Как идеи Антона Павловича Чехова реализовались у Ивана Бунина

Иван Бунин написал книгу, рассказывающую о тяжёлых, голодных годах, проведённых в Москве и Одессе. Он затронул 1918–1920 года. Сама книга представляет собой дневниковые записи, затрагивающие каждого,кто прочтёт их. Естественно, такова рода книга была запрещена в суровом СССР. Ну а заграницей её с удовольствием приняли. Сначала в Париже в русской эмигрантской газете “Возрождение”, а затем в берлинском издательстве «Petropolis».

“Окаянные дни” отразили наступившую в России революцию, а затем гражданскую войну.

Находясь в самом центре быстро сменяющихся событий, прихода новой власти, он с гневом судит новую власть, с ужасом описывает новые порядки и пытается понять: “Что ждёт нас, почему люди должны терпеть такие мучения, когда же настанет мир и прекратится ли это ужасное существование?”

Вот несколько цитат из этой книги

Из «Рус­ско­го Сло­ва»:

– Ес­ли кто ко­го уда­рит, то по­тер­певший дол­жен уда­рить обид­чи­ка де­сять раз.

– Ес­ли кто ко­го уда­рит с по­ране­ни­ем или со сло­мом кос­ти, то обид­чи­ка ли­шить жиз­ни.

– Ес­ли кто со­вер­шит кра­жу, или кто при­мет кра­деное, то ли­шить жиз­ни.

– Ес­ли кто со­вер­шит под­жог и бу­дет об­на­ружен, то ли­шить то­го жиз­ни.

“При­ехал Д. — бе­жал из Сим­фе­ропо­ля. Там, го­ворит, «не­опи­су­емый ужас», сол­да­ты и ра­бочие «хо­дят пря­мо по ко­лено в кро­ви». Ка­кого-то ста­рика пол­ковни­ка живь­ем за­жари­ли в па­ровоз­ной топ­ке.”

“Ког­да выш­ли из те­ат­ра, меж­ду ко­лонн чер­но-си­нее не­бо, два-три ту­ман­но-го­лубых пят­на звезд, и рез­ко ду­ет хо­лодом. Ехать жут­ко. Ни­кит­ская без ог­ней, мо­гиль­но-тем­на, чер­ные до­ма вы­сят­ся в тем­но-зе­леном не­бе, ка­жут­ся очень ве­лики, вы­деля­ют­ся как-то по-но­вому. Про­хожих поч­ти нет, а кто идет, так поч­ти бе­гом.

Что сред­ние ве­ка! Тог­да по край­ней ме­ре все во­ору­жены бы­ли, до­ма бы­ли поч­ти неп­риступ­ны.

На уг­лу По­вар­ской и Мер­зля­ков­ско­го два сол­да­та с ружь­ями. Стра­жа или гра­бите­ли? И то, и дру­гое.”

“Не на­род на­чал ре­волю­цию, а вы. На­роду бы­ло со­вер­шенно нап­ле­вать на все, че­го мы хо­тели, чем мы бы­ли не­доволь­ны. Я не о ре­волю­ции с ва­ми го­ворю, — пусть она не­из­бежна, прек­расна, все, что угод­но. Но не ври­те на на­род — ему ва­ши от­ветс­твен­ные ми­нис­терс­тва, за­мены Щег­ло­витых Ма­лян­то­вича­ми и от­ме­ны вся­чес­ких цен­зур бы­ли нуж­ны, как ле­тош­ний снег, и он это до­казал твер­до и жес­то­ко, сбро­сив­ши к чер­ту и вре­мен­ное пра­витель­ство, и уч­ре­дитель­ное соб­ра­ние, и «все, за что гиб­ли по­коле­ния луч­ших рус­ских лю­дей», как вы вы­ража­етесь, и ва­ше «до по­бед­но­го кон­ца».”

Антон Павлович Чехов в своих пьесах “Вишнёвый сад” и “Дядя Ваня” можно сказать предвосхитил те события, положившие основу в книга Бунина “Окаянные дни”. Чехов показал, что уже происходят уже некоторые перемены, которых нельзя избежать. Бунин же показал итог тех страхов и событий. Показал, что сделали люди, жившие в чеховском “Дяде Ване”. Точнее сказать, что они упустили, что не сделав, потеряли. Не думали о народе, считались только со своими мелкими желаниями. Ну а с наступлением революции первые же и поплатились. Быть может, если бы Трофимовых Чехова было больше, революции бы не случилось. А таких, как Раневская, Яша, думающих только о себе, о обедах, хорошей жизни, музыке, и ничего вместе с тем не предлагавших обществу взамен, меньше, не ударило бы по стране и людям так сильно. Не голодали бы дети, не оставляли бы тела на улице в “Окаянных днях”, не приходили бы к Бунину домой смотреть,сколько ещё в доме писателя может поместиться людей.

Иван Бунин в книге “Окаянные дни” показал, куда может привести равнодушие, обжорство, лень помещиков “Вишнёвого сада” и “Дяди Вани”, если люди без состояния, имени, но с огромным желанием захватить власть, отомстить за боль, голод, холод. У Чехова таким был Лопахин, который всю жизнь недоедал,копил каждую копеечку, много учился и работал и который отомстил Раневским не потому, что они лично нанесли ему обиду. Нет, это отношение помещика к простому рабочему человеку. Если хотите-презрение, понимание, что они выше, по сословию, крови. И вот итог-поместье купил, сад вишневый срубил в знак того, что та жизнь кончина, что пришли новые люди, не принимающие радостей нынешних Гаевых и Раневских. Ну а в “Окаянных днях” мы видим, что такие люди привнесли нового, каковы иих мотивы и ценностные ориентиры.