Петров на своем канале в YouTube дает «установку на добро» и гипнотизирует цветом

Заметки о русском Нео, который научит вас взламывать языковую матрицу и пробовать язык на вкус и цвет. Дорого.

Dmytro Poremskyi
Jun 3 · 41 min read

В отличие от ряда подражателей (в числе которых украинская мошенница крымскотатарского происхождения Айше Борсеитова заслужила отдельного внимания), россиянин Дмитрий Петров в особом представлении не нуждается. По мнению обожающей его публики и с его молчаливого согласия, он:

  • популярный психолингвист;
  • уникальный полиглот;
  • автор такого же уникального, как он сам, метода изучения любого языка в крайне сжатые сроки.

Задача этой статьи — опровержение этих трех тезисов и выдвижение ряда вытекающих из действий «методиста» предположений, в том числе о том, что Дмитрий Петров — некомпетентный специалист в вопросах, о которых его регулярно просят высказываться в СМИ, лжец и шарлатан, благодаря своим знакомствам и введению в заблуждение выбившийся в телеведущие для создания себе медиаобраза знатока лингвистики, который владеет чуть ли не всеми известными человечеству языками, с целью дальнейшей его коммерциализации и привлечения широких слоев населения на свои платные курсы английского и других языков по своему же «методу» (при этом не проводя там занятий лично). Как можно заметить уже по вступлению, я не скрываю своего отношения к герою, однако все факты, которые я привожу, общеизвестны или поддаются независимой проверке. Слова «метод», «методика» (как и многие другие определения и титулы, связанные с фигурантом) постоянно заключаются в кавычки неслучайно, ведь то эклектичное собрание неэффективных, а подчас даже вредных приемов, о которых твердит коммерсант Петров, уникально-инновационным методом в теоретическом или практическом смысле не является, что, надеюсь, станет понятно по ходу раскрытия темы.



Путь к успеху

Об основных фактах биографии Петрова можно узнать из целого ряда интервью и на посвященной ему странице в «Википедии». К нашему обсуждению, впрочем, имеет отношение его профильное образование и профессиональный путь, потому что эту информацию можно сверить по относительно независимым источникам, чего не скажешь о рассказах самого Петрова о детстве, в котором, по его собственным утверждениям, в конце школы он свободно читал книги на английском, немецком, французском и итальянском языках. В свете откровенной, поддающейся проверке лжи, примеры которой приведем ниже, эту информацию также следует воспринимать крайне критически.

1975 год. Петров поступает в группу английского (основного) и французского (второго) языка на переводческом отделении Московского государственного педагогического института иностранных языков им. Мориса Тореза (МГПИИЯ) (ныне — переживающий далеко не лучшие времена Московский государственный лингвистический университет [МГЛУ]), что дает основания считать, что закончил он его в 1980 году. Сразу после окончания ВУЗа или чуть позже Петров начинает в нем преподавать, воспользовавшись знакомством с на несколько лет старшим его переводчиком Ермоловичем — также выпускником и (до недавнего времени) преподавателем иняза, который представляет Петрова заведующему соответствующей кафедрой (об этом сам Ермолович вспоминает в заметке о своем друге). Способность умело использовать связи и знакомства в нужный момент — это навык, который Петрову пригодится еще не раз.

2000-е гг., русско-казахстанский центр мистических практик «Шакти», группа «Свободные мистики». Петров, называемый своими коллегами-мистиками одним из «людей, открывающих нам мир», участвует в этом коллективе в качестве тренера и ведущего программ по «психолингвистике», под которой понимается «магия звука, знака, слова, тренинг нерационального восприятия и психофизического резонанса, тренинг психофизического резонанса, квантовая лингвистика» (не хватает только тренинга для установления контакта с сущностью в виде гномика, что является явным упущением).

Так выглядит типичное времяпрепровождение «свободных мистиков», в числе которых указан Петров:

Фестиваль психотехник «свободных мистиков» в Тарусе, 2007 г.

Про самого Петрова в заметке с поэтичным названием «И жаркий жертвенный огонь плясал во тьме, как алый конь!» сказано так [выделение жирным шрифтом Д. П.]:

«Дмитрий Петров из Москвы — личность мистическая, загадочная. Владеет 120 языками! Переводчик экстра-класса, одновременно может вести перевод на 10–12 языках. …на фестиваль принес программу […] «Нордическая Тантра». Вышел к народу с гитарой и песней и, подобно скальду, в поэтической форме поведал, как взаимодействовать с богами и как — друг с другом».

Ниже представляю несколько фотографий мистического Петрова того периода:

Мистический Петров в окружении коллег таинственно смотрит в камеру на фестивале «свободных мистиков» в 2003 г.
Фестиваль «свободных мистиков» в 2004 г. Петров проводит тренинг «нерационального восприятия». Обратите внимание, в каком состоянии пребывает публика.
Мистический Петров в окружении входящих в транс «психолингвистов»
Мистические блюда на фоне мистического Петрова (в мистической шапке) и мистических дам

2000 год, телепередача «Антропология» Дмитрия Диброва на канале НТВ. Первое появление Петрова на телевидении, которое удалось разыскать. В предисловии Дибров отмечает, что судьба периодически сводит его с Петровым вот уже 15 лет — с тех самых пор, когда Петров преподавал английский язык для сотрудников ТАСС, где в 1985 году работал Дибров, и представляет гостя как психолингвиста (Петров при этом скромно тупит взгляд).

Петров дает телезрителям урок мэнспрединга и поясняет за все языки

Эфир почти полностью состоит из поверхностных и нескладных рассуждений Петрова, иногда — из не удобных для него звонков зрителей и конкретных вопросов Диброва, очень часто — из лжи и где-то услышанных информационных «уток» (см. ниже) и непрестанных упоминаний о многочисленных преимуществах некоего «метода», которым Петров пользуется для работы с учащимися. Дибров, указывая на пейджер, куда приходят сообщения зрителей, завершает передачу словами: «Все хотят попасть на курсы к Петрову, все хотят читать его книжку. Не могу я это делать, не могу, потому что это сразу обретет рекламный характер» (о том, что все предыдущие 45 минут были фактической рекламой его гостя, из которой зрители о курсах и узнали, Дибров, разумеется, не говорит).

2010 год. Петров совместно со своим другом — Борейко Вадимом (бывшим главным редактором интернет-издания «Форбс-Казахстан», уволенным оттуда в конце 2015 года и без лишней скромности именующим себя «классным специалистом» и «легендарным журналистом»), пишет книгу «Магия слова». По некоторым сведениям, книгу полностью написал Борейко, выступив своего рода биографом и литературным негром Петрова.

Вадим Борейко — «классный специалист», «конченый интеллектуал» и «блестящий собутыльник» Петрова

В аннотации книги сказано: «…один из авторов этой книги, филолог, переводчик, создатель уникальной психолингвистической методики ускоренного обучения иностранным языкам Дмитрий Петров. <…> Борейко на личном опыте убедился, как работает методика Петрова…». В предисловии к книге некий писатель Игорь Свинаренко пишет про авторов: «Они яркие люди, прожженные инженеры человеческих душ, конченые интеллектуалы, блестящие собутыльники». Далее Свинаренко приводит интересный факт биографии Петрова: «Петров… продвигал в Казахстане новые лингвистические методы (по слухам, отговорил казахов от перехода на латиницу…)». Книга в целом предоставляет собой элемент рекламы «метода», что в предисловии особо и не утаивается: «…глава этасамая теперь в книге ценная» [имеется в виду глава, в которой описано, как Борейко, используя «метод», под менторством Петрова за 4 дня (!) «выучил итальянский». — Прим. Д. П.].

Сентябрь 2010 года. Петров — один из выступающих на локальной конференции TEDxPerm (соответственно, в Перми) с речью на тему «Язык Вселенной, язык человечества». Выступление представляет собой пересказ того, что он регулярно повторяет из эфира в эфир, в том числе ложную аналогию, которую он якобы узрел между физикой и изучением иностранных языков: «частица/волна» — «слово/речь» (наукообразность, как известно, способна произвести впечатление на неподготовленную аудиторию). О строгости отбора выступающих на такие мероприятия можно судить хотя бы по тому, как уже упомянутая мошенница Борсеитова стала гостьей TEDx в Черновцах с очень похожим рекламным выступлением.

2011 год. По заказу комитета по языкам Министерства культуры Республики Казахстан не говорящий по-казахски Петров проводит 12 очных и телевизионных встреч, на которых рассказывает казахстанскому народу, как «учить казахскому языку и как его изучать с максимальной эффективностью и комфортом». Сеансы проходят в полумраке, звучит фоновая гипнотическая музыка (сравните их с мистическими семинарами «нерационального восприятия» выше). Сам Петров остается верен себе: на протяжении почти всего эфирного времени рассказывает о том, что учить языки — легко и просто. На экране, чтобы придать докладу вес, изредка появляются написанные по старинке в столбик грамматические структуры, которые Петров оттуда перечитывает.

