«Все хотят поучать, а нужно учиться самим»

Специально для Культтриггера Ольга Синицына рассказала Илье Панину, что сейчас происходит с библиотеками в стране, с какими главными проблемами они сталкиваются, почему вновь становятся востребованными и в чем их важность, кто в них ходит, и кто там работает.

Перечень регалий эксперта по библиотекам и музеям Ольги Синицыной огромен: искусствовед, независимый эксперт в области музейного и библиотечного проектирования и международного культурного сотрудничества, член экспертного совета Фонда Михаила Прохорова, член Президиума АДИТ (Ассоциация по документации и информационным технологиям в музеях), член ИКОМ, бывший заместитель гендиректора Всероссийской библиотеки иностранной литературы.
Ольга почти 10 лет работала заместителем гендиректора Всероссийской библиотеки иностранной литературы и создала там Отдел искусства и Отдел детской литературы.

Чем меньше библиотека, тем она ближе к людям

Илья Панин: Как работают библиотеки в регионах?

Ольга Синицына: Регион региону рознь, то же — и с библиотеками. Есть передовые, есть отсталые. Все зависит от людей, которые там руководят и работают, а не от размера и места. Есть маленькие, и они становятся для жителей целым миром и проводником в большой мир, а есть большие, которые закапсулированы и стоят полупустые.

И. П.: Вы можете назвать регионы, где ситуация лучше, привести примеры каких-то выдающихся библиотек?

О. С.: Я недавно вернулась из Новосибирска. Там есть прекрасная научно-техническая библиотека Сибирского отделения Российской академии наук, совершенно чудесная Новосибирская областная научная библиотека. Они разные по назначению и сути. Там же существует суперпередовая специальная библиотека для незрячих и слабовидящих. Она взяла на себя роль проводника самых современных практик в отношении людей с разными ограничениями здоровья. Не московская, не питерская, не красноярская, а именно новосибирская.

В этой библиотеке созданы все условия для инвалидов-колясочников, хотя это вроде бы не их контингент. А в библиотеке Академии наук такой возможности нет, и ее читатели с ограничениями здоровья обслуживаются в библиотеке для незрячих. Ее директор Юрий Лесневский много лет то тише, то громче проводит эту тему, общается с бизнесом, с НКО, с другими библиотеками. Все зависит от человека. Можно было бы подумать, что московские библиотеки самые передовые, но ничего подобного.

И. П.: Новосибирская библиотека популярна?

О. С.: Да, конечно. Но дело даже не в том, сколько людей физически ходят в библиотеку, а насколько она важна для живущих там людей. Ведь множество посетителей приходит не ногами, а пользуется сайтом и другими виртуальными услугами.

И. П.: Получается, что успешность библиотеки не измеряется лишь тем, сколько людей в нее физически приходят?

О. С.: Именно. Успешность заключается в том, насколько она соответствует запросам людей. Сейчас большая часть запросов переносится в виртуальную среду. Библиотеки, традиционно работавшие в режиме читальных залов (а это большинство научных библиотек), утрачивают свою популярность, если не выдают книги на дом, или у них нет электронных ресурсов, доступных в удаленном режиме. Наоборот, публичные городские библиотеки, которые традиционно выдавали книги на дом, теперь делают все, чтобы оставить читателя в стенах библиотеки, хотя для этого не всегда есть подходящие условия. Трудно к разным библиотекам применить какие-то единые критерии и оценки. Но, конечно, успешность и востребованность библиотеки — характеристики сильно связанные.

И. П.: Насколько сильно библиотеки формируют людей и окружающую среду?

О. С.: Если говорить о «земле» — чем меньше библиотека, тем она ближе к людям, тем сильнее влияет прямо. Ведь зачастую эти учреждения оказываются единственным или очень немногими культурными точками на территориях. И тут уже берут на себя все функции: центра местного сообщества, центра досуга, информации, творчества, в них местная власть встречается с населением, устраиваются кинозалы, обсуждения, лекции. Все типы социальной активности, востребованные на этой территории.

Например, в городе Дзержинском (совсем рядом с Москвой) библиотечная система очень влиятельна. Город давно заявил о себе как об инновационном и информационном. А библиотека стала лидером этого процесса; почти все население имеет читательские билеты. Она активно присутствует на всех открытых общественных площадках, устраивает книжные ярмарки, фестивали. Она c самого начала убежденно вступила в непростую историю модернизации города. 
Во многих библиотеках так или иначе формируются научные знания, проводятся образовательные программы, организуются прекрасные выставки. Например, сейчас в Российской государственной библиотеке проходит выставка «Книга глазами дизайнера». На мой взгляд, этой выставкой библиотека задает совершенно новый уровень выставочной работы как в концептуальном, так и в эстетическом смысле.

