ведь вся суть первоначальной претензии состояла в том, что это совершенно разные группы и вы, мол, защищаете только своих).
С моральной точки зрения, это либо лицемерие, либо глупость, либо святость. Если вы не мать Тереза, вы живете для себя, а не для других. Это значит, что в конечном счете вы всегда сами поступаете эгоистично, не испытывая угрызений совести. Если вы честный человек, вы признаете это и не станете требовать от других больше, чем от себя.
Требование заботиться о неизвестном и дальнем больше, чем об известном и близком в политической жизни крайне сомнительное и вредное. Подчиняясь этому требованию, вы никогда не достигнете ни того, что нужно вам (потому что вы себе это запрещаете), ни того, что нужно другим (потому что вы никогда не знаете, что им на самом деле нужно).

)
Welcome to a place where words matter. On Medium, smart voices and original ideas take center stage - with no ads in sight. Watch
Follow all the topics you care about, and we’ll deliver the best stories for you to your homepage and inbox. Explore
Get unlimited access to the best stories on Medium — and support writers while you’re at it. Just $5/month. Upgrade