Не владеющий казахским языком Петров обучает казахстанских зрителей парадигме спряжения глаголов в казахском языке

Кто именно приложил руку к протаскиванию Петрова на казахстанский рынок языковых услуг — неизвестно; нельзя исключать, что это был «блестящий собутыльник» Петрова Борейко. Впрочем, кто бы это ни был, цели он достиг: у Петрова есть отдельный рекламный сайт petrov.kz, (в последнее время название изменилось на абракадабру «xn — b1af1acg», однако содержание осталось прежним) где наш герой не стесняясь заявляет [выделение цветом Д. П.]:

Деградация налицо: еще каких-то пять лет назад Петров-мистик владел 120 языками, в то время как Петров-полиглот — всего лишь 30 (но зато свободно)

Также на сайте регулярно появляется информация о приездах Петрова в Казахстан (ближайшие визиты запланированы в Алматы 11 июня и Нур-Султан 15 июня), в ходе которых он обещает, что слушатели заговорят на английском языке за 4 дня. Чёс по Казахстану щедро оплачивается, ведь бронирование одного места, например, в Алматы стоит 200 000 тенге (528,40 долларов США / 34 050 рублей) с учетом 10-процентной скидки.

Конец 2011 — начало 2012 года. Поворотный момент. Петрова приглашают участвовать в качестве ведущего в съемках программы «Полиглот» (с названием, которое может быть трактовано как реклама одно хорошо нам известного человека). Вот как о начале участия рассказывает сам Петров в интервью изданию «Коммерсант» в марте 2014 года: « Мой старый товарищ, писатель и телеведущий Олег Шишкин, представил меня директору и главному редактору канала Сергею Шумакову. Компания “МБ групп продакшн” (сейчас “М-продакшн”) взялась за проект».

(В скобках заметим, что очередной «старый товарищ» Петрова — называющий себя историком Олег Шишкин — впоследствии стал одним из участников первого сезона «Полиглота», а затем, решив не останавливаться на достигнутом, появился в роли эксперта (если это слово вообще в данном контексте уместно) в печально известном шоу для мошенников (магов, колдунов, чародеев, гадалок и т. д.) всех мастей «Битва экстрасенсов», где своим экспертным заключением подтвердил приход духа Ильича в музей «Горки Ленинские» аккурат во время съемок там очередного выпуска).

2012 год. В Москве начинают работу курсы под громким названием «Центр инновационно-коммуникативной лингвистики Дмитрия Петрова» (нельзя исключать, что именно такое название выбрано для формирования из него аббревиатуры ЦИКЛ, которая иногда встречается у Петрова, хотя он вряд ли учел «магию» этого слова [конкретно его многозначность]). Фирменный цвет — фиолетовый, описание — категоричное: «Метод Дмитрия Петрова построен на инновационной обучающей программе, которая позволяет выучить иностранный язык за 16 уроков длительностью по 1 часу. Если хотите быстро преодолеть языковой барьер, то более простого, понятного и продуктивного способа не существует». Один из девизов школы — «Полиглотом может стать каждый!», что совершенно не отсылает к передаче «Полиглот», а является обыкновенным совпадением, даже с учетом странности самого лозунга, ведь на курсы слушатели приходят, как правило, не за полиглоссией, а для решения вполне практической задачи овладения тем или иным иностранным языком. Про Петрова сказано: « …полиглот, опытный синхронный переводчик, популярный психолингвист и профессиональный преподаватель».

Довольный Дмитрий Петров, к моменту преподавания ТВ-курса китайского языка не освоивший его произношения и не способный провести урок без помощи преподавательницы-китаянки, написал учебник китайского языка и приглашает на свои платные курсы

2013 год. В Москве организация под названием «Центр Дмитрия Петрова» выпускает книжку «Английский язык. Базовый тренинг». К моменту написания статьи (май 2019 года) под авторством Петрова выпущены около 10 книжек по различным языкам, включая китайский, преподавание базового курса которого Петров не мог реализовать без помощи китаянки-преподавательницы. Также «Центр» издал 3 книжки по русскому языку для учащихся, говорящих по-испански, по-английски и по-сербски. Выпускаемую стахановскими темпами продукцию я намеренно не называю учебниками, поскольку требованиям, выдвигаемым к учебникам в РФ, она не соответствует (ни по своему содержанию, ни сугубо формально, ведь у книжки нет рецензентов, допусков или рекомендаций). Это очевидное обстоятельство, однако, не мешает Петрову и его команде гордо именовать свои поделки учебниками как на веб-сайте школы, так в самих книжках. Также любопытно, что на обложке вышеупомянутого «Базового тренинга» единственным автором указан «методист», однако внутри книги в разделе обладателей авторских прав рядом с Петровым видим еще одно имя — Огиевский В. В., что может указывать на то, что Петров писал книжку не сам.
И уж, конечно, большой грех заподозрить Петрова в том, что сам он вообще ничего не писал, поскольку был занят продвижением личного бренда, а свое имя на обложке разместил, чтобы торговля шла поживее.

Нет Огиевского — есть Огиевский!

2014 год. Видимо, решив ударить по карманам потребителей еще сильнее, Петров пускает в ход тяжелую артиллерию в виде серии книжек (есть точные данные об английской, французской, испанской, итальянской и китайской) «Полиглот. 16 уроков», снабженных логотипом федерального канала «Россия — Культура» и двумя дисками в формате DVD с материалами передачи.

Очередное нетленное пособие

Поскольку выпуском книжек занимается не ручная структура Петрова, а как-никак издательство «Эксмо», аннотация к книге слова «учебник» уже не содержит, ограничившись «изданием» и «книгой». О методической ценности книжки следует сказать отдельно, что и будет сделано ниже, но в этой рубрике обращу ваше внимание на ту грубую небрежность, с которой этот начальный курс подготовлен (что опасно вдвойне, ведь совершенно не владеющим языком людям сообщают изначально неверные сведения):

1 — неправильная транскрипция (две ошибки!) в книжке Петрова (с. 217); 2 — правильная транскрипция по словарю English-Russian Learner’s Dictionary / M.N. Kozyreva, I.V. Fedorova — 6th impression © Russkiy Yazyk–Media, 2004

Казалось бы, сущий пустяк: правильно скопировать уже многократно написанную до тебя транскрипцию, но ошибку Петров умудрился допустить даже в таком.

Петров, хитро прищурившись, продолжает травить байки, но уже без собутыльника Борейко

2018 год. В уже знакомом нам «Центре Дмитрия Петрова» выходит очередная книжка — «Язык мира», оформленная в фирменных цветах его курсов. В ней наш герой продолжает травить околоязыковые байки, но ввиду отсутствия новых баек и желания выпустить всё-таки книжное издание, а не откровенно рекламную брошюру, Петров прибегает к известному фокусу, на который в своем кратком, но ёмком отзыве сетует одна из читательниц [выделение жирным шрифтом Д. П.]:

Я расстроена… Книга-то интересных мыслей интересного человека! НО!!! Она приходит упакованная, видимо, чтоб вы не заглянули внутрь… Потому что если ее открыть, то размер шрифта, интервалы между абзацами и поля будут кричать вам, что книга написана не для того, чтобы донести какие-то мысли, идеи и мораль, а чтобы ее растянули на 300 страниц, издали и продали подороже! Не ожидала такого от Дмитрия Петрова.

Локализованный «полиглот»

Сентябрь 2019 года. На своих страницах в социальных сетях Петров объявляет о скором начале телевизионного курса «Татарский язык с Дмитрием Петровым. Выучим татарский за 8 часов» на региональном канале «Татарстан-24». Как сообщается в татарских СМИ, идея пригласить столь крупного специалиста по преподаванию татарского языка пришла в голову руководителю пресс-службы Президента Татарстана Эдуарду Хайруллину (одному из ТВ-учеников). Выбор властей пал на Петрова как на «внешнего эксперта, который знает все про языки, разобрался бы сам и научил бы [жителей Татарстана]». Цель передачи представить себе нетрудно — помочь зрителям «освоить лингвистическую “матрицу” татарского языка». Для фото обложки Петров обзавелся тюбетейкой (или достал ее из закромов, где она пылилась с «мистических» времен) и на первом же занятии, среди прочих откровений, заявил, что «в каждом языке есть абсолютно железная логика», очевидно перепутав естественные языки (используемые живыми людьми, а не роботами) с языками логическими/программирования/квазиязыками. Уже по сложившейся доброй традиции Дмитрий не демонстрирует никаких коммуникативных навыков владения языком, который преподает.

В свете фактов биографии Петрова ожидать от него можно и нужно далеко не только такого. Конечно, выше приведены далеко не все, а только некоторые основные пункты его маршрута на пути к повышению продаж. Так, например, не было подробно разобрано его умение, говоря по-простому, лизнуть кого надо в нужный момент («Ставлю Мутко “пять” за смелость» в свете новости о том, что его бывший ученик Мутко, на своей чиновничьей шкуре испробовавший все прелести «метода Петрова»,

«28 мая [2015 года] в Цюрихе пообщался с журналистами на английском языке. Министр сперва прокомментировал подготовку России к проведению чемпионата мира 2018 года, а затем, не поняв вопрос, за кого он будет голосовать на выборах президента ФИФА, произнес фразу из смеси английских и русских слов»).