И. П.: Библиотеки не сдают свои позиции перед иными источниками информации и образовательными пространствами?

О. С.: Нет. Они перестраиваются. Тем более что они часто оказываются последними бесплатными открытыми (и пока еще нейтральными) площадками, где сейчас проводят дискуссии, организовывают курсы ораторского искусства, публичных выступлений, обсуждают самое наболевшее. Мне очень импонирует, когда делается попытка развития культуры дискуссий. С этим у нас в стране традиционно плохо — все больше вещание, а не обсуждение.

И. П.: Почему библиотеки помимо образовательной функции получили и коммуникационную?

О. С.: Сейчас уже на законодательном уровне введено, что библиотеки — еще и досуговые центры. Социологические исследования говорят о том, что люди связывают свои ожидания от библиотек, в первую очередь, с книгами, чтением, литературой, знаниями. Даже не информацией. Ведь в информационном плане библиотеки не могут тягаться с интернетом, они скорее лоцманы или навигаторы, отбирающие и рекомендующие качественные источники информации. От библиотек ждут книг и знаний, а не получения информации. Это существенно отличается от ситуации в 1990-е годы, когда все было наоборот.

И. П.: Вы сказали, что много людей пользуется онлайн-услугами библиотек. А насколько хорошо они развиты?

О. С.: Сейчас даже в официальной статистике виртуальные посетители считаются наравне с реальными. Есть сервисы, позволяющие читателю, имея ip-адрес, заходить с домашнего компьютера в полнотекстовые и другие электронные ресурсы и базы данных, на которые подписаны библиотеки. По этому принципу работают университетские библиотеки в кампусах во всем мире и у нас в том числе. Среди других электронных услуг: доступ к электронному каталогу, предварительные заказы и продление сроков пользования выданными книгами, справки, новости, афиши, анонсы, запись в библиотеку и регистрация на мероприятия и кружки. Все уже понимают, что это давно не инновации, а норма, законное желание и ожидание современных пользователей современных библиотечных услуг.

И. П.: Многие уже перешли на чтение цифровых книг. Как с этим в регионах?

О. С.: И в столицах, и в регионах бумажные книги как были востребованными, так и остаются. Конечно, удобно, когда ты можешь получить доступ к тексту независимо от того, где находишься, в любое удобное время. Да, в отдаленных населенных пунктах здорово ощущается оторванность от богатого культурного предложения, библиотеки не очень хорошо комплектуются ни бумажными, ни электронными изданиями, но при этом мобильная связь доступна на очень большой территории страны. Вай-фая может и не быть, но мобильный интернет есть почти у всех. 
Поэтому принципиально электронные книги доступны жителям помимо библиотек, независимо от их технической оснащенности и состава фонда. Электронные издания — это прекрасное, невероятное в до-компьютерную эпоху расширение возможностей доступа к научным, культурным, литературным источникам без посредников и зависимости от них, без ненужного «руководства» и ограничений.

Существующие русскоязычные рекомендательные сервисы, гораздо более объективные, чем вкус отдельного местного библиографа, облегчают задачи выбора релевантных изданий. И эти издания доступны читателю в режиме 24/7. Я уже не говорю о полнотекстовых базах данных периодических изданий, которые можно получить как через корпоративную подписку, так и свободно и бесплатно в открытой интернет-среде. Прекрасный пример: «Журнальный зал», избавивший любителей толстых литературных журналов, и не только литературных, от необходимости тратить деньги на дорогую подписку и потом где-то в тесных квартирах находить место для хранения годовых подшивок. Это лишь немногие из безусловных преимуществ электронных изданий.

