Пришло время инди. Но не везде
У нас нет инди-театра. Инди-музыка есть, инди-кино есть, а инди-театра — нет.
Ну, или почти нет. Иначе говоря, он, вроде бы, есть, но как явления — его нет.
Забейте в поисковике «инди-театр» по-русски. Ресурс предложит вам странный список из ста с лишним московских театров, в котором все — от «Гоголь-центра», «Практики» и учебного театра ГИТИСа, до Православного театра «Глас» и храмов Мельпомены, названия которых запоминать невозможно и незачем. Но к определению инди это все не имеет никакого отношения.
Если бы меня спросили, я бы определил инди-культуру так: это когда много хорошего (качественного, профессионального), интересного и разного, не стремящегося стать широко известным, модным, популярным. Это, прежде всего, признание того, что может быть по-другому — что мир прекрасен в своем разнообразии.
Почему у нас нет инди-театра?
Во-первых, мы никак не можем отвыкнуть от центрической системы. Нам жизненно необходимо выделить магистральную линию. Выстроить иерархию. Определить основные направления и придерживаться их. Так проще ориентироваться, а иначе можно потеряться, запутаться. И неважно, о каком театре идет речь, об условно-традиционном или условно-современном. Мы считаем верным и правильным только свой путь, и в качестве исключения признаем еще одно-два близких направления. Мы любим выбрать себе одного театрального бога и, может, еще нескольких святых, и молимся только им. Всех, кто исповедует другие религии или неверно трактует нашу, мы готовы сжигать на костре.
Какое уж тут разнообразие? О каком развитии может идти речь, когда мы не желаем видеть, слышать и признавать другое, когда каждый хочет быть генеральным секретарем своего, пусть и небольшого, ЦК? Тут надо действовать проверенными способами, отработанными приемами. Да и зачем самосовершенствоваться, если я ни с кем не конкурирую? Если я не то чтобы уникальный, я — единственно верный! Что уж тут удивляться, что многие московские театры гораздо провинциальнее провинциальных.
Вторая причина — рабское стремление театра кого-то обслуживать (власть или капитал — неважно), одно не лучше другого. Буржуазия, чиновники, пролетариат, либеральная интеллигенция — какая разница, кому пытаться понравиться? Делать театр не из желания придумать что-то интересное, новое, что-то свое, а из желания угодить, подстраиваясь под определенный запрос, — это точно не инди, это — блядство. Которое, так уж случилось, стало нормой.
«Театр должен зарабатывать», «этот спектакль плохо продается», «мы должны учитывать вкусы нашего зрителя» — говорится на полном серьезе. И как-то уж совсем не сочетается с сутью инди-культуры: делать то, что нравится тебе, а уж найдется какое-то количество таких же, как ты, придурков, или нет — неважно. Говорить «театр не может себе этого позволить» — лукавство. Театр может и позволяет. Например, в не самых больших и не самых богатых странах Европы.
Третья причина — нам очень хочется «вырваться», «пробиться». Сделав имя на андерграунде — как можно быстрее перейти в мейнстрим, и даже, может быть, продолжая делать андерграунд, но уже такой, так сказать, «элитарный». Поменять автомобиль, снять квартиру подороже, купить, наконец-то, смокинг и пойти в нем на вручение премии в здание с колоннами и мрамором. В общем, как-то капитализировать свой маргинальный успех. Стать, наконец-то, элитой, или, если не стать, то хотя бы побыть немножко, пока есть возможность. Пока о нашем успехе не забыли.
Мой папа, прочитав положительную, в общем-то, рецензию на спектакль «Зажги мой огонь» в Театре.doc, вздохнул и сказал: «Сынок, пора уже как-то выбираться из подвалов…». И действительно — 38 лет… Не всю же жизнь в подвале сидеть, надо уже как-то встраиваться в систему. А инди — это не про систему, это как раз про подвалы.
Конечно, страшно оказаться в бескрайнем и вечном конкурентном поле, в котором статусы размагничиваются и никак не закрепляются. Страшно признать, что идея/концепция теперь важнее, чем любое имя. Страшно смириться с мыслью, что, кем бы ты ни был, какие бы не имел звания, заслуги, награды, у тебя ни на что больше нет и не может быть монополии.
А если страшно, то, может, и не стоит ничего менять? Может, так еще поживем — по старинке? Может, это и не наше — инди-театр? Может мы созданы для чего-то более важного?
Подписывайтесь на наши странички в Facebook, Instagram, Вконтакте, Одноклассники, Twitter.