Приведенные биографические сведения дают повод задуматься: уж не бессовестный ли Петров коммерсант, благодаря своим знакомствам и «блату» открывший себе путь к обогащению за счет околпачивания широких слоев российского и зарубежного русскоговорящего населения? Быть может, никакой он не психолингвист, а обыкновенный самозванец? Рассмотрением вопроса его связи с психолингвистикой мы займемся в следующем пункте.


«Популярный психолингвист»

Так его представляют на сайте школы, так он пишет во всех своих книжках. Чтобы понять, почему Петров лжет, представляя себя психолингвистом или соглашаясь с такой характеристикой в свой адрес, стоит разобраться, что является предметом изучения психолингвистики — междисциплинарной области на стыке языкознания и психологии — и какими методами она при этом пользуется. Сосредоточимся на русской традиции психолингвистических исследований, чтобы по возможности сохранить компактность изложения. В истории русской лингвистики есть двое всемирно известных ученых, которых можно считать в этом смысле пионерами. Первый — польско-русский лингвист Бодуэн де Куртене (1879–1918), основатель казанской школы языкознания, который первым для наблюдений и экспериментов над живой речью использовал специальное оборудование, а один из его учеников именно в Казани создал первую в России фонетическую лабораторию.

И. А. Бодуэн де Куртене (слева) и Л. В. Щерба — пионеры психолингвистики в России

С деятельности Бодуэна де Куртене начинается внимание лингвистики к процессам говорения, восприятия на слух и понимания речи. Второй ученый — Лев Щерба, основавший и по сей день действующую фонетическую лабораторию в Петербурге; одним из его основных интересов в области психолингвистики было экспериментальное изучение процессов овладения неродным языком. Вклад Щербы (как, впрочем, и де Куртене) в языкознание огромен и рамками психолингвистики, конечно, не ограничивается, но для целей нашего обсуждения следует обратить внимание на несколько моментов: (1) и де Куртене, и Щерба изучали язык как психический феномен, обеспечивающий социальные связи; (2) в своих научных поисках они использовали метод научного эксперимента, часто проводимого при помощи специального оборудования; (3) результаты своей работы они фиксировали в научных трудах, некоторые из которых до сих пор не утратили актуальности.

Если же вы попытаетесь отыскать (с помощью Google Scholar или другим способом) результаты научных изысканий «популярного психолингвиста» Петрова, вас постигнет неудача — у него нет ни одной работы, хотя бы отдаленно связанной с психолингвистикой, а если быть точнее — вообще никаких научных работ. Более — и еще страшнее — того, в своих публичных выступлениях Петров не то что профанирует, а вовсе дискредитирует психолингвистику, давая совершенно бредовые, антинаучные, преисполненные мистики комментарии на темы, фундамент знаний о которых наука уже давно заложила.

Вот несколько примеров из упомянутой выше «Антропологии». В языкознании и методике обучения иностранным языкам давно экспериментальным способом установлено, что для освоения различных речевых навыков задействуются различные психофизиологические механизмы. Именно с этой целью упражнения для их привития и закрепления делятся, в частности, на рецептивные (восприятие текста на слух и т. д.), репродуктивные (пересказ знакомого слушателям текста и т. д.) и продуктивные (порождение собственных высказываний). Чтобы рассматривать язык в подлинно научном ключе, необходимо сначала его проанализировать (разложить на части, чтобы их понять), а затем уже синтезировать изученное. Конечно, такое объяснение требует известного внимания со стороны аудитории, часть которой может заподозрить неладное и перестать быть свято уверенной, что изучение любого языка в рекордно короткие сроки — это легко и просто. Осознавая такую опасность, Петров в ответ на реплику Диброва о том, что владеть языком — это уметь говорить на нем и понимать, что тебе говорят в ответ (в целом, простое и логичное объяснение), разражается ненаучной околесицей, которая, если попытаться воспринять ее серьезно, перекрывает путь к анализу того сложного явления, которым является язык, и превращает его в фетиш:

Войдите в живой организм — и живой организм войдет в вас

Далее в этой же передаче в ответ на просьбу слушателя прокомментировать прочитанную им в газете информацию о том, что некая девочка «из южных городов» родилась со знанием 120 (!) языков (в т. ч. редких и диалектов, которые никто не может понять, даже «матёрые переводчики»), Петров сначала просит «телефончик» девушки, но поскольку «телефончика» у зрителя не оказывается, дает описанному случаю как всегда выверенную психолингвистическую оценку:

«Прямой выход в оболочку» звучит сильно и убедительно, спору нет, однако это чистой воды шарлатанство, настолько низкопробное, что его даже лженаукой назвать нельзя: истории о младенцах, которые, не успев оставить лоно матери, уже говорят одновременно на сотнях языков, время от времени появляются в желтой прессе рядом с рецептами консервирования помидоров и огурцов, чтобы своей сенсационностью отвлечь / развлечь людей и, внушив им мысль о том, что в мире всякое бывает, опустить планку их критического мышления совсем уж низко. В данном случае Петров, ретранслируя эти «желтушные» идеи, дискредитирует себя не только как якобы психолингвиста (который должен твердо знать, что способность овладевать языком у ребенка проистекает из его общих когнитивных (познавательных) способностей, а для активации этой способности ему нужен «рабочий материал» в виде устной речи, которую он обрабатывает не мгновенно с разделением на разные языки, а очень постепенно, методом проб и ошибок), но и как человека, получившего высшее образование и способного работать с информацией. Детская речь — один из основных объектов изучения психолингвистики; по тому, что так называемый психолингвист может о ней сказать, можно с уверенностью судить о том, какого уровня специалистом он является.

Казалось бы, в пределах одной передачи после разглагольствования о подключении грудников к вербальным оболочкам падать ниже некуда, но Петров это сделать-таки умудряется. На этот раз он не комментирует дезинформацию, а озвучивает ее по своей инициативе, отвечая на просьбу ведущего проиллюстрировать упомянутое им же понятие «собственность на слово» (которое, кстати, лингвистической науке неизвестно):

Разговоры о «собственности на слово» плавно переходят в описание методики кастрации этим самым словом на расстоянии. После таких заявлений не остается никаких сомнений в том, что Петров действительно крупный специалист не только в области психолингвистики, но и урологии.

В целом, «Антропология» и другие передачи с участием Петрова почти полностью состоят из такой ерунды, которую он иногда (видимо, заучив) повторяет слово в слово. Прямолинейные в своих оценках люди могли бы назвать Дмитрия лжецом, балаболом и пустозвоном в одном лице, но мы по возможности будем избегать таких оценок и охарактеризуем его как сказочника или (выражаясь по-модному) сторителлера, покрытого толстым слоем мистицизма, но уж никак не психолингвиста, которым он не является ни в силу полученного образования, ни исходя из вклада в эту область (поскольку никакого вклада и нет, но есть враждебные науке несусветные глупости, только малая часть из которых представлена на видеофрагментах в этой статье). Мистика — антипод науки, поэтому «свободный мистик» Петров — не ученый, не лингвист и не психолингвист.


«Уникальный полиглот»

Петров традиционно наводит тень на плетень (из материалов на сайте «свободных мистиков», фрагмент интервью 2008 г.)

Едва ли не основной аргумент, выдвигаемый имплицитно самим Петровым и совершенно явно его сторонниками и покровителями в пользу уникальной полезности нашего героя как преподавателя иностранных языков: если ему удалось выучить столько языков, то он знает в этом деле толк и вас научит. При этом ни один известный источник не называет точного количества языков, которыми владеет или с которыми хотя бы знаком (что бы это ни значило) Петров. Так, например, на сайте его школы в соответствующем разделе сказано: «Благодаря своей методике Дмитрий выучил больше 30 языков», из чего можно предположить, что Петров сам не знает этого числа или намеренно дает размытые сведения, чтобы освободить себе пространство для маневра — тем более, что хотя бы сколько-нибудь полного списка этих языков нигде найти не получилось. Иногда Дмитрий замахивается на большее, как, например, в вышеупомянутом интервью «Коммерсанту», где в ответ на реплику журналистки о том, что он знает около 30 языков, заявляет: «На самом деле языков, которыми я занимался в разные периоды жизни, даже больше».

