День рождения капитана, 2016 A. D.

Киркунов последний раз посмотрелся в зеркало. Зеркало показало ему не совсем то, что он ожидал увидеть, но он знал, что всё могло быть и хуже, учитывая, какое количество вотки™ он употребил за все эти годы.
«Вотка™!» — сразу оживился капитанский организм. 
«Отставить!» — сказал ему Киркунов. В этот день ему полагалось дольше обычного держаться на ногах, прежде чем уснуть тревожным сном на своей койке в глубине каюты и видеть сны о давно минувших сражениях, о женщинах, которых он когда-то любил, и о всех тех возможностях, которые он потерял. 
В этот день на корабле царило оживление, и даже главный старшина Хрюкин надевал парадную форму одежды и выбирался из недр спиртохранилища и приносил Киркунову какую-нибудь совершенно экзотическую и невозможную жидкость, всегда употребимую, но не всегда с положительными эффектами. 
Сегодня был очередной день рождения капитана, который, как говорили злые языки, давно превратился в подобие дня рождения диктатора банановой республики, и который раздражал многих. Чего только стоила выходка гвардейского капитана Иванова, который в один из предыдущих дней рождения, ещё когда корабль находился на боевом дежурстве, с полуотделением обезоружил вахтенных и комендантский взвод, а после захватил рубку, о чем Киркунов узнал только через четыре дня, когда пришел и увидел сидящего в капитанском кресле Иванова. Выходка возмутила его до такой степени, что он пытался через своих однокашников в Генеральном штабе добиться понижения строптивого капитана, однако Космический Десант был армией внутри армии, и всё, чего добился Киркунов — отправки Иванова на учения в отдалённый и холодный сектор космоса в районе Плеяд. 
Отогнав досадные мысли, Киркунов достал из нагрудного кармана фиалковую пастилку, задумчиво её пожевал и уже собирался было выходить, когда коммуникатор пискнул и голосом дежурного офицера произнес: 
 — У трапа посетители, капитан. 
 — Иду, — бросил Киркунов, на ходу отключая коммуникатор и торопясь. «Помнят, помнят ведь старика Киркунова и его заслуги», — думал он, предвкушая радость подарка, которая была знакома ему с детства и которую не смогли убить даже годы, проведенные в холодном космосе среди бездушных огоньков звёзд. Звезды обычно не приносили капитану подарков, зато с их стороны обычно прилетали полчища кровожадных пришельцев, с которыми Киркунов самоотверженно сражался и уничтожал их всеми известными ему способами, обычно это были фотонные торпеды и орбитальная бомбардировка. 
Однако подарка в руках стоявшего в шлюзовой камере человека не оказалось. Не оказалось его и рядом с ним. Человек был одет в обычную флотскую форму с голубым кантом, что само по себе не было ужасным — СБ Флота нередко направляло на корабль своих людей, особенно сейчас, когда корабль достиг наконец Земли — но вот в сочетании с тем, что этого майора Киркунов видел впервые, и тот был одет в обычную повседневную, а не «коктейльную» форму, то это как минимум настораживало. Помимо всего прочего, майор был лыс и смотрел на Киркунова цепким внимательным взглядом. 
 — Майор Беннет, Департамент финансового контроля СБ Флота, — представился капитан, и отдал честь. — У меня приказ о проведении ревизии использования средств, сохранности корабельного имущества и кассы. — И он протянул синий листок приказа. 
Даже не разворачивая приказ, Киркунов знал, что он подписан одним из его могущественных недругов — никто другой не осмелился бы подписать приказ о проведении ревизии в его день рождения.
Киркунов с тоской подумал о маринованных грибочках, прозрачных ломтиках рыбы, ароматных горячих блюдах, en flacons de maîtres, наконец, которые ждали его в кают-компании, и которым, судя по всему, не суждено было его сегодня дождаться. 
 — С чего начнем, майор? 
 — Со спиртохранилища, если вы не против. 
Оооо, это был удар ниже пояса, и какой удар! Проверка СПХ автоматически сокращала в десятки раз количество спиртного за столом, и вынуждало экономить, что также уменьшало ценность мероприятия в глазах Киркунова, поскольку он уже изобретал способы оторваться от проверяющего. 
 — Что ж, начнем, пожалуй. — Киркунов нажал кнопку коммуникатора. — Хрюкин, Хрюкин, у нас здесь проверка из СБ, прошу сопроводить в СПХ. 
Хрюкин появился через минуту, всем своим видом показывая невозмутимость. Поприветствовав Беннета, он приблизился к капитану вплотную и тихо сообщил: 
 — Всё в порядке, капитан. По бумагам СПХ работает как надо, доставка спиртного в кают-компанию производится из резервного СПХ. 
В этот момент Киркунов понял, как много он на самом деле не знает о собственном корабле. 
