Wħɨŧȼħ ħøᵾsɇ 𝖕𝖔𝖘𝖙-𝖒𝖔𝖗𝖙𝖊𝖒 𝖆𝖓𝖆𝖑𝖞𝖘𝖎𝖘: почему этот странный жанр стал ключевым явлением культуры десятых
Обсуждение новых интернет-жанров неминуемо востребует комментирования пионера, с которого всё началось. Почему витч-хаус удался и смог выразить сущность актуальной веб-культуры на годы вперёд?
Для этого следует вспомнить его историю и указать на опорные точки этого стиля.
Считается, что витч-хаус начался с группы Salem, выпустившей первый EP в конце 2008-го года. Salem задал звуковой стандарт: заимствованные из r’n’b и трип-хопа биты, учащённый хэт, непритязательный, лоу-файный саунд, замедленное воспроизведение частей или всего трека и большое количество детонации — на общем, неторопливом, мрачноватом фоне.
Потребовалось время, чтобы его распространили трендсеттеры. И вот тогда-то витч-хаус нашёл своё настоящее “я”, поскольку встретившее его поколение увидело в нём то, что давно должно было случиться.
В основе любого трешевого продукта лежит имманентная ирония. Трешевый — значит, созданный из уже существующих семплов из глобальной библиотеки культуры. Витч-хаус был создан из дикого месива компонентов, вполне себе намекавших на его несерьёзный, в действительности, лад.
Это был образцовый тест Тьюринга на предмет понимания актуальной культуры. Обыкновенное, “постмодернистское” высказывание, прятавшее за мраком и ведьмами насмешку над теми, кто не в теме.
Именно поэтому он был понят, по-достоинству оценён и получил второй импульс к развитию, обретя новые грани. Одну — в лице подошедшего к нему по стилистике глитч-арта, другую — в использовании нечитаемых названий проектов.
Тут надо отвлечься и вспомнить контекст. Не только Россия на рубеже десятилетий избавлялась от медленного Интернета. США испытывало с Интернетом куда больше проблем, и мегабит по-прежнему стоит там куда дороже. Но с десятых high-speed broadband поменял парадигмы работы с веб-контентом.
Стриминг и бесконечная прокрутка стали стандартом и информацию наконец-то стало можно черпать большими горстями и строго в визуальной форме. Появились Tumbr и We Heart It. ВКонтакте только что “убрал стену” и разрешил добавлять картинки сразу в записи, позднее породил паблики, чем (воистину к сожалению!) оставил массы российской молодёжи в этом своём гетто, вместо того, чтобы стимулировать приобщение к оригиналам из соцсетей выше.
Так или иначе, экономить больше не было необходимости. Рост скорости Интернета стимулировал повышение качества и размера дисплеев и камер. Мы привыкли к селфи так, как будто они были всегда, но это тоже совсем недавний продукт революции скоростного Интернета.
И вот, в самый разгар расцвета визуальности, появляются проекты с практически непроизносимыми названиями:
†‡†
M¥rrĦ Ka Ba
••∆••
∆K†I◯N †4
▲⃝ ▲⃝ ▲⃝
H=RE†ICS
✞dirty ph△rm△ceutic△ls✞
Ω╪Ω
ℑ⊇≥◊≤⊆ℜ
oOoOO
Несложно понять, что послание заключалось в тотальном отказе нового поколения от старого языка. Названия, непрочитываемые никак, кроме глаз — сильный способ манифестации Нового.
Витч-хаус был этим Новым без сомнения. Заложенная в него провокационность и бунтарство по импульсу не уступали панку, и не удивительно, что следственные органы серьёзно поверили в его “разрушительное воздействие”, когда по СМИ в этом году прокатился нубский сериал про подростков-самоубийц, наслушавшихся и насмотревшихся витч-хауса и глитч-арта.
Таким образом, витч-хаус на деле не был только лишь событием из мира музыки. Это, как минимум, интердисциплинарное явление, сумевшее стать отражением технологического тренда, наступившего в 2010-е годы. Пусть и в подростковой, провокационной форме, он сформировал основные черты актуальной музыкальной субкультуры. Это тренд доминирования визуальности, расцвет цифровых форм искусств, живущих в тесном симбиозе с музыкой и доступных всем, ну и процветание тотального цитирования на фоне отказа от каких-либо объяснений. Это просто весело и круто — зачем что-то объяснять?
Некоторые треки витч-хаус продюсеров были ни чем иным, как замедленными версиями некоторых поп-хитов. Большую популярность в России обрёл Михаил (((O))) с замедленным в 8 раз “Владимирским централом”.
Но всё когда-то проходит. Ироничные шутки однажды наскучивают, вот и витч-хаус стал неинтересен, и достаточно сказав о новом языке — отслужил свой срок.
Те, кто пришли позже, уже не понимали заложенной в нём иронии. В 2014-м и позднее российские провинциальные подростки не прошли тест Тьюринга и начали всерьёз увлекаться его мрачной эстетикой. Не помню никого, кто бы в 2010-м на полном серьёзе косплеил готов. Мрачный саунд “витчухи” совершенно неожиданно находил соответствие в оправах и бородах классических хипстеров, и если кто не помнит, то их расцвет пришёлся ровно на тот же самый период времени, и Look At Me, когда-то сайт о модных “луках”, выступил издателем первого “российского витч-хаус релиза”.
Хотя витч-хаус и не актуален более — и не смотрите на тех, кто зависает на VV17CHØU7, — он задал стилеообразующие стандарты всех последующих жанров, и как вейпорвейв использовал настолько же нечитаемые европейцами иероглифы, так современный хардвейпор обращается к настолько же нечитаемой кириллице, не говоря о том, что все они работают с одной и той же музыкальной технологией.
Повторить новизну высказывания витч-хауса не будет возможно до тех пор, пока не поменяется наша технологическая культура. Вполне возможно, что пытающийся предугадать будущее “экофутуризм” или гаджетвейв иных времён сделают это. Но пока ничего ярче и значимее витч-хауса не происходило: именно он когда-то стал выразителем языка поколения 2010-х, и именно поэтому о нём вспоминают и сегодня.