Рядом с числом языков, которыми Петров якобы владеет или которые якобы выучил, часто появляется более скромное число языков, с которыми он, по своим же утверждениям, работает профессионально, в состоянии переводить синхронно в любой комбинации и пользуется ими «в реальной жизни» (из справки на сайте «Вокруг ТВ»), конкретно восемь: английский, немецкий, чешский, французский, испанский, итальянский, хинди и греческий. Отрезков спонтанной моно- или диалогической речи Петрова на этих языках (за одним показательным исключением) нигде разыскать не удалось (разумеется, сюда не входят произнесенные слова и их сочетания из «Полиглота», поскольку там речь идет о заранее приготовленном наборе). Это исключение — эфир испаноязычной студии телеканала Russia Today, куда Петров был приглашен рассказать о себе и своем «методе». Насколько нам известно, это единственный зафиксированный случай, когда Петров осмелился говорить на иностранном языке (причем на том, с которым он якобы работает профессионально) в продуктивном речевом формате. Что из этого получилось можно посмотреть в нижеследующем видео, записанном примерно в 2012 году:

Сразу становится заметной скованность, отсутствие беглости, ограниченный словарный запас (с как можно более активным привлечением интернационализмов для облегчения себе задачи), о чем свидетельствуют посмотревшие этот ролик пользователи, для некоторых из которых испанский язык родной. Подчеркнем еще раз, что речь идет об активном языке Петрова, с которым он будто бы работает профессионально и на который способен переводить синхронно. Последнее обстоятельство в свете того уровня навыков, который мы наблюдаем на видео, вызывает огромное недоумение, ведь для синхронного перевода на неродной язык (т. н. «язык B» в классификации устных переводчиков) владеть им нужно на высочайшем уровне (и даже уровня С2 по классификации CEFR тут, по-видимому, будет мало, потому что потребуется значительное время для дальнейшего совершенствования и укрепления навыков после формального достижения самого высокого уровня). То, что Петров продемонстрировал в эфире, при самой щедрой оценке не заслуживает уровня выше B1, что особенно сильно контрастирует с беглой речью ведущей.

Итак, никаких объективных доказательств полиглоссии Петрова или даже высокоуровневого владения им хоть каким-нибудь иностранным языком нет. Однако что, в таком случае, вообще подразумевает понятие полиглоссии и насколько очерчены его границы? Примечательно, что в авторитетной англоязычной многотомной «Энциклопедии языка и лингвистики» (Encyclopedia of Language and Linguistics, 2-е издание, Elsevier) отдельная статья о полиглоссии отсутствует. Также нет статьи с таким названием в популярном «Словаре лингвистики и фонетики» Дэвида Кристалла (Dictionary of Linguistics and Phonetics, 6-е издание, Blackwell Publishing); в специализированных источниках это понятие отсутствует в известной энциклопедии «Языкознание. Большой энциклопедический словарь» (под. ред. В. Н. Ярцевой, 1998 г. [репринт издания 1990 г.], «Большая Российская энциклопедия») и в «Словаре лингвистических терминов» О. С. Ахмановой (1966 г., «Советская энциклопедия»). При этом несколько похожее по смыслу понятие «многоязычие» во всех вышеуказанных работах найти можно. Выделяются два его значения:

  1. социолингвистический термин на обозначение ситуации в языковом сообществе, при которой в нем используются два или более языка, а также — по аналогии — соответствующее свойство отдельных представителей этого коллектива (Кристалл); наличие нескольких языков на данной территории ((Ахманова);
  2. одинаково совершенное владение несколькими языками (Ахманова).

Таким образом, определение № 1 к нашему случаю предположительных феноменальных способностей и личной одаренности применить нельзя, поскольку случаи многоязычия в понимании № 1 — это следствие языковой ситуации в языковом коллективе. Определение № 2 нам бы подошло, если бы не его точность, которая выбрасывает Петрова за пределы явления, им описываемого (даже у Петрова еще не успел повернуться язык заявить, что он всеми 30 и более языками владеет одинаково хорошо).

Из этого можно сделать вывод, что понятие полиглоссии (если считать его синонимичным многоязычию) в строго лингвистическом смысле нельзя применить к Петрову, а если говорить о полиглоссии как термине, то в современной науке о языке он едва ли употребим — предположительно потому, что не обладает особой ценностью и имеет очень размытые границы. Другими словами, это понятие оценочное, расплывчатое и сугубо «житейское» (см., например, определение полиглота в Большом толковом словаре русского языка Кузнецова: «Полиглот — человек, знающий много языков»). Именно эту размытость очень активно и эксплуатирует наш герой, не предоставляя при этом доказательств владения хоть каким-нибудь количеством языков из заявленных.

На вопросы о том, сколько языков он знает, у Петрова заготовлен хитрый ответ: «В совершенстве — ни один, даже русский», но при этом от звания полиглота не отказывается. Правда, иногда совесть дает о себе знать и Дмитрий говорит то, с чем мы никак поспорить не можем:

«Можно назвать, в принципе, любую цифру, и это будет правдой, потому что я воспринимаю знание языков как нечто, не имеющее четкого определения». Спасибо Дмитрию за честный ответ на вопрос — такое от него можно услышать нечасто, ведь после этих слов карточный домик под названием «Полиглоссия Петрова» рушится окончательно. Знает он 8, 30, 50 или целых 120 языков — какая разница, если можно назвать «любую цифру», и это будет правдой?

Свидетельство друга Петрова — Дмитрия Ермоловича. Уже упомянутый переводчик Дмитрий Ермолович — давний друг Петрова. Они знакомы много лет почти со студенческой скамьи, притом так тесно, что, когда Петров звонит Ермоловичу, то в трубку говорит: «Привет, Дима. Это Дима» (об этом вспоминает сам Ермолович; см. ссылку на его сайт выше). Ермолович, однако, в отличие от Петрова к науке определенное отношение имеет и откровенной чепухи не несет (к нему есть ряд претензий, которые я озвучивал у него на сайте: они преимущественно касались его нежелания давать ссылки на других людей, работами которых он явно пользовался в своем учебнике, но откровенным шарлатаном его назвать нельзя). Какое-то время назад на сайте Ермоловича я начал дискуссию под названием «Трезвая оценка т. н. “метода Дмитрия Петрова”», которая касалась сомнительных ценностных аспектов «методики». О самой «методике» мы поговорим в следующем разделе, а сейчас укажем на некоторые любопытные факты, которое имеют прямое отношение к якобы полиглоссии Петрова. По странному стечению обстоятельств, как только дискуссионная ветка на сайте Ермоловича стала привлекать внимание аудитории и аккумулировать мысли самого Ермоловича и других людей, способные разрушить миф о Петрове-полиглоте, она была полностью удалена без указания причин. Стала ли таковой причиной трусость самого Ермоловича или звонок от кое-кого, произнесшего магическое «Привет, Дима. Это Дима…» сейчас установить не представляется возможным, однако страницы обсуждения достать из кэша поисковых систем удалось, поэтому при необходимости я готов предъявить доказательства написанного там (более того, все реплики, поступившие в ответ на мой вопрос, дублировались в письмах на электронную почту и были мною сохранены).

Призрак удаленного обсуждения в выдаче Google

В процессе этого впоследствии удаленного обсуждения я сообщил его участникам о том, что единственным доказательством полиглоссии Петрова, которое приводится в «Википедии», является ссылка на сайт Ермоловича, где он Петрова таковым называет. То, что ответил далее сам Ермолович, удивило не только меня. Позволю себе процитировать его ответ в полном объеме, без сокращений, поскольку это будет единственный источник (не считая дублирования в письмах и инициированного мною обсуждения статьи на «Википедии»), где этот ответ приводится:

«Уважаемые участники дискуссии, для меня было неожиданностью узнать из ваших комментариев, что Википедия ссылается на мой сайт (и, по сути дела, только на него) для обоснования характеристики «полиглот» в отношении Д.Ю. Петрова.

Видимо, имеет смысл дать пояснение. Слово полиглот, по определению Большого энциклопедического словаря (М. 1991, т. 2), значит «человек, владеющий многими языками». В этом определении отсутствуют какие-либо уточнения в отношении минимальных степени и качества владения языками, которые оправдывали бы такую характеристику.

Но мне кажется, что если человек был способен провести восемь телевизионных курсов обучения различным иностранным языкам, в том числе относящимся к разным языковым семьям и группам, то — независимо от оценочных мнений по поводу уровня, содержания и методической проработанности этих курсов — такого человека можно назвать полиглотом, и именно по этой причине я назвал таковым Дмитрия Юрьевича Петрова. (Аналогично тому, как определению певец отвечает любой публичный исполнитель песен под музыку, регулярно собирающий аудиторию на свои концерты, — независимо от того, что мы думаем о его вокальных данных, владении музыкальной грамотой, качестве его песен и т.п.).

В то же время я должен констатировать, что, кроме фрагментов телевизионных передач цикла «Полиглот», мне ни разу не доводилось ни слышать, ни видеть, как Дмитрий Петров общается на каком-либо иностранном языке или переводит с какого-либо языка, кроме английского. (Просьба не рассматривать данное утверждение как оценочное: это констатация факта, который объясняется, возможно, всего лишь ограниченностью моего опыта наблюдения за его деятельностью.)»

Во-первых, «Википедия» в качестве единственного доказательства полиглоссии Петрова указала на благодарственную страницу, посвященную ему на сайте его друга Ермоловича. Во-вторых, сам Ермолович ни разу не слышал и не видел, чтобы Петров использовал какой-либо иностранный язык, кроме английского. В-третьих, когда Ермолович в начале своего ответа говорит о неожиданности, это можно понимать как то, что даже по его мнению «Википедия» выдала за авторитетный источник тот, который им не является в силу пристрастности. Что же касается попытки Ермоловича обосновать полиглоссию Петрова тем, что он делал вид, что преподавал различные языки в программе «Полиглот», то Ермолович упускает из виду очевидный факт: весь зафиксированный на камеру и преподнесенный в качестве телепрограммы материал носит исключительно постановочный (репродуктивный) характер: всё происходит по сценарию, Петров знает, что и в какой последовательности будет говорить, что именно писать на доске и т. д.; более того, в случае допущения ошибки всё можно будет записать заново или вырезать (однако даже возможности видеомонтажа не уберегли программу от множества совершенных Петровым грубых ошибок, о чем см. ниже). Можно ли в таких условиях говорить про объективную оценку знания языка? Вопрос риторический.

