Интервью: Бабанов о Назарбаеве, Сегизбаеве, КТРК и Ата-Мекене

Elle Alkanova
Oct 14, 2017 · 7 min read
Омурбек Бабанов. Фото: @tengrinews_kz

Избирательная кампания в Кыргызстане подошла к своему завершению — при этом обстановка в стране накалилась до предела: обострились отношения с соседним Казахстаном, а власть предприняла беспрецедентную атаку на основного оппозиционного кандидата в президенты — Омурбека Бабанова. В интервью Эльнуре Алкановой для «Ферганы» политик рассказал, почему государственные СМИ его критикуют, какие вопросы он будет решать в первую очередь и как будет строить отношения с журналистами, если выиграет выборы, а также о том, почему Назарбаев и Путин для него — пример.

Оригинал статьи опубликован на сайте информагенства “Фергана”

— Удивлена тем, как быстро согласились на интервью, хотя я полагала, что после моего опубликованного расследования, связанное с финансированием крупного торгового центра вашей супруги российско-кыргызским фондом развития вы откажетесь от интервью. Скажите, вы всегда будете открыты и доступны журналистам и обществу, если станете президентом?

Сейчас, когда я иду в президенты, дай бог если стану, я сделаю в стране такие перемены и такое взаимоотношение с журналистами вне зависимости от оппозиции. Именно оппозиционные журналисты — таким как вы, я никогда не буду устраивать гонения, штрафовать. Потому что все-таки то, что вы делаете, да иногда может оно быть неправильным или недостоверным, но это дает власти посмотреть, что же на самом деле происходит. Я не могу сказать, что все оппозиционные журналисты правильно пишут, сам же подвергался критике, подвергался ложным писаниям, но это не дает обоснования, чтоб за ними устраивать гонения. Если мы хотим по-настоящему строить демократическое общество, то в таком обществе должны быть разные взгляды.

То есть вы обещаете, что многомиллионных исков к СМИ при вашем президентстве не будет?

— Я хочу сказать, что журналисты должны подходить к своей деятельности ответственно, прежде, чем очернять человека. Возьмем к примеру мою ситуацию — сейчас меня очерняет государственная телерадиокорпорация. Что мне делать, или чтобы вы делали на моем месте? Конечно надо подать в суд. Они берут бандита, говорят, что он член организованной преступной группировки. Недоказанные факты. Я руководитель фракции, бывший премьер-министр и один из главных претендентов на пост президента, и меня какой-то бандит “чернит”. Мы подали жалобу в генеральную прокуратуру, потому что иск — это процесс долгий. Сейчас важно чтоб КТРК (Общественная телерадиокомпания, самый влиятельный и подконтрольный власти телеканал в стране — прим. «Ферганы») сняли аккредитацию. Но кто будет с этим разбираться? Мы же знаем, кто заказчик, и исполнителей мы тоже знаем.

А руководство КТРК вы бы сменили?

— Я скажу одно — я проведу реформы не только в КТРК, а реформы телеканала может делать только парламент. Мы должны сделать так, чтоб он не был зависимым от власти. Мне кажется не в телеканале дело, дело в другом — в правоохранительных органах. Дело в ГКНБ (госкомитет нацбезопасности — прим. «Ферганы»), в милиции и генеральной прокуратуре. Важно чтоб, правоохранительные органы не вмешивались в политику. И тогда руководство КТРК не будет боятся, и журналисты в том числе.

Вы сейчас затронули вопрос силовых структур. А глава комитета нацбезопасности продолжит свою работу в случае, если вы победите?

Я не хочу говорить о каких-то личностях. Нужно проводить реформы так, чтобы каждый занимался своими функциональными обязанностями. Конечно, зависит еще и от личности — готов ли он сказать “нет” президенту или все время поддакивать.

— Мы же с вами увидели, что ни генпрокурор, ни глава ГКНБ, ни глава КТРК не говорят это самое “нет” власти. Такие кадры будут у нас в будущем?

С приходом главы государства, вы увидите большие перемены и много новых кадров, которые будут знать, что нужно для страны, что нужно к примеру таким людям как вам.

А масштабы давления, адресованные именно вам, удивляют или это все-таки то, к чему вы были готовы?

— Я честно говоря не только удивлен, честно говоря… как сказать… для меня эта ситуация неожиданная. Не ожидал, что это может быть настолько грязно. Когда говорят, что после выборов меня посадят — за что меня сажать? За то, что я на выборы пошёл? За то, что по надуманным делам бандиты против меня показания дают, которых я в жизни не видел и с которыми я вообще не знаком, ни я, ни моя команда. За то, что я в Он-Адыре (в ходе агитационной встречи Бабанова с жителями поселка Он-Адыр на юге Кыргызстана, где большая часть населения — этнические узбеки, речь кандидата ЦИК оценил, как разжигающую межэтническую рознь — прим. «Ферганы») говорил «лучше стоя жить, чем жить на коленях»? С меня не получится сделать националиста. Какой из меня националист? До этого они меня критиковали, что я не кыргыз, теперь я вдруг стал националистом. Они завтра смело могут повесить мою фотографию и сказать “оказывается у Бабанова фамилия — Петров” и ничего не сделаешь, в стране сейчас абсолютное беззаконие. Кому мне жаловаться? Генпрокурору? Куда мне жаловаться? Поэтому, я надеюсь только на свою команду и на людей, которые пятнадцатого проголосуют. Я надеюсь на таких людей, которые скажут “не хотим мы жить по-старому, хотим жить по-новому” и видеть молодого, нормально мыслящего президента.

— Многие говорят, что второй тур неизбежен. Если будет второй тур, вы понимаете, что борьба будет за голоса тех, кто займет третье и четвертое места?

