Лида и судьба

До определенного момента никто не осознает какая сука судьба. Об этом многие говорят класса с пятого, но приходят к пониманию лишь годам к тридцати. Никто же не будет всерьез считать, поступая в университет, что это последние пять лет когда можно безнаказанно строить воздушные замки и к тебе не придет инспекция, СЭС, пожарные и налоговая с пачкой счетов. 90% первокурсников никогда не поверят в то, что впереди: пинок под зад с первого же места работы по профнепригодности, торговля джинсами на рынке, бессердечный электрик, пломбирующий счетчик, пока ты не станешь достаточно обеспеченным чтоб иметь электричество в доме, запах по утрам из рта и лучший друг — пачка активированного угля. Разве кто-то мечтает о пачке угля в субботу утром? Нет, все считают что у них все будет хорошо, а если и не будет, то, непонятно каким образом заработанного, миллиона хватит чтоб скрасить это обстоятельство. Мировая статистика же упрямо твердит, что получилось так наебать судьбу лишь у одного процента населения и еще десять смогли заработать достаточно чтоб пересесть с отцовской развалюхи на пристойного немца или японца. На самом деле, если бы студентам с первого курса преподавали не то, что им преподают, а статистику с самыми пессимистичными данными, дальнейшая жизнь у большинства была бы гораздо лучше. Серьезно. Данные о повальной импотенции в 35 лет важнее для будущего молодых людей чем разница между гоминидами и гомининами.

Ну вот девушка, которую условно назовем Лида. Все, что когда-либо волновало Лиду — откуда вокруг нее столько козлов? Буквально с пятого свидания ей уже хотелось убежать и прыгнуть в постель к другому, лишь бы смыть с себя запах козлиных рук. Козлы ее обступали со всех сторон, загоняли в “котлы”, брали в плен, пытали и требовали взаимности. Всю свою юность она провела в бесконечных войнах и сражениях с козлами. Иногда появлялись мудаки, но она их выводила на чистую воду после первой же ночи, когда по утру сидела, завернувшись в простынь и внимательно вглядывалась в спящего, гадая о его сущности. Лицо спящего мудака должно было выражать равнодушие и храпеть.

После более чем бурной юности, у Лиды возникло желание выйти замуж. Желание это было продиктовано не биологией, а скорее, все той же статистикой — у нее практически не осталось не замужних подруг. Боясь ошибиться в выборе и до конца дней изменять какому-то кретину, она остановилась на кандидатуре влюбленного в нее со школы мальчика. Мальчик к этому времени уже вымахал под два метра, спился и устроился матросом на сухогрузе, где коротал по полгода в котельной, выпивая и смотря порнушку. Все эти качества сулили Лиде прекрасную и спокойную жизнь. Мальчик тот час был взят за яйца, отведен в загс и поженен. Лида была вне себя от счастья почти месяц, пока она не поняла что пристрастие мужа к пропиванию заработанных в тяжелом труде денег буквально в пару недель адского кутежа, делает ее мечты о поезде в Прагу практически неосуществимыми. Пришлось Лиде насильственно ограничить траты мужа 20-ю гривнами в день, которых ему должно было хватить на пачку сигарет и бутылку пива. Первые дней пять он держался в относительно трезвом сознании, пока на шестой его не нашли в парадной, спящего у лифта — сил дотянутся до кнопки у него не было. Следующие две недели прошли в таком же ритме: с утра муж брал 20 гривен, на следующее утро его тянули за ноги от лифта на коврик у двери. Как он смог упиваться до бесчувствия на двадцать гривен выяснилось, когда Лида наводила чистоту в квартире. Оказалось, у мужа была нычка. Это был кулек среднего размера, полный мелочи, который он прятал за туалетным бачком. Где он ее столько набрал, узнать уже никому не удастся, потому что Лида в тот же день подала на развод.

Следующим мужем тоже был моряк. Брак продержался 4 дня. Больше говорить не о чем. Лида разочаровалась в покорителях морей и третьим мужем выбрала среднестатистического сухопутного бизнесмена. Позже она долго упрекала себя в том, что не вывела этого латентного мудака на чистую воду сразу. Застав Лиду в супружеском ложе в момент сношения с незнакомым мужчиной, муж полгода закатывал ей сцены с хлопаньем дверями и битьем посуды. “Не так сильно я ему и изменила, как он мне полощет мозги” — подумала Лида и развелась.

Оставшись одна, Лида задумалась о том, что же ей на самом деле нужно от жизни и всех этих козлов. Глядя на пузатых по второму кругу подруг, Лида поняла что хочет ребенка. Вот тут-то судьба и показала свой паскудный характер — Лида оказалась бесплодной. Природа, не поскупившись на ее зад, сэкономила на внутренностях, поставив пару бракованных деталей. Дорогое лечение привело лишь к заметной потере в весе бюджета, но никак ни к долгожданной победе науки над несовершенством матки. Лида пыталась добиться ребенка и другими, менее научными методами: голубая глина, йога, отвары, молитвы и совершенно дикие позы в сексе, которыми моментально распугивала, желающих переспать с ней, мужчин. Через несколько лет она махнула на все рукой и смирилась с тем, что радости и пытки материнства пройдут мимо нее.

Так она дожила до 33 лет, ни к чему не стремясь и ничего не желая, иногда раз в неделю находя себе мужчину на вечер и, может быть еще на пару ночей сверху, если мужчина оказывался хорош. Однажды к ней на прием (да, Лида — врач), пришел студент. Слово за слово, они разговорились и Лида между делом рассказала что любит коротать вечера за просмотром фильмов ужасов. И мальчик тут же выпалил что обладает самой большой коллекцией ужастиков в их квартале, что было совершенной правдой, а не просто юношеской мечтой трахнуть центральный фетиш в мужской мифологии — медсестру в коротком белом халатике. Лида сказала, а почему бы и нет и зашла после работы к мальчику с парой бутылок пива и большой пачкой чипсов. Коллекция, действительно, оказалась внушительной и Лиде ни осталось ничего другого, как переспать со студентом. Просто из благодарности, что где-то существуют такие вот мальчики, готовые бескорыстно делиться с незнакомыми тетками своими подборками фильмом о приведениях. Мальчик потом еще к ней прибегал, но Лида жестко сказала нет.

А дальше — судьба, которая немного ее обманула, сделала ей самый невероятный подарок, который только могла. Сперма двадцатилетнего задрота оказалась значительно более эффективным средством от бесплодия, чем йога и консультации мировых светил из женской консультации №6. Будь Лида чуть предприимчивее, она бы могла построить крупный бизнес, выдаивая семя по каплям из задрота и продавая уникальное снадобье за огромные деньги, но Лида не была предприимчивой и просто радовалась внезапному счастью. Как и положено, через 9 месяцев она родила красивую, здоровую девочку.

- А как папаша? Рад? — Спросил я, глядя как Лида заботливо поправляет соску младенцу в коляске.

- Он и не знает.

Поймав мой удивленный взгляд, тут же добавила:

- Ну ему это надо? У него сессия, экзамены, диплом. Пусть учится мальчик.

Такие вот штуки творятся в мире.