«Румынский знаешь? — Румынский… Э-э-э… Когда-то молдавский знал». Именно так — уклончиво — Дмитрий Петров ответил на прямо поставленный вопрос ведущего в 2000 году:

Прошло 12 лет. Петров, наверное, не терял даром времени и румынский таки освоил, что следует из его второго интервью изданию «Коммерсант» (2012 г.) [выделение жирным шрифтом Д. П.]:

«…синхронный переводчик Дмитрий Петров более 30 языков изучал. Постоянно он работает с 7–8 европейскими языками (причем иногда переводит с английского на испанский или с итальянского на английский), а двумя-тремя десятками может пользоваться, когда это необходимо. В эти десятки входят латынь, венгерский, румынский, дари, хинди, урду, иврит…»

Прошло еще 3 года. Человек с никнеймом webzuweb, специалист в области ИТ и разработки веб-сайтов, активный пользователь известного профессионально ориентированного портала habr.com, решил для этого сообщества записать беседу с Петровым, поблагодарить его за курс «Полиглота», а заодно обучить азам программирования. В результате было опубликовано интервью под названием «Как научить полиглота новому языку?». Примечательно оно коротким, но очень показательным фрагментом, который был записан на видео. Интервьюер — носитель некоего диалекта (как оказалось впоследствии, молдавского языка) — решил поиграть с Петровым в игру «Угадай язык по нескольким произнесенным фразам». Получилось из этого вот что:

Первая попытка: интервьюер называет несколько фраз. Довольно длительная пауза. Наконец, Петров говорит: «Еще раз то же самое».

Вторая попытка: интервьюер произносит то же самое. Петров уверенно говорит: «Это кавказский язык». Интервьюер фиксирует ошибку.

Третья попытка: интервьюер оживленно жестикулирует и называет другой набор фраз. Петров: «А! Это молдавский».

Мне неизвестно, был ли этот фрагмент склеен и сколько еще ошибок совершил Петров прежде, чем его осенило (осенило ли?). Предположим, однако, что склеек не было. В таком случае получается, что «уникальный полиглот» Петров, который «когда-то знал» молдавский язык, способный пользоваться румынским языком, когда ему необходимо (см. выше цитату из интервью; для справки скажу, что эти языки имеют настолько много общего, что сейчас молдавский считают названием румынского на территории Молдовы или в крайнем случае его диалектом), не смог сначала даже понять, на каком языке к нему обращаются, а затем и вовсе выдвинул очень далекое от истины предположение.

Можно искать сколько угодно оправданий «полиглоту», однако наиболее очевидный и простой ответ заключается в том, что Дмитрий Петров врет о количестве знакомых ему языков, а когда дело доходит до проверки его знаний (что происходит крайне редко и, по-видимому, без его согласия перед записью), непроизвольно открывает свое истинное лицо, которое имеет много общих черт с физиономией «Мистера Пельменная» Александра Курицына (Невского), который мнит себя обладателем титула «Мистер Вселенная», а на деле прячется от журналистов, когда те приходят к нему, вооружившись фактами, или хотят проверить, «натурал» он или «химик».

Шовинистический налёт. Человек, представляющий себя лингвистом, утверждающий, что любит языки, да к тому же (по крайней мере официально) ведущий педагогическую деятельность в российском филологическом вузе, не может не знать, что восточную группу славянских языков составляют три языка: русский, украинский, белорусский. Ни одним ученым-лингвистом этот факт не ставится под сомнение. Петров же, решив позаигрывать с настроениями целевой аудитории своей книжки про словесную магию, считает иначе, что явствует из нижеследующего отрывка, взятого из главы 6 «В постели со слоном»:

Должен тебе сказать: украинский язык — это понятие весьма расплывчатое.

Разъясняем Петрову: это не «понятие» расплывчатое, а его знания о языковых семьях и группах, а также о языках соседних стран, поэтому в перерывах между коммерческим чёсом по городам России и ближнего зарубежья ему не мешает повторить базовый курс общего языкознания или языковой типологии.

Петров — рекордсмен «Книги рекордов Гиннесса» 1998 года? Именно такую информацию можно очень часто встретить в прессе. В частности, её можно прочесть в описании к выступлению Петрова на TEDx Talks, о котором мы упоминали выше, на официальном канале в YouTube (авторская орфография сохранена): «Владеет тридцатью языками, на восьми из них работает как синхронный переводчик. Этот факт отмечен в книге рекордов Гиннесса в 1998 году». Предположение о том, что эти сведения поступили непосредственно от Петрова, дополнительно подтверждается тем, что какое-то время назад ремарка про Диму-рекордсмена присутствовала на его вышеупомянутом казахстанском сайте, однако сейчас соответствующая страница не загружается:

Дополнительно эту информацию находим на сайте группы «свободных мистиков», в которую входил или по-прежнему входит Петров, поэтому всё указывает на то, что в мировые рекордсмены себя записал именно Дмитрий. Проверка наличия его имени в издании «Книги» 1998 года показала, что Петрова там нет, да и быть не могло, потому что от любой возможности проверки своих языковых познаний Петров предусмотрительно держится на безопасном расстоянии, ведь такой экзамен может иметь плачевные последствия для его дутой репутации, которая держится на откровенной и масштабной лжи. Следует отметить, что в масштабности этого вранья есть неоспоримое преимущество для Петрова, который твердо усвоил пропагандистский прием «Большая ложь»:

«Если вы говорите достаточно большую ложь, и говорите её достаточно часто, люди поверят, что вы говорите правду, даже если то, что вы говорите — полная ерунда»

(цитата по книге: Richard Belzer, UFOs, JFK, and Elvis: Conspiracies You Don’t Have to Be Crazy to Believe).

Подытоживая этот раздел, заключаем, что Петров — психофизический резонатор с помутненным взглядом, колдун с гитарой, мистик в шапке, но не полиглот; положительными, независимо подтвержденными свидетельствами его полиглоссии мы не располагаем. В следующем разделе мы изучим его по слухам огромный и уникальный вклад в методику преподавания любого иностранного языка и попытаемся вникнуть в суть «метода Петрова».


«Методист, каких не было»

Начнем с определений, поскольку здесь, равно как и в предыдущих разделах, они имеют большое значение. Называя себя автором методики, Петров тем самым соглашается с тем, что метод как явление существует, а значит имеет четкое определение. По крайней мере, никаких альтернативных дефиниций понятию «метод» Петров не давал, всякий раз предпочитая сразу же пускаться в расхваливание метода своего, а значит уникального. Сразу следует оговориться: как человек, слабо знакомый с педагогической наукой, Петров регулярно и ошибочно отождествляет методику и метод (например, на сайте, посвященном своему казахстанскому чёсу, он эти два слова использует почти попеременно). На самом деле между ними есть важное различие. Методика (преподавания иностранных языков) — это педагогическая наука. Слово «методика» также используют в значении «совокупность форм, методов и приемов работы учителя». Метод — это предмет изучения методики; то, что отвечает на вопрос «Как обучать?». Методов известно множество: прямой, коммуникативный, устный метод Пальмера, аудио-лингвальный Фриза — Ладо и т. д. Все они сформулированы так, что при описании процесса обучения наименование метода сразу становится понятным по совокупности используемых в нем методических приемов. Во избежание путаницы будем называть объект нашего рассмотрения «методом Петрова», раз уж сам он в показаниях регулярно путается (вполне может быть, потому, что в слове «методика» на три буквы больше, что дает Диме основания считать, будто именно этот выбор придаст ему авторитет в глазах публики).

Из эфира в эфир Петров носится с заклинанием «мой метод — это 50% чистой математики и 50% чистой психологии», но мы, желая получить более подробные сведения, обратимся в раздел «Метод» сайта школы Петрова, ведь где еще, как не там, должен быть представлен исчерпывающий перечень уникальных приемов, комбинация которых и составляет «метод Петрова»? Сразу понятно, что различие между методикой и методом здесь также не проводится (слова используются как синонимы). Так или иначе, а ключевые особенности «методики» (или «метода», как называем его мы) таковы (далее — цитаты из указанного раздела, которые специально в кавычки не заключаются):

  1. занятия проходят в дружелюбной атмосфере, положительный эмоциональный фон;
  2. уже на первом занятии слушатели вместе с наставником учатся общаться между собой;
  3. в процессе обучения базовые грамматические конструкции доводятся до автоматизма;
  4. основной упор делается на изучение наиболее частотных слов;
  5. на занятиях слушатели не общаются на абстрактные темы, а говорят об интересных им вещах;
  6. яркие ассоциации и образы.