— Я думаю, мы выиграем с первого тура. Если будет второй тур, после первого тура поговорим. Давайте ждать и надеяться на лучшее.

— Вы следите над ситуацией на кыргызско-казахской границе?

— Когда идет речь о развитии отношений с соседними государствами, мы должны четко осознавать, что не можем строить отношения на взаимных упреках. Есть внутриполитические вопросы — это одно, и есть внешнеполитические — это совсем иное. Мы с соседями должны выстраивать близкие, добрососедские отношения.

— И кто, по вашему, виноват в конфликте Астаны и Бишкека?

— Ну мы же видели упреки, мы видели определенные интерпретации. Это и вызвало адекватную реакцию. Сейчас же говорят, Фархад Иминов (депутат парламента от фракции Республика-Ата-Журт — прим. «Ферганы») ездил к своему другу, мол он съездил и закрыл там границу по КТРК это показали — я вообще удивлён. Вы же видите, я с Назарбаевым встретился, очень хорошо все было. Все работало. Но приехав, Алмаз Шаршенович сделал заявление и после этого все закрылось.

— Зачем вы с ним встречались?

— С Назарбаевым? Я не только с Назарбаевым, я бы с удовольствием встретился и с другими президентами. Потому что любой кандидат, имею в виду главных кандидатов, которые идут чтобы выиграть, с ними общаются руководители соседних государств, чтобы у них было понимание с кем они возможно будут работать. Допустим Хилари Клинтон с Трампом, да все европейские страны открыто поддерживали Хилари Клинтон.

— Сейчас, если мы говорим про западные страны, в которых в буквальном смысле есть демократия, мы не можем сравнивать их с Центральной Азией, тем более с Казахстаном. Там другой политический строй. Скажите, вас Назарбаев пригласил или вы попросились на встречу?

- На этот вопрос я отвечу после 15-го октября. Я хочу сказать, что к Назарбаеву отношусь очень уважительно, к Мирзиёеву, к Путину. Я это публично заявляю — а как этот президент работает, пусть казахский народ сам судит. Но я восхищаюсь тому, как этот человек проводит экономические реформы в Казахстане. Это для меня пример. К примеру, их госпрограмма «Казахстан-2050» — вхождение в топ-50 развитых стран, то есть амбициозные задачи ставятся.

— Все кандидаты по сути в своей внешней политике ставят ставку на Россию, и в вашей программе есть такой пункт забавный, что вам сейчас 47 лет и в эти же годы Путин пришёл к власти. А Россия эта ролевая модель для Кыргызстана?

— 87 процентов нашего населения выступают за стратегический союз с Россией, потому что мы с ней столько лет жили вместе в одной стране. Наш народ очень хорошо понимает ментальность русских, очень хорошо относится к русским. У нас было две революции, ни одного русского, ни один русский объект не тронули. 200 лет назад мы ушли от Кокандского ханства и вошли в Российскую империю на союзной основе. Потом в Советском Союзе мы получили образование, дороги, школы, заводы. За 26 лет независимости мы многое развалили и сейчас это надо заново восстанавливать. Приход Путина к власти — для меня большой пример, благодаря этому человеку в мире появился какой-то баланс. При этом я, конечно, хочу взять лучшее и от западных стран — демократию, права человека, независимость судов, современные технологии. Думаю, это и в России, и в нашей стране все это будет. Вопрос только — когда?

— то есть пока в России нет демократии?

— Нет, в России есть демократия, ну есть же Новая газета, есть Навальный, которого сажают, выпускают, потому что ментальность русских другая. Мы допустим живем родственной связью, у нас региональные связи. А у русских ментальность чуть другая.

— Давайте затронем тему коррупции. На последних теледебатах Жээнбеков, сказал, что борьбу с коррупцией начнет именно с вас. А вы с кого бы начали?

— Борьбу с коррупцией в первую очередь начну с тех людей, которые обворовали бюджет. Это таможня, те лица, которые занимаются господрядами. Я никого персонально не собираюсь сажать, потому что получил умный совет: если я буду бороться с конкретным человеком, то он наймет адвоката за рубежом, дело затянется, а у народа за это время терпение закончится. Необходимо коррупционные схемы ликвидировать, именно схемы. Для этого нужна лишь сила воли.

— Вы будете поднимать принципиальные вопросы, связанные с коррупцией? Например, проверять на достоверность слухи о бизнесе нынешнего президента в Турции или наконец-то найти владельца груза упавшего над поселком Дача-Су при крушении самолета?

Оппозиция бывает радикальная — это Ата-Мекен (фракция в парламенте входящая в правящую коалицию, но по сути является оппозиционной. Лидера фракции Омурбека Текебаева осудили на 8 лет, после того, как он инициировал собственное расследование о якобы существующих бизнес-интересах нынешнего президента — прим. «Ферганы»), и есть конструктивная оппозиция. Оппозиция, это не просто критика, а скорее это фракция или группа людей, которые говорят по фактам. Относительно Дача-Су, я был один из немногих, кто сказал, что расследование надо завершить и мы ждем решения комиссии, чтоб не было кривотолков. Я же однозначно заявил, вы наверно не услышали, что я не буду рыться в грязном белье, потому что завтра Эльнура, вы и скажете “где зарплата учителей, где заводы и фабрики господин президент, которые вы обещали?”. Так что, я однозначно займусь экономикой.

Elle Alkanova

Written by

Freelance Investigative Reporter in Central Asia

Welcome to a place where words matter. On Medium, smart voices and original ideas take center stage - with no ads in sight. Watch
Follow all the topics you care about, and we’ll deliver the best stories for you to your homepage and inbox. Explore
Get unlimited access to the best stories on Medium — and support writers while you’re at it. Just $5/month. Upgrade