Но при этом лично для меня цифровые книги удобны скорее для работы, от них не получаешь такого удовольствия, как от «живых» тактильных книг, в том числе, удовольствия эстетического. Я знаю довольно много продвинутых людей, которые работают на компьютере, постоянно сидят в соцсетях и устают от чтения с экрана. Они с большой радостью общаются с чем-то материальным, воздействующим на все органы чувств. У бумажных книг есть еще некоторые преимущества, например, однажды купив, ими можно владеть как физическими объектами сколь угодно долго. Их можно взять с полки и подарить или передать своим детям и внукам как предметы, связывающие вас с ними. Я очень хочу, чтобы мои дети и их дети прочитали какие-то мне очень близкие книжки. У меня большая библиотека, и поэтому мои дети не ходили в районную, им хватало домашней, которую создавали не только родители, но и бабушки, и дедушки… А еще прекрасно понимать, что владение книгой дает тебе возможность в любой момент взять ее с полки, независимо от наличия интернета. Хочу, чтобы у моих детей была такая же возможность, чтобы у них хранились и передавались дальше мои книги, так же как и портреты дедушек и бабушек и других близких людей, как семейная память.

Почти все библиотекари — чудесные люди

И. П.: Мне очень любопытно, кто работает в библиотеках. Почему туда идут люди, зарплаты ведь маленькие?

О. С.: Я сегодня общалась с коллегами и узнала, что в московских городских библиотеках совсем не низкая зарплата. В регионах, конечно, маленькая. Но в библиотеки никто не идет работать ради денег. Так было и в советское время, и остается сейчас. Было бы несправедливо говорить, что в них работают богом обиженные граждане, которым больше некуда податься. Почти все библиотекари — чудесные люди, преданные своему делу. Среди них много самоотверженных идеалистов-романтиков, которые хотят исправить мир, совершать добрые дела не только для себя, но еще и для тех, кто этого не делает: служба исполнения наказаний, детская комната милиции, социальные службы; фонды, работающие с обездоленными.

Они готовы брать под свою опеку всех, но не всегда знают, как правильно это делать. Вообще, библиотекари в большом количестве — это люди не «пыльные», не «стукнутые мешком», не «зашуганные», а очень даже прогрессивно мыслящие. Во всех регионах встречаются невероятно яркие и талантливые, но их, как и в других сферах, немного. В последние годы отмечается приток в библиотеки молодых сотрудников и даже выросло количество молодых мужчин. Хотя, конечно, до сих пор там работают преимущественно женщины.
Но у многих принципиальная позиция, что все обязаны ходить в библиотеку.

Это меня огорчает. Объяснить, что никто никому ничего не должен, трудно. Библиотекари обижаются. Наш конкурс как раз про то, как сделать библиотеки ближе к реальной жизни, ближе к актуальным потребностям, нацелить на будущее (имеется в виду грантовый конкурс «Новая роль библиотек в образовании», проводимый Благотворительным фондом Михаила Прохорова. — И. П.). Традиционно же считается, что библиотеки — про прошлое…
Нередко встречаются упертые и упрямые люди, убежденные, что они знают истину и могут чему-то научить.

Перевести библиотекаря в позицию уважительного отношения к тому, что у людей может быть другое мнение, что они не нуждаются в руководстве — непростая задача. Об этом сейчас много говорят в профессиональных кругах. К сожалению, еще существует рудимент, жреческая позиция, что библиотека — храм, а библиотекарь —хранитель сакрального знания, которым он может поделиться только с «достойными». И что библиотекарь знает все про ценности и нормы, в том числе этические. Отсюда в библиотеках огромное количество правил, начинающихся почему-то со слов «нельзя» или «запрещается». А ведь гораздо привлекательнее территория, где «можно»…

И. П.: Насколько современны библиотекари? Они следят за актуальной информацией и повесткой?

О. С.: Опять сложно однозначно ответить на этот вопрос. Среди библиотекарей много очень современных людей, великолепных грамотных специалистов, по уровню не уступающих своим зарубежным коллегам. Но библиотекарей очень много. Среди них есть и неграмотные, и неосведомленные, и несовременные. Как и в любой сфере. Несовременность и неосведомленность библиотекарей в современной актуальной повестке, в широком смысле слова, является одной из серьезных проблем. Меня крайне огорчает, когда библиотекари, не смущаясь, признаются в своей неосведомленности в предмете обсуждения.