Незнакомые с методикой наивные люди, едва дочитав список до конца, уже готовы бросить все и записываться к Петрову в школу (даже узнав, что сам он выше этого и занятий там не проводит, предпочитая им рекламные проповеди в лектории «Прямая речь»). Призываю таких людей, однако, немного задуматься, поскольку весь спектр так радужно описанных «основных моментов» — всего лишь хитроумная манипуляция, призванная скрыть, что король на себе одежды не имеет, и вот почему:

Пункт 1 ружелюбная атмосфера). В качестве методического приема слушателям курсов продается установка неспецифического характера, равносильная увещеванию «Приходите к нам, у нас тут хорошо». К методике преподавания иностранного языка она имеет такое же отношение, как, например, следующее утверждение: «На занятиях в школе Петрова слушатели сидят на стульях, вдыхают воздух, а затем выдыхают его». Отсутствие стрессовых факторов — это не методический прием, а объективно необходимый для коллективной работы элемент, настолько очевидный, что презюмируется и не нуждается в описании (если конечно, не поставлена задача налить как можно больше «воды»). Представлять его элементом уникального метода — значит манипулировать потенциальными слушателями.

Пункт 2 чатся общаться уже на первом занятии). Вспомним, что язык — важнейшее средство человеческого общения. Другими словами, язык нужен, чтобы люди могли «общаться между собой», как говорит п. 2. Следовательно, «учиться общаться между собой» — это и значит «изучать язык» (для общения). В итоге п. 2 фактически говорит нам, что, придя на курсы, мы уже с первого занятия начнем изучать язык. А ведь могли бы не начать, а просто так посидеть и разойтись! Второй пункт не менее банален, чем первый; его могла бы записать себе любая современная языковая школа, но только Петров (не считая его последователей) умудряется раздуть его до уровня уникального методического приема.

Пункт 3 втоматизм конструкций). Махровая манипуляция, суть которой раскроем за несколько шагов. Шаг 1: преподавание иностранного языка — это процесс привития ряда навыков и умений. Шаг 2: навык — это психическое новообразование, благодаря которому учащийся способен выполнить действие рационально, точно и быстро без активного использования сознания для его регулирования (т. е. автоматизированно/автоматически). Шаг 3: следовательно, {преподавание иностранного языка (навыки [автоматизм])} или: без автоматизма не бывает навыков, а без навыков не бывает обучения иностранному языку! Что делает хитроумный Петров: ломает это стройную логическую цепочку, извлекает из нее [автоматизм] и продает его как свою уникальную разработку, которая при этом уже по определению (через навык) включена в процесс преподавания! На выходе имеем очередную банальщину в блестящей обертке.

Пункт 4пор на частотность слов). Казалось бы, что в этом плохого, но это утверждение продают в пакете с другим, которое Петров регулярно озвучивает публично: «Есть базовый словарь, состоящий из 300–350 слов, которые охватывают 90% нашей речи» («16 уроков английского языка. Начальный курс», 2014, с. 27). Именно эти слова, по всей видимости, и подают на занятиях школы, рассказывая о частотности и 90%. Конечно, это ложь. Например, по данным одного из создателей аудио-лингвального метода, американского методиста Р. Ладо, которые он изложил в книге «Преподавание языка» (R. Lado, Language Teaching, p. 16), словарь-минимум составляет:

  • для говорения — 2 тыс. слов;
  • для чтения — 7 тыс. слов;
  • для аудирования и письма — 3–4 тыс. слов.

(Примерно такие же данные с подтверждающими ссылками приведены в первом ответе на соответствующий вопрос на сайте Quora.)

Важно отметить, что словарь-минимум для чтения и аудирования будет больше, поскольку при порождении собственных высказываний в устной речи или на письме почти всегда есть возможность сказать то же самое другими (знакомыми) словами (т. е. использовать перифраз), в то время как при рецепции вас «ставят перед фактом». Таким образом, то, что продает Петров под вывеской наиболее частотных слов — это всего лишь капля в море, которая вам не поможет, однако этот факт вы знать не должны, потому что охоты нести Петрову деньги может поубавиться.

Пункт 5 (разговор об интересных вещах, а не абстрактно). Вариация на тему п. 1. Существует ряд социальных ситуаций, в которых разговор вращается вокруг всем понятных тем (погоды, семьи, работы и т. д.), причем они случаются настолько часто, что было бы глупо не дать слушателям необходимые речевые инструменты для участия в них, следуя тому же принципу частотности, который был заявлен в п. 4. Впрочем, ввиду исключительной размытости формулировки «абстрактные темы» в нее при желании можно упаковать что угодно. В качестве «интересных вещей» Петровым и Ко. приводятся примеры: любимые блюда, виды спорта, компьютерные игры, события из жизни. Где проходит грань между абстрактным набором слов в том или ином семантическом поле (спорт, еда, компьютерные технологии и т. д.) и конкретной реализацией этих слов в речи нигде, конечно, не уточняется, ведь и так сойдет.

Пункт 6 (яркие ассоциации и образы). Часть того мистического багажа, который Петров волочит за собой еще со времен «свободных мистиков». В этом контексте неизменно звучат разговоры про живое пространство, в которое нужно войти, и которое, в свою очередь, войдет в вас. Стоит еще обратить внимание, что, говоря об ассоциациях, Петров не упоминает об ассоциативном методе при запоминании слов, который некоторым людям действительно помогает в ограниченном объеме (см., например «Английский без английского: словарь ключей запоминания» Самвела Гарибяна, который, в отличие от Петрова, в «Книге рекордов Гиннесса» за свою феноменальную память отмечен был, причем дважды), а про воспоминания на уровне «Если вы хотите войти в итальянский язык, вспомните запах горелой пиццы». Ясное дело, это не методический прием и с собственно обучением никак не связан; связать эти «яркие ассоциации и образы» можно только с установкой «Почувствуй себя хорошо» из п. 1: шестой пункт фактически представлен как путь к ее реализации. Очередной стакан «воды», в котором даже ассоциативный метод ограниченной применимости низводится до уровня фирменного петровского «нерационального восприятия».

«Уникальный метод Петрова» целиком состоит из «воды» и банальщины, которая, если ее деконструировать, сводится к пустому утверждению «Петров постарается научить вас языку» и не содержит ничего специфического и, тем более, уникального для того, чтобы называться методом имени одного человека.

Несколько слов по поводу непрестанно заявляемой «уникальности»: это слово магически действует на свидетелей секты Петрова-полиглота, однако наличие уникальности опровергается в том числе самой историей попыток нашего предприимчивого «инженера человеческих душ» окучивать языковые грядки, ведь, как сообщает нам посвященная «методу» страница на сайте «свободных мистиков», «психокоммуникативный метод Петрова» (так он назывался в начале 2000-х гг. и с тех пор практически не претерпел изменений) построен на коммуникативно-деятельностном подходе, который « успешно используется во всем мире и является наиболее полным и совершенным, решая задачу освоения иностранного языка комплексно». Впоследствии Петров предпочитал об этом молчать, чтобы ореол уникальности никуда не подевался.

«Психолингвистический метод». Иногда в исполнении Петрова и в его печатной рекламе встречается именно такая формулировка. Здесь всё предельно просто: очередной стакан «воды» представляется чем-то, чего раньше свет не видывал. Правда состоит в том, что любой метод обучения иностранному языку, как мы это выяснили во время разбора третьего пункта «метода», направлен на формирование ряда навыков и умений, а навык, в свою очередь — это категория психологическая, феномен человеческой психики, поэтому утверждать, что метод обучения иностранному языку психолингвистичен — это заявлять, сделав сложное лицо и прищурив глаз, что метод обучения иностранному языку — это… метод обучения иностранному языку, после чего со стороны лояльной публики должны обязательно прозвучать бурные аплодисменты.

Именно так — легко и просто — Дима окучивает языковые грядки, честно отнимая деньги у слушателей курсов

Грубые ошибки и искажения. Этот мотив занимает чуть ли не центральное место в самодеятельности Петрова. Примеров его глупостей не только общеязыкового (как было показано выше), но и практического характера настолько много, что мало у кого найдется терпение составить их каталог, поэтому мы ограничимся тем, что становится очевидным уже при начальном знакомстве.

Халтура в книжках. В вышеупомянутой книжке «Полиглот» (с логотипом канала «Россия — Культура») в уроке 1 при описании правила образования прошедшего времени глаголов видим следующее:

С такими правилами английский язык можно выучить легко и просто хоть наизусть

Ради поддержания легенды о том, что всё легко и просто, Петров дезинформирует своих окрыленных надеждой почитателей и пишет глупость про «всего лишь одну букву D». Примеры подобраны так, чтобы придать «правилу» правдоподобности: в уроке используются только глаголы love и live. Однако уже в уроке 7, как будто так и надо, без каких-либо дополнительных пояснений появляется форма прошедшего времени глагола try:

(Для читателей, не изучавших английский язык: в нормальных учебниках английского языка для иностранцев (пример ниже взят из Murphy, Essential Grammar in Use, Third Edition, 2007) даже на начальном этапе указывается правдивая информация, которая затем дополняется:

Причем примеры подобраны не тенденциозно, а по-честному; из них читатель может понять, что, если основа глагола оканчивается на /-e, то происходит добавление /-d, однако результат всё равно представляет собой буквосочетание /-ed; о графических изменениях /-y > /-ied сказано в отдельном примечании).

