Вайнштейн-гейт и «Письмо Денёв»

Разрозненные соображения для размышляющих мужчин

События вокруг остракизма Харви Вайнштейна, других деятелей Голливуда, и последующей публикации письма Катрин Денёв и других французских деятельниц в поддержку первых [деятелей, а не самого Вайнштейна — прим. автора от 15.01.2018], вызвали очередной виток активности в соцсетях. Мы снова (второй раз после флешмоба #янебоюсьсказать) обсудили вопросы, связанные с феминизмом, сексизмом, патриархатом и так далее.

Я рекомендую предварительно ознакомиться с моим текстом полуторалетней давности, чтобы осознать мою метапозицию и закрыть эту вкладку в случае несогласия.

По результатам исследования Всемирной Организации Здравоохранения, «насилие в отношении женщин является глобальной проблемой здравоохранения, имеющей масштабы эпидемии». Более того, в России проблема стоит еще более остро, чем в развитых странах Европы. (источник)

Широкие обсуждения патриархальной системы насилия возникают с некоторой периодичностью (сейчас раз в один-два года) и обычно связаны с отдельным феноменом, в частности:

  • изнасилованиями,
  • домашним насилием,
  • абьюзивными отношениями,
  • домогательствами на рабочем месте.

Важно понимать, что Вайнштейн-гейт (в том числе отголоски в России) не существует в отрыве от общего дискурса, он связан и с обсуждениями #янебоюсьсказать, и с историей Дианы Шурыгиной, и с обсуждениями #BlackLivesMatter, и с другими мемо-ёмкими событиями.

Также важно прочитать полный текст «Письма Денёв» (а на самом деле, «Письма 100 женщин»), чтобы не судить о нём по пересказам.

Соображения

Реакция мужчин

Я писал об этом в статье о #янебоюсьсказать, и повторюсь. Неосознанные мужчины, встречая информацию о Вайнштейн-гейте, испытывают страх или гнев. Почему так происходит?

Каждый из нас является продуктом мужской гендерной социализации в патриархальном обществе. Нас с детства приучали взрослые и мы обучались друг у друга в подростковой среде «быть мужиками», «ну чо ты как баба», «не ной», «тёлку надо завалить», «бей бабу молотом», «есть мужская логика и есть женская», «сучка не захочет, кобель не вскочит», ну и так далее — различным патриархальным эвристикам общения с женщинами.

Из-за этого ни один мужчина не может быть на 100% уверен, что он кого-то не травмировал в детстве или юношестве, даже в анамнезе гарантированно отсутствуют эпизоды преследований, угроз или манипуляций для получения секса, или даже изнасилований. То есть, буквально, каждый мужчина неосознанно ставит себя на позицию Вайнштейна и автоматически включает агрессивную защитную реакцию «Я не такой!»

Но поскольку обвиняли, вроде бы, не его напрямую, эта защитная реакция включает следующий механизм — рационализацию. Включение механизма рационализации также опосредована мужской гендерной социализацией — «мужик мыслит логично»! Поэтому сейчас он соорудит общеприменимую теорию, которая докажет, почему всё это фигня на постном масле, а он сам «Не такой».

Лоскутное одеяло мировоззрений

Поскольку опыт и знания у всех мужчин разные, а картина мира под грузом всё большего количества свидетельств феномена (домогательств, изнасилований и т.п.) начинает разъезжаться, мужчины начинают латать свои картины мира всем, что попадается под руку. В частности, «Письмом Денёв».

Обратите внимание на комментарии россиян. Мы живём в стране, где муж отрубает руки жене, несмотря на годы абьюзерства, а потом грозится убить её, когда выйдет из тюрьмы. Мы живём в стране, где муж забивает жену ножом, несмотря на предыдущие жалобы в полицию. В стране, где нет никакой сексуальной раскрепощённости и образования (у нас эпидемия ВИЧ среди гетеросексуалов), нет никаких женских свобод, где одинокой женщине с ярким макияжем опасно идти по центру регионального города, где домашнее насилие считается нормой…

Франция — страна Шарли Эбдо, революционных баррикад и истории республиканства, уникальной философской и научной школы и, что важно, собственной истории борьбы за права женщин и против патриархального уклада.

Россиянин (причём, судя по профилям в соцсетях, довольно часто — глубоко женатый) начинает повторять слова отдельных французских женщин о пуританстве и флирте, чтобы обосновать свою Великую Теорию Антифеминизма с единственной целью — доказать самому себе, что «Он не такой», и что мир вокруг не меняется.


Стало обидно? Это очень хорошо, потому что скорее всего это означает, что моё обобщение (ложное, как все обобщения), попало в цель.

Остановись на несколько минут и подумай, а вдруг ты действительно «такой»? Вдруг ты действительно оскорблял, преследовал, подчинял, угнетал какую-то девушку? Или многих? Может, ты забыл, вытеснил это из памяти, потому что это было неприятно и тебе самому? Или ты помнишь об этом и гордишься, потому что настоящие мужики таким гордятся?