Если в доинтернетную эпоху для отдаленных библиотек это было простительно, то сейчас это — лень и ничего более. Они никак не могут привыкнуть, что информация доступна не только в Москве, но и в любом маленьком поселении нашей страны. Для этого, правда, нужна осознанная потребность быть в курсе и неослабевающий интерес к жизни, к людям и к их потребностям и проблемам. Все знать невозможно, но можно хотеть узнавать новое, тем более, владея компетенцией управления информацией.
Иными словами, почти все идут работать целенаправленно. Они хотят работать с текстами, словами, книгами. 
Хочется верить, что каждый, кто идет трудиться в библиотеку, понимает ценность чтения и сам любит читать. Причем не на словах, а на деле. Тем больше я удивляюсь, когда слышу от детских библиотекарей, что они не считают должным читать детские книжки. Хотя, казалось бы, это очевидно. 
Не все библиотекари могут сейчас адекватно, грамотно ответить, зачем современному человеку нужно уметь читать. И причем тут грамотность? Тогда начинаешь объяснять, что и соблюдение правил дорожного движения, и качество строительства, и состояние дорог, и работа кассира в магазине — все зависит от грамотности в широком смысле слова. Если люди безграмотны, то они плохо выполняют свою работу.

Роль «третьего места»

И. П.: С теми, кто работает в библиотеках, мы разобрались. А кто в них ходит, посетители какого возраста? Имеется представление, сколько они зарабатывают?

О. С.: Неблагодарное дело — обобщать и генерализировать. Разная публика ходит, с различными установками и задачами. В публичные, городские, районные, библиотеки, принято считать, что ходят дети, пенсионеры и студенты. Они берут книги и идут домой. Одни — чтобы время провести, другие — чтобы заниматься, третьи — чтобы курсовые и дипломы писать. Сейчас стремительно растет аудитория молодых мам с детьми. Они стали активно ходить не только в музеи, но и в библиотеки — вместе с буквально новорожденными детьми. 
Ширится движение библиотечной продленки. В школе сейчас продленка дорогая, и не все родители могут себе позволить. А кто-то просто не хочет, чтобы их дети проводили весь день в школе. Занятно, что сейчас это параллельно развивается, например, в Англии.

Многие наши библиотеки сейчас подготавливают мигрантов к сдаче экзаменов по русскому языку и помогают им адаптироваться в новой культурной среде. С этого начинались публичные библиотеки в Америке, когда им надо было социализировать огромное количество мигрантов из неанглоязычных стран. Они предпочли их не изолировать, а наоборот, дать возможность адаптироваться к новым реальностям жизни в другой стране.
А вот научные работники, аспиранты, студенты, люди активного возраста, бывшие еще недавно основной читательской аудиторией научных библиотек, сейчас ходят в библиотеки гораздо реже, чем 10–15 лет назад. Хотя и здесь есть исключения.

И. П.: Как вы сформулируете привлекательность библиотек для людей? Многие считают их архаизмом.

О. С.: Привлекательность библиотек меняется неожиданно. Еще совсем недавно там требовалась тишина и спокойствие. Это было место для сосредоточенной работы. Потом возникла масса призывов сделать шумные и динамичные зоны, где можно вести себ ясвободно и не скованно. А теперь снова создаются территории тишины. Вокруг нас настолько шумная и агрессивная среда, что современному человеку нужно какое-то место, где он может уединиться, сосредоточиться и, вообще-то говоря, подумать. Таких мест совсем немного, даже дома это не всегда удается.

Библиотеки привлекательны тем, что это редкие бесплатные, безопасные открытые и доступные публичные пространства. Библиотеки прекрасно выполняют современную роль «третьего места».
Сейчас в школах и вузах много времени уделяется групповым занятиям и заданиям. Во всем мире учащиеся собираются и занимаются в библиотеках. У нас тоже начинают создавать подобные зоны, удобные для современных форматов учебных и творческих занятий. 

Помимо этого, много людей приходят в библиотеки на публичные лекции с умными, интересными, веселыми лекторами (можно спросить психологов, что отражает и характеризует эта ситуация). Думаю, что потребность в общении с умным человеком, который хорошо выражает свои мысли, интересные другим; потребность в качественном интеллектуальном досуге, в общении с интересным собеседником. Причем спрос на лекции отмечен не только в больших городах. Потребность в талантливых лекторах, умеющих говорить просто и увлекательно о сложном, высокая, а таких людей совсем мало. Как только библиотека перестает быть скучным и чопорным местом, туда начинают тянуться люди.

Еще в библиотеках стали очень популярны кинопоказы каких-нибудь артхаусных фильмов или киноклассики с последующим обсуждением. Опять же, если в Москве и в Санкт-Петербурге есть большие кинотеатры, то в маленьких городах и сельской местности с ними совсем плохо. Не везде даже есть ДК и сельские клубы, где сохранились киноустановки. Библиотеки таким образом не просто показывают фильмы, но и помогают их понять.
Это не отменяет основной миссии библиотек как помощника и проводника в познании и понимании мира во всем его многообразии. И в этом своем основном качестве библиотеки остаются привлекательными, если они адекватно воспринимают современный мир, а не живут в «башне из слоновой кости».