Теперь предлагаю ознакомиться с таблицей временных форм глагола choose на с. 85 урока 7 [выделение красным Д. П.]:

Уникальный метод, базовый курс

Перед нами тот случай, когда желание выпустить книг побольше да заработать на них покрупнее приводит к явной халтуре и недосмотру. (Для тех, кто не знаком с английским: правильная форма прошедшего времени в этом случае: chose, не choose).

Мракобесная теория языковых изменений. Очередной пример лженауки в исполнении Петрова, который любит на встречах с публикой (в этом случае — в проекте «Мослекторий» в апреле 2019 года) блеснуть эрудицией и поговорить о том, почему случилось так, что английский язык в ходе своего развития потерял почти все окончания:

Петров в своей родной стихии — лженауке ( 29 апреля 2019 г., Москва)

«Окончания в английском языке исчезли в течение 4 поколений, это от 15 до 17 века. А что в это время происходило с Англией? Англия стала на путь индустриального развития, стала на путь колониальных захватов по всему миру. Формируется жесткий, экономный, практичный менталитет. Тут уже не до окончаний, не до падежей. Мы можем с точностью до года проследить изменения в языке и то, что происходило в жизни англичан».

Те, кто изучал предмет «общее языкознание» на первом курсе иняза, сразу заметят, что процитированный выше бред как две капли воды похож на т. н. «новое учение о языке», которое после Октября 1917 г. выдвинул (к тому времени уже советский) языковед Н. Марр. Пользуясь сложившимся тогда политическим климатом, он стремительно продвинулся по профессиональной лестнице за счет россказней о том, что язык (равно как политика, культура и искусство) — это надстройка над экономическим базисом. Другими словами: меняется экономическая формация — меняется язык. Эта вульгарная, политически мотивированная теория была настолько бредовой и тупиковой, настолько противоречила реальным языковым фактам, что от нее вскоре в СССР публично открестились; среди прочего, она стояла на пути научного изучения языка и игнорировала тот очевидный факт, что язык — это не надстроечное образование (в терминологии марксистов), а общественное явление особенного порядка, с присущими ему внутренними законами развития. Кто бы мог подумать, что спустя столько лет эту безумную, припавшую пылью выдумку именно Дима вытащит на свет божий и возьмет себе на вооружение? Сложность морфологии языка от уровня развития производства не зависит. А если Дима провел исследования и установил, что всё же зависит (чего он, конечно, не сделал, потому что на этом особых денег не заработаешь), то что он скажет об исландском или финском языках, которые, как известно, используются в крайне отсталых странах с очень низким уровнем жизни? Контрпримеров в опровержение бреда Петрова про природу языковых изменений можно привести множество, но суть, надеюсь, понятна.

Дополнительно укажу, что Дмитрий и в периодизации ошибся, хоть неоднократно утверждал, что изучал древнеанглийский язык с научной целью: активное избавление от обилия формантов произошло на несколько веков раньше (примерно в 11–13 вв.) при переходе от древне- к среднеанглийскому (преимущественно под влиянием скандинавских говоров), задолго до индустриальных прорывов. Более того, поколением во всем мире считается в среднем 25-летний отрезок, и ни о каких четырех поколениях речи быть не может даже в том периоде времени, который ошибочно предлагается Петровым. Таким образом, он сумел допустить две ошибки внутри ошибки, а это не каждому под силу.

«Надо» на английский не переводится. Сейчас Дмитрий нам расскажет почему, ведь это наблюдение он сделал сам:

Продолжение лженаучной проповеди в «Мослектории»

Дмитрий продолжает усиленно подстегивать уже давно издохшую лошадь (см. «новое учение о языке» по ссылке выше) и обосновывает отсутствие слова «надо» в английском языке тем, что оно существует в странах «с менее стабильной экономикой», вследствие чего на английский язык его «абсолютно невозможно перевести». Во-первых, раз уж Дмитрий — старший преподаватель кафедры перевода МГЛУ — сам заговорил о переводе, укажем ему, что переводовед из него такой же, как методист и психолингвист (никакой): в теории перевода известно, что его единицей выступают не отдельные слова, а высказывания (об этом знает даже друг Петрова Ермолович, которому стоило бы взять шефство над Димой и «погонять» его по базовой теории перевода), поэтому говорить о том, что отдельно взятое слово на такой-то язык перевести «абсолютно невозможно» — это страшная профанация. Во-вторых, Дмитрий умалчивает о том, что стандартное английское предложение (как правило) двусоставное (т. е. подлежащно-сказуемостное) — отклонения от этой нормы существуют, но всегда обусловлены особыми обстоятельствами. В русском языке, однако, односоставные (в данном случае безличные) предложения — это нормальное явление, поэтому, например, вполне допустимо сказать Остап не может заснуть и Остапу не спится, при этом подразумевая во втором предложении, что Остап, возможно, не спит в связи тревожными мыслями, которые не в состоянии контролировать, что дает нам дополнительные инструменты для уточнения мысли, и это следует ценить, а не списывать на экономическую отсталость. Если попытаться применить выдумку Петрова к другим случаям односоставности (например, к известным строкам Пастернака Мело, мело по всей земле / Во все пределы, которые на английский перевели с помощью формального подлежащего: It swept, it swept on all the earth / At every turning), то выходит, что в русском языке якобы скрывают, что мело или кто мел, потому что в России Сибирь, много снега, никто не работает, не знает или специально скрывает источник метели, а англичане — люди конкретные, им нужно знать точно, кто этим занимается (при этом «пустое» подлежащее it используется исключительно как местозаполнитель и никакой смысловой информации не сообщает). Делаем заключение: Петров вырывает отдельные факты из более широкого их контекста и придумывает им совершенно фантастические, лженаучные объяснения публике на потеху.

С чего начиналась «методика»: бить розгами или закрывать рот. Поехал Петров в 2018 году на фестиваль «Возраст счастья» в Тбилиси, аудиторией которого являются лица старше 50 лет. Разговорился, увлекся и выдал источник вдохновения при создании своей «методики» (которая, как мы выше установили, всё-таки является «методом»):

У истоков «методики»

Вопросов не возникает, только если рассматривать всю его деятельность как непрерывный юмористический стендап, ибо в ином случае есть серьезные причины усомниться в правдивости рассказа про учителя (хама и изверга) и в ценности таких приемов для метода обучения иностранным языкам. На этот примере, кстати, видно, что Петров пытается вбить своим слушателям в голову, что якобы никаких различий между изучением родного языка в детстве и дополнительных — в более позднее время не существует. В это трудно поверить, но неизменно изрекающий правду Дмитрий врёт: это разные процессы, которые изучаются разными дисциплинами (language acquisition и second language acquisition). Не нужно быть лингвистом, чтобы понять: при овладении родным языком ребенок крайне мотивирован это сделать для взаимодействий с внешним миром, в котором он используются, но уже после овладения одной языковой системой требуется большая сила воли или очень веская причина, чтобы приступить ко второму языку, который будто бы уже и не очень нужен, раз одна система усвоена.

Очень вредные советы. Петров успешно следует примеру Григория Остера и дает вредные советы, только для взрослых и об изучении иностранных языков. Их становится всё больше, и подозреваю, что публикация их в отдельной книге — это всего лишь вопрос времени.

— Podrazhayte inostrantsam na rodnom yazyke. Суть такова: если хотите обучиться фонетике иностранного языка, подражайте его носителям… но при этом говорите по-русски! Сказано это было во время стендапа в Тбилиси, однако Дима дает этот совет не только там. Из видео вы узнаете, как правильно делать «хоботок», втыкать зубочистки в район гортани собеседникам и говорить по-испански, не открывая рот.

«Как сделать хоботок», «Вот это всё играет» и другие шедевры юмора от Петрова

Если «хоботок» вы все еще не научились делать, то знайте, что для обучения произношению вам сначала должны показать, какие органы речи участвуют в образовании тех или иных звуков, объяснить их расположение, дать образец, проверить, откорректировать, еще раз показать и т. д. — пока вы не станете произносить их удовлетворительно. Хотите учиться говорить на иностранном языке — учитесь произношению на иностранном языке, а не на своем родном! Но Дима плохого не посоветует, и вот уже зрители в зале беззаботно смеются и искажают лица гримасами, принимая советы Петрова за чистую монету. Не верю, что он настолько глуп, что не понимает абсурдности своих слов (вся его хитроумно построенная кампания по захвату рынка образовательных услуг свидетельствует как раз об обратном); стало быть, в его шарлатанской деятельности есть признаки мошенничества.

Как заставить итальянца говорить медленнее. Еще один крайне полезный совет, эффективность которого как всегда в случае Петрова доказана научно:

Фрагмент встречи с аудиторией в книжном магазине «Москва» в июле 2015 г.

В его ответе итальянцы (как и многие другие народы, о которых он периодически упоминает в других выступлениях) предстают эдакими стереотипными одноклеточными дурачками, которым руки отпустил — они заговорили, схватил — замолчали. Приведенный выше ответ на вопрос слушательницы — это всё, чем сумел ей помочь Петров, ни слова не сказав о необходимости развивать речевой слух — один из важнейших механизмов аудирования, для совершенствования которого требуется систематически и целенаправленно работать, слушая и вслушиваясь в поток речи.

