Дневник папаши или Шо делать если оно мокрое? — 16
- Дядя. — Строго говорит дочка на кассе потрепанному мужику со шкаликом водки.- Иди встань в другое место.
Пока я припоминаю самые страшные приемы тхэквондо, вроде удара по уху банкой сметаны, а алкаш испуганно прижимает к груди бутылку, словно прочитав у меня на лице об ужасающих боевых техниках, ребенок рубит дальше мосты дружелюбия и толерантности к алкосекам:
- Не нравишься ты мне. Не стой за моим папой.
Алкаш вопрошающе вглядывается в меня, я развожу руками, алкаш грустно кивает и плетется к другой кассе.
Это такой возраст, смиритесь — написано в паре статей о таком возрасте. Кризис трех лет, формирование психики и характера, первые попытки уничтожить мир и захватить галактику. Говорят, что если прислушаться к спящему ребенку в три года, то можно услышать как он еле слышно бормочет: “смерть! хаос! разрушение! пироженки! хочу красный велосипед как у Даши!”
Точно могу сказать только одно: трехлетка в два счета затроллит взрослого мужика.
- Папа, ты иди домой, а я останусь тут.
Оглядываю интерьер наливайки: стеллаж с бухлом, ящик с рыготней в углу, продавщица неопределенного возраста за стойкой с ядовитыми вафельками по две гривны.
- Останешься тут?
- Да-да. А ты иди. Пока-пока.
- А ну ладно. Пока.
Ухожу в полной уверенности, что еще пара шагов и услышу позади родное: папочка, подожди.
А вот хуй.
10 шагов, 20, 40… Оглядываюсь — нету ребенка. Возвращаюсь в наливайку, застаю как мой ребенок, облокотившись об стойку, втирает тетке о прелестях бутербродов с колбасой и сахаром.
- О, мой папа пришел. Ну пока.
Машет продавщице на прощание.
- Тетя, пока! Я потом зайду.
… малолетняя. Знает же, что папаша далеко не уйдет.
Если б у меня сейчас спросили мнение о культовой детской книге “Пеппи длинный чулок”, я бы без сомнения сказал, что это — жутчайший психологический триллер.
- Дядя, — говорит в лифте исчадие любви выходцу с Кавказа с не самой дружелюбной внешностью, — ты не дядя.
- Эээ… — Джигит пытается улыбнуться. Замечаю надпись на спортивной куртке. На английском. Какой-то чемпионат Европы по борьбе. Джорджиа реслинг тим, короче. А сметаны, как на зло, нет. Только тонкий французский багет. Вероятно, если прижать борца к стенке лифта и просунуть багет между лифтом и спиной, то используя его как рычаг, я смогу сломать ему позвоночник. К сожаление, в блогах о тхэквондо о таких ситуация не пишут.
- Ты — мой папа. И ты тетя.
Устал ловить на себе эти непонимающие взгляды.
- Возраст такой. — Говорю избитую фразу уставившемуся на меня грузину.
Возраст, когда мимишный криволапый человечек превращается в дичайшую машину желаний. Хочу-хочу-хочу.
Хочу стоять, хочу бежать, хочу чтоб понес на руках, хочу булочку, хочу игрушку, хочу сок… И все сразу.
- Пошли в магазин, — говорит, — купим все киндеры, и все булочки, и вся яблоки, и все молоко, и все конфеты, и я их всех съем. Прямо там, в магазине.
- Бублик и если закатишь истерику — еще и по жопе добавлю.
- По жопе! Да! Да! И по жопе! И конфет! И яблок! И тортик!
Знал бы к чему идет — обменял бы цыганам полгода назад на канистру молодого вина.
