Иностранные названия в русской речи

В 2012 году Максим Ильяхов опубликовал статью об использовании кириллицы для всех без исключения иностранных слов. Эта статья получила некоторую известность и сама по себе, но мы, в основном, наблюдаем ее результаты опосредованно, через тексты Ильи Бирмана, Тани Мисютиной и других достойных людей.

Статья затрагивает несколько интересных проблем, по которым мне давно хотелось скомпилировать материал для будущего руководства по стилю, так что спасибо Максиму за возможность оформить свою мысль через критику его утверждений.

Хотя я не разделяю многие из тезисов Максима в связи с копи, я уважаю его и считаю его просветительскую деятельность весьма полезной.

Введение

Статья Максима призывает записывать все иностранные слова кириллицей. Дело это сложнее, чем кажется на первый взгляд. Предположим, что нам нужно записать кириллицей слово Apple и так превратить его в русское слово. Как записать его? Эпл?.. Апл?.. Эппл?.. Аппле?.. Яблоко?.. Для разных заимствованных слов в русской речи используются разные методы переноса.

И даже после того, как слово записано кириллицей — что делать с ним дальше? Писать с заглавной или со строчной? Склонять или не склонять? Записывать в кавычках или без? Как формировать множественное число? Какого рода (мужского, женского, среднего) получилось слово?

Ни один человек и ни одна организация не может ответить на все эти вопросы по отношению к словам, которые только-только обретают свои русские формы. На эти вопросы может ответить только сам язык — всевозможные его механизмы, его история и практика. Поверхностному обзору этих механизмов и посвящена эта статья.

Устная речь, письменная речь, алфавит

Начать стоит с того, что язык и алфавит не сопоставляются однозначно. Конечно, мы пишем в основном русскими буквами, no i fraza na latinice mozhet byt’ napisana po-russki.Слово становится словом не в момент написания, а в момент восприятия его носителем того или иного языка. К примеру, набор букв jersey — это английское слово «фуфайка» и читается примерно джёрси; но это также и испанское слово «свитер», читается по-испански примерно как хэрсей.

Группа археологов в Дура-Европос. Фото из архива Йельского университета

Это совершенно не новая для языка вещь. К примеру, при раскопках в городе Дура-Европос на стенах были обнаружены надписи, выполненные по-латыни, но греческими буквами (и наоборот).

Финикийский алфавит был распространен финикийскими купцами по странам Средиземноморья и в результате стал основой для многих алфавитных систем внутри разных языков. «Стал основой» означает, что в какой-то момент знаки одного языка использовались для записи совершенно другого.

Источник: lila.sns.it

Знаменитая марсилианская табличка (Marsiliana d’Albegna) демонстрирует знаки этрусского алфавита в полном соответствии с греческой письменной системой. Именно западногреческими литерами этруски начали записывать свою речь.


Наша последовательность букв Apple, таким образом, гипотетически может быть и русским словом, записанным латиницей. Важнее обратное: последовательность литер Эпл может вполне быть английским словом и восприниматься таковым, хоть использованы русские литеры.

Что значит быть английским словом, записанным русскими буквами? Это значит нести груз всех проблем, характерных для того же слова, записанного латиницей.

Возьмем для примера Corel Draw. По-русски выходит, например, Корел Дро. И что же делать с этим чудищем? Слово «корел» имеет морфологические признаки мужского рода (хочется сказать корел — он); слово «дро» — среднего (дро — оно). И как теперь? «В кореле дро»? «В корел дро»? «В кореле дре»? «В корел дре»? Вот и говорят просто: «в Кореле», а если приходится использовать полную форму, то не склоняют: «в Корел Дро».

Это второстепенные проблемы, главная, конечно, в том, что может быть тёмен смысл слова, даже если оно записано кириллицей. Вот Пушкин жалуется:

Она казалась верный снимок
Du comme il faut… (Шишков, прости:
Не знаю, как перевести.)

