О карьере на западе

— Как вы, выпускница МГИМО, золотая медалистка, дочь профессора, внучка академика, стали валютной проституткой?
— Даже не знаю… Наверное, просто повезло!
Анекдот из девяностых

Я сижу сейчас на заседании совета директоров восточно-европейского Microsoft и со мной в комнате сидят несколько голландцев, американцы, две гречанки, несколько немцев, англичан, два чеха, венгр, канадец, серб, французы, итальянцы, поляк, швейцарцы. А из России только один я. Почему наших так мало в Европе, особенно на руководящих позициях, несмотря на размер рынка? Немногие исключения если и встречаются в глобальных компаниях, то чаще в компаниях с российскими корнями. А вот в международных компаниях примеры совсем редки.

Что мешает нашим людям строить международную карьеру? Попробую ответить на этот вопрос некоторыми замечаниями из своего опыта. Не претендую на объективность и полноту, это 100% мой субъективный опыт.

Замечание на полях: в связи с ростом курса евро и доллара всё чаще приходится слышать желание поскорее из России уехать в Европу и Штаты. Наверное, стоит написать про это отдельную заметку, чтобы поподробнее раскрыть мысль, в которой я после нескольких лет жизни в Европе убеждён на 100%: в России не всё так плохо, а “за границей” не всё так хорошо. Более того, текущий курс рубля приближает уровень жизни в России к европейскому, с учётом существующих здесь налогов. Просто у нас при старом курсе было значительно лучше, чем в Европе, что изнутри было не так заметно. Подробнее см. заметку “О жизни в Европе”.

Мне для понимания особенностей нашего ведения бизнеса было очень полезно взглянуть на нас со стороны. Взгляд на себя со стороны всегда очень полезен. Говорят, что для того, чтобы понять свой родной язык, нужно изучить иностранный. Я склонен с этим согласиться. Именно поэтому так ценится международный опыт.

Я уже несколько лет отвечаю в Microsoft за технический евангелизм в регионе Центральной и Восточной Европы, куда входит Россия и ещё 33 страны. Работа в региональной штаб-квартире позволила взглянуть на бизнес в России и на принятые в России правила ведения бизнеса со стороны. Понять, чем отличается менталитет в других странах. Это было очень полезно и интересно! Я обнаружил несколько интересных моментов недопонимания между “нами” и “ими”, что является одной из причин, почему “наших” так мало “там”. Вот некоторые из них:

1. Мы считаем себя абсолютно уникальными. По нашему мнению, есть Россия и есть весь остальной мир. Россия не похожа ни на одну другу страну в мире ни в чём и является единственной в своём роде. Любые аналогии между нами и другими странами мы воспринимаем, как в лучшем случае непонимание, в худшем — оскорбление. Как можно было нас сравнить с какой-то там … (любая страна из 180). Безусловно, у нас очень много уникальных черт. Но их не меньше у любой другой страны в мире. И мы не уникальны хотя бы в этом. А на самом деле у нас гораздо больше похожего, чем отличий. Наше стремление считать себя абсолютно уникальными нам здорово мешает, так как не даёт изучать и перенимать чужой опыт (мы-то считаем его к нам неприменимым!) Открытость к чужому опыту и готовность изучать других, искать похожее, а не отличия даёт очень большие возможности для развития.

2. Мы склонны все успехи приписывать себе, а все неудачи — внешним обстоятельствам. Это, наверное, свойство человеческой природы вообще, но у нас оно выражено особенно ярко. Мы привыкли очень много внимания уделять внешним обстоятельствам вместо того, чтобы думать о том, что можно было бы сделать. Например, иногда диалоги с российской командой на различных business review выглядят очень забавно:
Российская команда:
— У нас всё очень плохо.
Штаб-квартира:
— Да, мы в курсе, читаем новости, видим показатели.
Российская команда (про себя): они опять ничего не понимают! У нас же действительно всё очень плохо! (и вслух):
— У нас всё совсем-совсем плохо!
Штаб-квартира (привыкшая уже к такому подходу):
— Да-да, мы всё знаем и понимаем, всей душой болеем за вас! Давайте поговорим, что вы делаете в этой ситуации?
Российская команда (про себя): ещё издеваются! Они ведь не понимают, что у нас совсем-совсем всё плохо! (и вслух):
— Да вы не понимаете, у нас же действительно всё совсем-совсем плохо, санкции, контр-санкции, ВВП, курс доллара, беда-беда!

Такой диалог зацикливается, стороны часто не слышат друг друга. Хотя на самом деле все всё понимают и хотят действительно обсудить, что можно делать в текущих условиях. Есть вещи, на которые мы повлиять не можем, что толку о них разговаривать? Но есть и вещи, которые мы можем и должны сделать. Их и надо обсуждать.

3. Мы очень не любим обратную связь (feedback) и особенно критику. Про обратную связь я уже писал, повторяться не буду. Это тоже свойство человеческой природы вообще, но на моём опыте, “нашим” это свойственно особенно. Критику принимаем персонально и перестаём быть конструктивными, когда слышим её в свой адрес.