Шоу «Полиглот» как апофеоз бездарного преподавания.
Я намеренно не анализирую эту телепередачу (здесь речь идет исключительно об английском выпуске) детально, потому что многие ее почитатели, утверждающие, что после ее просмотра научились говорить на английском языке лучше, чем сами англичане с американцами, могут возразить, что, видите ли, это шоу, телевизионный формат, там всё понарошку, и нужно оно только для привлечения внимания к проблеме изучения иностранного языка и мотивирования тех, кто хочет, да не может.

Я же рассматриваю «Полиглот» как один из самых мощных элементов рекламной кампании Дмитрия, после которой его «метод» был раскрыт потребителям во всей своей иллюзорной красе, а о «методе» выше мы уже детально говорили. Именно поэтому отмечу лишь некоторые системные нарушения, которые заметны, что называется, невооруженным глазом:

Слабо поставленное произношение. Как для синхронного переводчика и преподавателя, постоянно работающего с устной формой языка, Петров очень некачественно произносит слова. Например, в первом уроке он для приведения примеров много раз использовал глагол love (/lʌv/), однако произносил его настолько нечетко, что он был подозрительно сильно похож на laugh (/lʌf/), т. е. допускал оглушение конечного согласного, что характерно, например, для русского или польского языков, но никак не для английского.

Сообщение ненужных сведений, игнорирование актуальных данных. Фрагмент первого урока:

По этому объяснению понятно, что Петров за развитием английского языка не следит, ведь студентам, которым нужен английский для решения практических задач, полезно было бы знать, что (1) уже долгое время you не расчленяет «ты» и «вы», однако (2) сейчас всё же тяготеет к «ты» (по крайней мере в разговорной речи), в связи с чем в языке появляются аналитические (состоящие из нескольких слов) формы для обращения к группе лиц: you all (y’all), you guys. Эти формы настолько активно и регулярно используются, что сейчас стоит вопрос о рассмотрении их как полноправных местоимений второго лица множественного числа. Что касается thou, то Богом его употребление не ограничивается: эта архаичная форма до сих пор существует в некоторых английских диалектах. Всю эту информацию можно было бы представить компактно так, чтобы она обладала максимальной полезностью (сведения о thou вполне можно было бы оставить за скобками, ведь актуальные формы разговорной речи куда важнее), однако Петров этого не делает.

Петров заполняет своей болтовней на русском учебное время.
Как было справедливо отмечено на одном из форумов, посвященных обсуждению «Полиглота», Петров разговаривает (да притом по-русски) неоправданно много. В методике преподавания реплики учителя именуются термином teacher talking time; их должно быть как можно меньше, чтобы учащиеся сами говорили как можно больше. Отдельный вопрос — язык, на котором говорит Петров. Постоянно повторяющиеся формулировки вполне можно было бы произносить на английском языке для лучшего усвоения, однако не было сделано и этого.

«Таблица Петрова». Выше такая таблица форм глагола уже приводилась из книжки. Среди поклонников передачи она снискала особую популярность и стала известной под названием (уникальной) «таблицы Петрова». Вот её версия из телепередачи:

Инновационная «таблица Петрова»
  • В таблице вспомогательный глагол в вопросительном предложении почему-то отделен от остальной части предложения;
  • местоимение it отсутствует вовсе (давать всё сразу — так давать всё сразу!);
  • формы will not love и did not love поданы полностью, в то время как форма don’t/doesn’t love — сокращенно;
  • особо нелепой эта поделка выглядит на фоне обещаний Петрова о том, что со старыми методами покончено, впредь — никаких скучных школьных методов и заучиваний.

При этом такая халтурная работа подается под громким названием «объемной структуры», которая позволяет «видеть всё». А вот для сравнения фрагмент ветхого, морально устаревшего учебника A Grammar of the English Language В. Л. Каушанской с соавторами (2-е изд., 1962 г.):

Аналогичные таблицы предлагаются для каждой из разбираемых видо-временных форм. Если инновационность состоит в том, чтобы взять то, что уже есть, и кое-как вставить его в одну таблицу, то такие «методы» далеко не уникальны и не инновационны. Вполне допускаю, что Петров даже этого не сделал, а просто взял уже готовую таблицу из старого учебника и представил ее божьей росой.

Изучение языка… в отрыве от языка! Одна из пользовательниц вышеуказанного форума делает настолько справедливое замечание, что будет лучше предоставить слово ей:

«Самое странное и нелепое — Петров предлагает изучать язык БЕЗ языкового материала. Язык в отрыве от языка. На занятиях по английскому отсутствует какая-либо английская речь — её не слушают в диалогах, не читают в текстах. Единственный источник языкового материала — несколько слов без контекста, зачитываемые Петровым. Так не учили даже в СССР — может до революции, разве что».

Весь языковой материал предлагается Петровым с использованием типично школьного грамматико-переводного метода в худшем исполнении: студенты занимаются переводом на английский язык совершенно абстрактных предложений (против которых Петров демонстративно выступает), которые слышат от учителя; они не читают текстов, ничего не слушают и не смотрят. Действительно, такими недалекими методами сейчас можно удивить учителей самых провинциальных школ, куда новые методические разработки доходят в последнюю очередь.

Итого: хотите выучить английский язык — с «Полиглотом» вам не по пути, ибо на исправление ошибок Петрова и корректировку ваших знаний будет потрачено дополнительное время. Это мы еще не упомянули о том, как Петров объясняет наличие в английском вспомогательного глагола do (см. первый урок): оказывается, носитель английского (даже неграмотный) воспринимает этот глагол в значении «делать» (!), поэтому, например, Do you love (me)? — это в сознании англичанина Делаешь ли ты любовь (в отношении меня)? Эта глупость роднит «метод» Петрова с «методом» ещё одного шарлатана — Александра Драгункина, который про этот глагол говорил то же самое еще до Димы.

Напоследок в этом разделе даю ссылку на небольшой разбор английской версии «Полиглота» в записи «Программа “Полиглот” с Дмитрием Петровым: ложка дёгтя». Дополнительный критический материал с разбором немецкого «Полиглота» можно прочесть в статье «Мысли о “Полиглоте” Дмитрия Петрова, или “Полный кошкодел”», в котором красной нитью проходит пожелание Диме: стоит вовремя остановиться. Жаль, что он этому совету внимать не собирается и с каждым новым выпуском телепередачи, пытаясь преподавать языки, которыми фактически не владеет, совершает всё более многочисленные и грубые языковые и методические ошибки.


Заключение

Благодарные зрители, затаив дыхание, слушают лженаучные бредни Петрова в «Мослектории» (апрель 2019 г.)

Мы рассмотрели три ипостаси Дмитрия Петрова — психолингвистическую, полиглотическую и методическую. В ходе написания статьи я, признаться, и предположить не мог, что всё настолько плохо: человек, начинавший свою бесславную деятельность с проведения сомнительных «мистических» собраний с гипнотическими песнопениями под гитару, успешно перенес опыт начала своей карьеры на общероссийское, а уже сейчас — зарубежное русскоязычное медийное и образовательное пространство (так, в марте 2019 года наш герой сидел в студии эстонского канала E-TV и бодро в который раз рассказывал про 50% психологии и 50% чистой математики). Человек, который профанирует всё, о чём говорит, и несет откровенную лженаучную чушь, которая опровергается простейшей проверкой, получает государственную поддержку в Казахстане для обучения казахстанцев казахскому языку, которым он даже не владеет, а в России — для обучения миллионов людей морально устаревшими, неэффективными приемами языкам, которыми владеет некачественно (как в случае с английским), очень поверхностно или фактически не владеет вовсе (как, например, китайским). Человек, способный систематически лгать о 120/50/30/8 языках, которыми то ли владеет свободно, то ли просто «знает, когда необходимо», то ли «когда-то знал», а на поверку не может даже распознать на слух, становится образцом для множества людей, которые призывают вручить ему Нобелевскую премию (в дополнение к тому «рекорду», который он сам себе присвоил!), сделать министром образования или клянутся ему в большой любви и, открыв рот, внимают каждому его слову. Если такой человек — лжец и шарлатан, в действиях которого заметны признаки мошенничества — становится моральным авторитетом, то в консерватории (и народной, и государственной) явно что-то не так.

P. S. Практика написания таких материалов показывает, что их фигуранты, а также люди, к ним приближенные, имеют обыкновение оперативно удалять источники, ссылки на которые в материалах приведены (см., например, ситуацию вокруг дискуссионной ветки на сайте переводчика Ермоловича, от которой странным образом остались рожки да ножки). Любителей заниматься удалением того, что попало в Интернет, информирую: совершенно всё, упомянутое здесь, зафиксировано и сохранено (в т. ч. некоторые сайты в полном объеме), поэтому предостерегаю вас от пустой траты сил и времени.

Welcome to a place where words matter. On Medium, smart voices and original ideas take center stage - with no ads in sight. Watch
Follow all the topics you care about, and we’ll deliver the best stories for you to your homepage and inbox. Explore
Get unlimited access to the best stories on Medium — and support writers while you’re at it. Just $5/month. Upgrade