Если заменить на запись «дю комильфо», то ничего не поменяется — кто французского не знает, всё одно не поймет.


И как мы только что разделили алфавит и языковую принадлежность слова, нужно так же разделить его написание и произношение. Ильяхов использует некорректные термины «американский акцент» и «русский акцент». Мое замечание слишком незначительно, чтобы ради него одного корректно переопределять их. Можно написать Apple, а произнести «с русским акцентом». Можно написать Эпл, а произнести «с американским акцентом». Второе поведение характерно как раз для тех, кто долгое время жил или работал в англоязычной среде.

Латиница в латинице и алфавиты в кириллице

Хотя на поверхностный взгляд это не очень заметно, число слов в европейских языках, которые записаны в алфавите другого языка, огромно. Многие галлицизмы в английском сохраняют свою оригинальную форму, например сliché, хоть такого надстрочного знака в английской письменной системе нет.


Многие слова, заимствованные из английского, сохраняют английское произношение в европейских языках-реципиентах: club в испанском произносится клаб, а не клуб. Handy в немецком — хэнди, не ханди. Англоамериканский мир тоже уважает своих коллег по алфавиту: Jorje (хорхе, не жорже); aficionado (афисионадо, а не эфишионадо). И, конечно, в Испании не пишут Epl или Aifón. Всё это не очень заметно на русский взгляд, хотя процессы совершенно одинаковы.


Мы установили, что в европейских языках произношение и написание могут вести себя более или менее как захотят. Быть может, русский язык — избранный? Может, девятнадцатый век с бесконечным французским в литературе и переписке был исключением? Увы. Не говоря о двух алфавитных системах,наша азбука опозорена греческими литерами, которые некоторое время существовали исключительно для записи слов и морфем греческого происхождения.Как если бы сейчас дополнить наш алфавит латинскими литерами специально для того, чтобы написанные латиницей слова считались записанными в русском письме.

Позорная запись слова «Александрийский» с использованием иностранной буквы кси. Источник: РГБ

Нет никаких исторических причин утверждать, что наличие в общем употреблении слов, записанных в других алфавитах, хоть в каком-то отношении противоестественно.

Особая роль латиницы, считываемость

Ильяхов пишет:

Английский ничем не лучше любого другого иностранного языка. Если мы пишем названия компаний по-английски, то почему бы не уважить и другие прекрасные языки:
三菱グループ объявила о запуске нового производства в Корее.
San Juan de Maraveilla приглашает на экскурсию по погребам Castillo de Belaña.
Ile de Beauté анонсировали распродажу косметики Richard Hudnut.

Английский язык, конечно, лучше любого другого, поскольку обладает такой степенью проникновения, какой до него обладала только латынь. Среди не-носителей, уровень знакомства с английским языком в мире значительно выше, чем для любого другого языка. Это рассуждение, однако, не имеет прямого отношения к рассматриваемому вопросу. Для нас важен не английский язык, а его алфавит. Я уверен, читатель, что вы не смогли прочесть японский пример Ильяхова, но составили представление о произношении испанского и французского.

Для того, чтобы прочесть слово, не обязательно прочесть его верно.

Я допускаю, что какой-то мой читатель прочел San Juan de Maraveilla как Сан Жуан де Маравеилла. Что с того? Постоянно встречая это название и зная, какой объект за ним стоит, читатель сможет считывать его в нужном контексте, совершенно необязательно произнося его верно. Мы сталкиваемся с этим постоянно: в устной речи звучат маркетинг и маркетинг; ка-эс-эс и цэ-эс-эс (CSS); винда, виндоус, виндоуз и виндоза; линикс и линукс; фотошоп и шоп; индизайн, индезигн и индиз. Именно наличие общей письменной формы позволяет нам понять, что все эти устные формы относятся к одному и тому же понятию.

До тех пор, пока то или иное слово полностью не ассимилировано в язык, у него может быть много форм. В этом случае письменный референт скорее помогает, чем нет. Только письменная форма iPhone позволяет мне провести акт коммуникации с человеком, который пишет об айфонах, в то время, как читаю я об ифонах.