А теперь давай обсудим некоторые частые вопросы, возникшие при обсуждениях Вайнштейн-гейта и «Письма Денёв».

Почему женщины вспомнили об этом только сейчас?

То, что ты об этом слышишь только сейчас, не означает, что женщины вспомнили об этом только сейчас.

#янебоюсьсказать — не акция ради жалости, и отписавшиеся по тэгу женщины не клеймят себя «жертвой». Это speak up, это поднятие проблемы, это создание дискурса, это сестринство, это поддержка. Это осознание того, что не с тобой что-то не так, а с условным ним что-то не так.

Наоборот, все женщины, сообщившие сейчас о домогательствах в прошлом, прожили многие годы с этой травмой, и она отравляла им жизнь всё это время.

Они не вспомнили об этом сейчас, а набрались смелости выгрести из-под ковра всё то, что копилось ранее. Потому что сейчас общество готово их услышать. Потому что процент сексистов и внутренних мизогинок меньше, чем 10–20–30 лет назад. Потому что одной выступить в патриархальном обществе страшно и бесполезно (раз, два), а группой — тоже страшно, но уже больше шансов что-то изменить.

Зачем вся эта шумиха и «сакрализация роли жертвы»?

Собственно, для жертв домогательств это возможность восстановить справедливость. Такая вот маленькая, но важная для человечества штука.

А для всех остальных, повторюсь ещё раз, это speak up и формирование дискурса. Мужчины должны знать, что без спроса хватать женщин за ягодицы — не ОК. (Даже странно это писать.)

Раздражение на «шумиху» связано как раз-таки с неосознанным неудовольствием смотреть на себя в зеркало и понимать «А я-то тоже такой, это про меня».

«Сакрализация роли жертвы» это не конкретный феномен, а некий ментальный конструкт с негативной эмоциональной оценкой, возникающий в личной попытке загнать шумиху обратно. Этакий рационализированный способ шикнуть «Замолчи, мне неприятно».

По факту, женщин насилуют и убивают прямо сейчас. Вот прямо пока ты читаешь эти строки. А «новый мир с сакрализованной ролью жертвы» — он где-то в будущем, и что конкретно он означает в непосредственных поступках мужчин и женщин?

То, что любая женщина сможет оговорить любого мужчину? Назовём вещи своими именами. Ты боишься, что кто-то сможет предъявить тебе твой старый грех. Или, если уж ты безгрешен, то ты боишься, что какая-то женщина оговорит тебя в будущем, пользуясь «сакральной ролью жертвы».

Вдумайся, насколько ты не доверяешь женщинам, насколько стремишься управлять ими как объектами, насколько не готов дать им быть свободно действующими людьми. Ты предпочитаешь сохранять статус-кво с тысячами реальных женских смертей и увечий в год, только чтобы обезопасить себя от гипотетического оговора с их стороны. Тебя с тысячекратно большей вероятностью оговорят за экономическое преступление, прямо сейчас.

Или тебе всё-таки есть, что припомнить?

Как можно отвечать за то, что совершил 30 лет назад?

«Даже у убийства есть сроки давности»? По закону да, но если убийство было совершено 30 лет назад, оно от этого не перестаёт быть убийством. От давности эпизода убийца не становится рукопожатным и добропорядочным. Убийца может раскаяться, долго расплачиваться за вину, перевоспитаться, и тому подобное. А может остаться бесчеловечным.

Поэтому в обществе играет роль не срок давности, а изменения человека.

Если некто, пользуясь весом в патриархальном обществе, 30 лет подряд домогается подчинённых, молодых актёров того же пола (как Спейси) или ведёт себя подчёркнуто мачистски, то срок давности скорее отягчает, чем смягчает вину.

Если этот некто 30 лет назад совершил проступок, осознал его как проступок, пережил, изменился и извинился, это смягчает вину. Но сам эпизод проступка никуда не девается!

Это касается не только домогательств.

Твоё поведение в информационном мире фиксируется на всю оставшуюся жизнь. В любой момент помни, что за любой поступок или слово тебе, возможно, придётся отвечать через многие годы.

Это не плохо и не хорошо, это признак нового мира, в котором нам нужно учиться жить. И учить жить своих детей, сыновей и дочерей.

Что делать, если ты накосячил? Признай и попроси прощения у жертвы.

Под раздачу могут попасть невиновные мужчины

Могут, и это нормально. Я осознаю, что я тоже могу попасть под раздачу. И это нормально.

Женщины на протяжении тысяч лет угнетены патриархальной системой. И сейчас система пытается перебалансироваться в сторону отсутствия угнетения.

Как ты думаешь, каким может быть симметричный ответ с «чуть меньшим» вредом в сторону мужчин, по сравнению с уже ранее причинённым вредом женщинам? Принятие законов о равноправии не выравнивает системный дисбаланс. Мужчины должны женщинам. И ещё мои сыновья будут должны женщинам. И внуки будут должны женщинам. А ещё мужчины будут должны моим дочерям и внучкам. Короче, Принятие и Память — только так мы сможем разорвать тысячелетний порочный круг.