 — Я не забуду этого, старшина. 
Когда Беннет с Хрюкиным, увлеченно рассказывающим о возможностях применения новой автоматизированной системы доставки грузов, вышли, Киркунов расстегнул верхнюю пуговицу кителя, выдохнул, и поспешил в кают-компанию. 
В кают-компании его видимо заждались и решили начать без него — слышался звон бокалов, смех, и непринужденный гул голосов, на фоне которого скромно протиснувшийся в боковую дверь Киркунов так и не был никем замечен (обычно он входил через главный вход, что делал его появление не проходило незамеченным). 
Переходя от одной группы людей к другой, принимая поздравления и подарки, Киркунов чувствовал, что всё идет не так, как обычно, и причиной тому бы Беннет. Вряд ли он найдет что-то серьёзное — большинство было украдено и продано Киркуновым ещё до того, как корабль был поставлен на стоянку — к этому времени удалось привести все описи и реестры в порядок, однако кто знает, что он ещё мог увидеть и услышать?
Киркунов как раз тянулся за маринованным грибочком, когда коммуникатор пискнул и Хрюкин сказал:
 — Этот Беннет полистал бумаги, походил по хранилищу, поглядел ведомости приемки и выказал желание посмотреть лабораторию Товы.
«Прекрасно!..» — Киркунов ликовал. СПХ было самым больным местом, за которое его постоянно задевали все без исключения проверяющие, а вот за лабораторию Товы он не переживал. Чтобы разобраться в том, что там происходит, нужно быть учёным высочайшего уровня, а такие проверяющие на борт никогда не поднимались — им всегда были интересны совсем другие вещи. Кроме того, Киркунов надеялся, что Това поведет гостя смотреть коллекцию улиток — когда он сам пошел смотреть её, купившись на искреннее приглашение, он еле сбежал от неожиданно быстрой и пищащей толпы улиток, так и норовивших забраться на него. И хотя Това, бежавший за ними, утверждал, что они абсолютно безопасны, Киркунова тогда охватил безотчетный страх за свой мозг. За Беннета в ближайшие два-три часа он был абсолютно спокоен.
Мысли эти почти вернули Киркунову его обычное праздничное состояние, и он начал с удвоенным аппетитом налегать на маринованные грибочки и прочие закуски, продолжая держать в руке простой гранёный стакан с воткой™. Незаметно для него и без того неразборчивые голоса вокруг слились в один монотонный гул, кают-компания утонула в полумраке, течение мыслей стало плавным и из тумана начали возникать люди, которых он когда-то знал, а также люди, которых он не знал никогда, но твёрдо знал — встреча с ними ещё впереди.
Очнулся Киркунов только тогда, когда почувствовал на ладони что-то холодное и влажное. Он подумал было подумал, что плачет, и выругал себя за излишнюю сентиментальность, но уже в следующий миг понял, что это улитка — одна из тех мерзких тварей, которые постоянно сопровождали Тову по всему кораблю и пробирались невредимыми даже в реактор. 
Изо всех сил встряхнув кисть, так, что рогатая тварь, вереща что-то непонятное, с глухим шлепком ударилась в стену и тихонько сползла, оставляя блестящий след, Киркунов поднял глаза. 
Перед ним стоял Това и улыбался, поблескивая линзами очков, которые продолжал носить для придания себе солидности. 
 — Поздравляю вас, капитан. К сожалению, я не успел вывести для вас новую породу улиток к сегодняшнему дню, однако уверяю вас, они вылупятся в самое ближайшие дни…
 — Спасибо, Това, но я же тысячу раз говорил вам, что место улиток только в лаборатории, и я хотел бы, чтобы так продолжалось и впредь.
 — Но капитан… 
 — Никаких но!.. Я не могу принять подарок, который в одну прекрасную ночь высосет мне мозги!.. 
Если Това и огорчился, то виду не подал.
 — Как скажете, капитан. 
 — Прости, я правда не могу. Кстати, а где Беннет?..
 — Майор Беннет, в отличие от вас, капитан, оказался истинным ценителем улиток ­ — этой высокоорганизованной и иногда в прямом смысле неземной фауны. Он даже содержит дома коллекцию!.. Разумеется, он был очень рад поговорить с учёным моего уровня, и я был столь добр, что подарил ему два моих экземпляра — одни из самых лучших, что у меня были, и майор Беннет помчался домой — обустраивать.
 — Значит, несколько следующих дней ему будет не до нас! — воскликнул Киркунов и немедленно выпил до дна. — Спасибо, Това, спасибо! — и окрылённый, понесся к гостям.

— «Спасибо, Това, спасибо!», говорил он, — приговаривал Това на следующий день, глядя на маленьких новорожденных улиток. — А подарок мой так и не принял, как я ни старался. Ну ничего, спиртопроизводящие улитки мне и самому пригодятся.
А капитан Киркунов в это время всё ещё спал в своей каюте после вчерашнего, и видел очередной сон об упущенных возможностях…

01.06.2016