Транскрипция, транслитерация и транспозиция

Существует три основных способа преобразования слов из одного письменного языка в другой: транскрипция, транслитерация и транспозиция.

Транскрипция отвечает за модель передачи звуков, по ней Baggins становится Бэггинсом, Watson — Уотсоном, Apple — Эплом.

Транслитерация состоит в побуквенной трансляции: Baggins становится Баггинсом, Watson—Ватсоном, Apple—Апплем.

Транспозиция переводит смысл и контекст. Baggins—Сумкинс, Apple—Яблоко.

Всё это, подчеркну, верно только для письменного языка, устный гораздо более разнообразен.


Какой способ передачи слова выбрать? В каких-то местах Ильяхов говорит: транскрипцию — Айфон, Гугл, Эпл. В каких-то — транспозицию—Микрософт, Питон (не Пайтон). Этот способ образования русских письменных форм мы вполне можем назвать «как захотелось Ильяхову», поскольку выбор, как мне кажется, вполне произволен.

Интересно, что приводимые Ильяховым примеры очень ярко демонстрируют различия в механизмах заимствования слов: Айфон, Виндоуз фон, Эпл, Мак, фломастер, вульгарный, комильфо, тет-а-тет, чай и кофе все, как на подбор, получены разными методами.

Языковая действительность вносит свои коррективы. Как бы ни хотелось Ильяхову, большинство может говорить и писать Майкрософт, а не Микрософт. И языковые процессы поддерживают транскрипцию наравне с транспозицией.

Только язык, его носители и культура, могут определять как заимствуется то или иное слово. Правила придумать нельзя, можно только постериорно определить закономерности.

Тонкости есть и в механизмах транскрипции. В английском языке согласные звуки на конце слов, как правило, не оглушаются, а в русском — наоборот. Поэтому сколько ни пытайся продвинуть форму виндоуз, в звуках будет все равно [виндоус] или [виндас], а вслед за фонетикой, как знают лингвисты, неизбежно изменится и написание. Разные транскрипционные системы и разные механизмы языка будут диктовать управление йотом, так английское нэшнл (national) большинство русских произносит нейшнл. Всегда будет стоять вопрос удвоения согласных или сбрасывания этого удвоения.

Заключение

Догмы, предложенные Ильяховым, вовсе не универсальны. Лингвистическая реальность существует отдельно от конкретных людей и конкретных догм, она формирует самое себя независимо от нашего желания. Всё это, конечно, не означает, что Максим должен писать не так, как ему хочется. У каждого из нас есть свобода выбора, язык — не ригидный механизм. Именно наши aspirations и формируют картину нашей речи.


Библиография

Исторический обзор граффити (и, в частности, в Дура-Европос) дан в сборнике статей Ancient Graffiti in Context.По алфавитным системам и эволюции письма очень рекомендую «Историю письма в средние века» Добиаш-Рождественской. Эта книга постоянно переиздается, что неудивительно, т.к. она живо и глубоко написана.


Если неохота читать книги, а охота читать статьи, то по механизмам языковых изменений внутри русского языка отдельно можно посмотреть Бурлак (ее я даю к тезисам о том, что язык сам все расставляет на свои места). Зализняк много пишет о заимствованиях просто так и в рамках критики Фоменко, например здесь.


По англицизмам основной русский материал — это Крысин.В принципе, можно читать всё, что найдете. Искать тут, тут и далее везде. В статьях всегда есть библиография по отдельным аспектам заимствований.


Для любителей копаться с нуля —Бодуэн де Куртенэ «О смешанном характере всех языков», Щерба «Языковая система и речевая деятельность», Виноградов — «Основные этапы русского языка».


Исследований, посвященных написанию русских слов латинским алфавитом, я не нашел.

Show your support

Clapping shows how much you appreciated Dima Neiaglov’s story.