4. Часто к ревью бизнеса мы относимся, как к экзамену в институте. (Да-да, я знаю, что в русском языке надо писать “ревю”, а не “ревью”, но мне так как-то ближе). На экзамене ваша задача — показать, что вы — молодец, знаете материал, готовы ответить на вопросы в билете и дополнительные вопросы. Ожидания к бизнес-ревью немного другие. Цель — не проверить знания. Или, как минимум, это не основная цель. Цель — разобраться в проблемах, понять, что можно делать по-другому, выработать план. “Ревьюверы” (ещё одно слово, которое я не могу перевести на русский язык) искренне хотят помочь, дать советы, предложить новые идеи. “Нашему” подходу это категорически противоречит. Поэтому мы всегда стараемся представить результаты работы лучше, чем они есть (несмотря на “тяжелейшие внешние условия”), спрятать проблемы, не рассказывать об ошибках. И это очень мешает. Нам стоит как можно быстрее переходить от оценки себя, как руководителя к поиску и обсуждению решения проблем.

5. Как следствие, мы очень не любим признавать свои ошибки. Не умеем быть самокритичными. Мы всё время живём по принципу “сам не похвалишь — никто не похвалит”, что находит некоторое непонимание среди скромных европейцев. И, как следствие, они стараются нам помочь, напоминая о наших ошибках. Но у нас это вызывает крайне негативную реакцию (см. п.3 выше) и порой даже агрессию, так как мы любую критику воспринимаем, как личную обиду. Мы считаем себя умнее всех и не умеем учиться у других. Зато мы очень любим рефлексировать и заниматься самокопанием. (Это, наверное, хорошо). При этом мы никому не позволяем помогать нам в этом процессе взглядом со стороны. Но уж если мы признаём свои ошибки, то равных в самобичевании нам тоже нет. Причём часто мы считаем себя и самыми лучшими и самыми худшими одновременно. Как это у нас получается — секрет загадочной русской души.

6. Мы плохо говорим по-английски. К сожалению, если сравнивать с другими европейцами, это так. При этом мы сами считаем, что говорим очень хорошо! И это здорово мешает. Всё-таки коммуникации — это самое главное.

7. Мы любим подвиги и не очень любим спокойно работать. Здесь, думаю, комментировать не надо. Это не плохо и не хорошо, просто это ещё один повод для непонимания. Как следствие, мы очень не любим планировать. Возможно, к этому нас приучила непредсказуемость нашей жизни, когда планировать действительно бессмысленно, но при этом очень важно быстро реагировать на внешние обстоятельства. Ещё одно следствие из этого — мы не любим обещать. А если нас заставляют обещать, прогнозировать — то мы изо всех сил будем стараться занизить планы, чтобы потом их перевыполнить. Не всегда понимая, что точность прогноза порой важна не меньше, чем перевыполнение плана.

8. Мы по-другому воспринимаем время. Мы любим рефлексировать, но не любим планировать (см. выше). При этом в западной культуре очень любят планировать, но про прошлое обсуждают в основном результаты, а не действия, редко возвращаясь к планам. И вообще предпочитают говорить не о том, что делали, а о том, что сделали. И о том, что будем делать дальше. Мы же предпочитаем рассуждать о том, что мы хотели сделать (но не получилось по вине “независящих от нас невероятно сложных внешних обстоятельств” — естественно). А про будущее говорить смысла нет, всё равно оно непредсказуемо.

Но самое главное, думаю, это наше нежелание и неумение изучать и адаптироваться к другой культуре. Иметь свои собственные особенности — неплохо. Более того, очень многие наши особенности являются нашими очень сильными сторонами! Например, та же способность совершать подвиги, хоть каждый день. Но нежелание понимать особенности других и подстраиваться под них (не теряя своей идентичности) сильно ограничивает нас и мешает большому количеству очень светлых голов из России строить карьеру на западе. Это, пожалуй, главный вывод из этой заметки.

Да, не подумайте, что я пытаюсь сказать, что все “наши” вот такие, а я — другой. Нет, я точно такой же. Разве что я признаю за собой наличие этих недостатков и пытаюсь над ними работать и, как минимум, учитывать их наличие в своей работе.

Это, очевидно, 100% субъективный и неполный список, я продолжу ещё работать над ним и буду благодарен за отзывы и предложения. Особенно от тех из моих читателей, кто работает на руководящих позициях в Европе и Штатах: Anton Antich, Gaidar Magdanurov, Dmitry Sotnikov, Yuriy Larichev, Pavel Ershov, Alexey Badaev, Yuriy Misnik, Alexey Reshtenko, Irina Kozlova, Nikolay Pryanishnikov, Dmitriy Nikonov, Eugene Chigirinsky (не обижайтесь, пожалуйста, если кого-то забыл).

Update (25 января): продолжение заметки — о наших достоинствах.

    Alexander Lozhechkin

    Александр Ложечкин

    Welcome to a place where words matter. On Medium, smart voices and original ideas take center stage - with no ads in sight. Watch
    Follow all the topics you care about, and we’ll deliver the best stories for you to your homepage and inbox. Explore
    Get unlimited access to the best stories on Medium — and support writers while you’re at it. Just $5/month. Upgrade