Добавление от 18.01.2017: Звучит как «привитие комплекса исторической вины»? Прочитай подробности про закон системного равновесия и помни о том, что между виной, ответственностью, долгом и стыдом — очень большая разница. Я говорю об ответственности, а точнее об энистемности.

И даже тысячи невинно осуждённых или оклеветанных женщинами (да, даже если это буду я или мои сыновья) — это меньший вред при восстановлении системного баланса, чем миллионы убитых во младенчестве, юности и зрелости, изнасилованных, избиваемых, угнетаемых женщин на всей планете.

Ещё раз подчеркну, ты неосознанно рисуешь в голове картину, что под раздачу попадает не абстрактный невиновный мужчина, а лично ты. И тебя это пугает. Разберись сначала с этим страхом.

Это «новое пуританство», а как же достижения сексуальной революции?

Повторюсь, в России не было никакой сексуальной революции. Мы не умеем говорить о сексе, мы не учим детей осознавать и раскрывать свою сексуальность, мы не умеем договариваться друг с другом о приемлемых сексуальных практиках.

Русская Православная Церковь сдвигает общественное сознание в сторону пуританства гораздо сильнее, чем Вайнштейн-гейт.

А ещё давай подумаем, что даже западная сексуальная революция представляла собой не свободу женского выражения сексуальности, а свободу мужчин пользоваться женской сексуальностью. Сексуальная революция увеличила количество доступных мужчинам практик использования женского тела, а также доступных женщинам возможностей получать прибыль от встраивания в новый сексуальный порядок. Иными словами, раскрытие женского тела без разрушения патриархальной системы угнетения только добавило новые формы интернализованного сексизма. Именно поэтому женщинам сегодня повсеместно приходится уметь краситься, депилироваться и «привлекательно» одеваться.

Настоящая сексуальная революция должна дать женщинам настоящую свободу распоряжаться собственным телом.

Настоящую свободу — значит, без оглядки на то, чего хочет от женской сексуальности патриархальная система социализации и лично ты.

В борьбе за домогательства секс и сексуальность не «сакрализуются обратно». В этой борьбе женщинам наконец-то даётся право раскрывать свою сексуальность и вообще самостоятельно решать, какой должна быть их сексуальность.

Ты думаешь, что это ничем хорошим не кончится, и все будут ходить вокруг страшные и волосатые, и тебе не захочется ни с кем из них заниматься сексом? Значит, ты продолжаешь воспринимать женщин как объект, решая за них, что для них лучше. Значит, ты не доверяешь женщинам автономию их собственного тела.

Мы эдак вообще перестанем флиртовать

Довод людей, плохо осознающих, что такое флирт. Напишу это второй раз: хватать женщин за ягодицы без разрешения — не флирт.

Мужская и женская гендерные социализации приводят к тому, что мужчины и женщины не умеют общаться друг с другом на тему близости и секса. Не умеют обсуждать ртом, нравятся ли они друг другу, готовы ли они к сексу, если готовы, то к какому, и так далее. Более того, «100 женщин» настолько не умеют обсуждать это ртом, что требуют оставить им старые способы коммуникации.

Проблема старых способов коммуникации есть, и она большая. Привычные способы флиртовать подтверждают мужскую субъектность и женскую объектность. Мужик должен добиваться, женщина отдаваться. Ухажёр должен демонстрировать ценность женщины как объекта (например, дорогими подарками). Женщина должна увиливать от секса, даже если она хочет секса, чтобы соответствовать нормам. Мужик должен хотеть любую женщину, которая всё-таки предложит ему себя. И так далее.

Но так женщины не могут находиться в безопасности.

Флирт это игра взаимного сближения, где каждый партнёр в каждый момент времени может сделать либо шаг для сближения, либо шаг для отдаления. И в каждый момент, при желании, вообще выйти из игры.

Привычные способы коммуникации в флирте не позволяют женщине выйти из игры в любой момент. В любой момент «Нет» может быть воспринято как «Да, но». Более того, в этих способах «Нет» неинформативно для мужчин. И в этих способах в любой момент мужчина может неосознанно перейти грань насилия. Или перейти грань осознанно и потом сделать вид, что это было сделано неосознанно, усугубив насилие газлайтингом.

Поэтому ситуация с флиртом с разрушением патриархальной системы превращается в более интересную, как для мужчин, так и для женщин.

Мужчины и женщины вместе должны осваивать новый репертуар инструментов и навыков флирта. Каждый инструмент или навык флирта должен быть адекватен текущей степени близости — от нулевой до максимальной.

В таком случае не нужно подписывать никакие соглашения перед сексом. Не нужно бояться, что женщина потом подаст на тебя в суд, потому что она «якобы была несогласна».

Тебе может быть сложно в это поверить, но женщины тоже любят секс. И они любят флирт. Но никакая женщина (даже жена) не обязана дать тебе секс только потому что ты его захотел.


Возможно, этот текст будет пополняться разбором других аргументов.


Передай другому, поделившись ссылкой на историю или от души похлопав! Спасибо!


Больше идей в Medium · Telegram · Facebook · VK