И. П.: Существуют ли программы развития библиотек?

О. С.: Конечно, не надо обманываться и думать, что развитие библиотечного дела — приоритет любого губернатора. Хорошо, если о них вообще вспоминают. Есть передовые территории, где люди, находящиеся у власти, понимают, что культура и библиотеки, которые входят в сферу их приоритетов, помогают создавать имидж современного, просвещенного и культурного руководителя. В некоторых регионах строят новые библиотеки и ремонтируют старые. Но новых зданий очень мало, к сожалению. Например, такие есть в Иркутске, Рязани, Омске, Красноярске.

У Фонда Прохорова существует грант, когда от имени учредителя закупаются книги, привезенные издателями на Красноярскую книжную ярмарку. За счет этого уже десять лет пополняются фонды многих библиотек края, потому что местные библиотеки испытывали острую нехватку новых книг в связи с дефицитом средств на комплектование фондов. Несколько лет назад местные руководители прониклись идеей важности библиотек для жителей региона и дали старт проекту модернизации библиотек Красноярска, а затем и края. Параллельно губернатор стал выделять дополнительные целевые средства на комплектование фондов библиотек. И это прекрасно и достойно уважения. Но такая благополучная ситуация отнюдь не везде.

Люди до сих пор ждут от библиотек больше новых книг, а не досуговых мероприятий, на которые библиотеки с радостью тратят свои силы. Об этом говорят результаты социологических исследований. Но, в целом, одной из самых серьезных проблем наших библиотек является отсутствие актуальной современной литературы, нужной здесь и сейчас, а не завтра и где-то. Поэтому существующие в любой библиотеке программы и концепции развития будут неизбежно сталкиваться с этой проблемой.

Конечно, для развития библиотек не менее важны программы по профессиональной переподготовке кадров и модернизации всего функционала и услуг, библиотечного пространства и системы коммуникации с обществом в целом, и с отдельными аудиториями. Проектная деятельность библиотек и библиотечный маркетинг, партнерские проекты, помогающие учреждениям пересмотреть свою социальную роль, остаются очень актуальными.

И. П.: Опишите главные трудности библиотек — с чем сейчас сложнее всего?

О. С.: Главное — несоответствие менталитета библиотекарей современным реалиям. Не потому что они старомодные, а потому, что им трудно принять современность в том виде, в какой она есть. Иногда это идеализм, вера в то, что они, библиотекари, могут многое исправить, что они лучше знают, несут высокую миссию, что без них люди пропадут. Когда вступаешь в полемику и спрашиваешь: «На чем основывается ваше предположение?», выясняется, что на вере и собственных убеждениях. Верят, что государство навечно подписалось их содержать, и что к ним всегда будут ходить люди.

Это удивительное не поспевание за современным динамичным миром. Если люди не будут бороться с этим, то обречены на забвение. Все хотят завоевать современную молодежь, но никто не хочет смотреть на нее честно, объективно и с уважением — все хотят учить и поучать, оставаясь по своему менталитету в середине 20-го века…
Еще одна проблема в том, что библиотекари считают достаточным полученное когда-то профессиональное библиотечное образование. Профильными вузами считаются Институты или университеты культуры. Сейчас идет борьба за право работать в библиотеках людям с самым разным образованием. Библиотечное образование очень быстро устаревает. Все, чему учили 30 лет назад — уже ни про что, про то, «как сделать дырочку в каталожной карточке». Поэтому библиотекарям, как никому другому, нужны постоянные и разнообразные курсы повышения квалификации, которые делают человека современным профессионалом. Мне удивительно, что библиотекари, которые «сидят» на информации, умеют ей управлять. Мало знают про бесплатные образовательные ресурсы, такие как Академия Хана или «Арзамас». Возможностей для самообразования на русском языке много, но потребности нет. Нужно все время расталкивать и стимулировать библиотекарей все время учиться самим, а не только учить других. Современный библиотекарь не имеет права на несовременность.

Подписывайтесь на странички Culttrigger в Facebook, Instagram, Вконтакте, Одноклассники, Twitter, Telegram, YouTube.