Я поднялся до того момента, на котором застрял в первый раз. В прошлый раз я его прошел. Не сразу, но прошел. Но я не помню как. В голове пустота. Я не вижу никаких решений. Отчаяние захлестывает. Я уже готов опустить руки и спускаться вниз. Лука и Ярик снизу что-то подсказывают. Конечно им просто — они не тут. Им оттуда все видно совершенно не так. Я хочу вниз, на землю.

Я вишу тут уже минут десять. И никакого решения.
- Короче, смотри. Я сейчас тебя держу в натяжке, а ты просто выталкиваешься ногами и дотягиваешься до того уступа. Все просто. Главное — вытолкни себя ногами.

Всегда считал, что альпинисты и скалолазы лазят на руках.

“Гриша, никто не лазит на руках. Если ты лезешь на руках — это не правильно. Правильно лазить на ногах. Ноги сильнее рук во много раз. если ты будешь ползти только на руках, то через 3–4 метра ты выдохнешься, какой бы силой ты не обладал. А теперь представь себе 6-ти часовые соревнования. Работай ногами, руками просто корректируй и помогай в самых крайних случаях.”

Делаю над собой усилие и с рыком выталкиваюсь ногами. Адский огонь прожигает каждую мышцу в ногах. Выжимаю только на треть. Немного расслабляюсь и готовлюсь вернуться в исходное положение. Но я замер на месте. Лука жестко зажал меня страховкой. Он удерживает меня. Я усмехаюсь. Появился лучик надежды. За три подхода я таки вылезаю на нужную мне точку. Народ снизу улюлюкает. Теперь впереди еще один “ключ”. На нем то я и застрял в прошлый раз.

Я торчу около него уже несколько минут. И все равно не знаю, как подобраться. Вдохновленный прошлой маленькой победой я не готов сдаваться. Пока не готов. Запускаю руки в сумку с магнезией и хорошенько обмакиваю в нее пальцы.

- Лука, держи в натяжении постоянно.
- Хорошо.
- Только постоянно.

Я боюсь сорваться. Как вчера. Страх сковывает тело, а мозг не может расслабить мышцы и довериться страхующему. Потому что вчера меня не удержали.

Собрав всю волю, одним рывком подтягиваюсь на уступе и делаю выход на одну. Почти как на турнике, только на 6 метрах над землей. Руки дрожат и не слушаются. Но я под громкое улюлюканье снизу поднимаюсь на уступе. Я победил себя уже два раза. Теперь точно только вперед.

До конца осталось совсем ничего — метра два, может и того меньше. Опускаю взгляд ниже и уже жалею об этом. Они внизу такие маленькие. А значит я очень высоко. И если Лука не удержит… Даже страшно думать об этом. Поднимаюсь еще на один уступ и понимаю, что я попал в ту же ловушку, что и вчера. Вот теперь все очень плохо. Очень.

“Народ, вот вам простой закон — распределяйте вес по диагонали. Если вы уверенно стоите на правой ноге — держитесь левой рукой. Если на левой, то наоборот — правой. Будете держать вес на одной стороне — вас начнет крутить в ту сторону, на которой вес. А по диагонали вас просто прижмет к скале, и вы будете держаться не силой, а только своим весом. Этого вполне хватит.”

Я вжался в скалу и не могу пошевелиться. Я увидел как натянута веревка и мной завладела паника. Я парализован и не знаю, что делать.

Вчера я допустил ошибку. Я поспешил и не распределил вес правильно. А еще, я сильно ушел вправо от трассы. Девочка, что страховала меня, отвлеклась и не заметила этого. Я держусь левой рукой и стою на левой ноге. Кроссовок соскальзывает и я, просев немного, лечу влево. Скала. Поляна. Скала. Поляна. Удар. Вскрики внизу. В голове каша из образов, звуков и ощущений. Мысли… мысли не выживают в такой ситуации. Я толком и не понял, что произошло. Главное — я не ударился головой. Теперь я понимаю, что ударился не спиной, а скорее ребрами. Шок проходит, я перекручиваюсь обратно. Я продолжаю лезть, но более осторожно. Неловкое движение и я снова срываюсь в “маятник”. На это раз все еще быстрее, и удар сильнее. Она снова не удержала меня и не следила за мной. На смену шоку приходит страх. Животный страх за свою жизнь. “Там внизу все сухо? Ни на кого не попало?” — отшучиваюсь я, а сам понимаю, что не пригнувшись вовремя, эти коричневые гладкие камни могли быть последним, что я видел в своей жизни. Те кто кричат, что не боятся смерти — врут. Или безумцы. Это самый страшный момент, который только был. А осознание этого — еще страшнее. Лез человек вверх. Момент и на веревках висит мешок с мяса и костей. Тот кто лез, просто немного ошибся. А тот, кто страховал — просто немного отвлекся. Две мелочи накладываются и цена этих ошибок — жизнь одного из них.

Паника сковала тело. Я вижу этот маятник. Я вижу землю, десятью метрами ниже. Я знаю, что падать я буду быстро и не очень громко. Прижимаюсь щекой к теплому камню. Даже если я не упаду, меня мордой протащит по скале пару метров влево. Несмотря на припекающее солнце за спиной, меня прошибает ледяной пот.

Руки дрожат. Мне никто не поможет. Никто не залезет сюда и не снимет меня. Но я не могу сдаться. Я почти победил. Еще каких-то пару метров. Два рывка. Но я боюсь отпустить скалу. Хват слабеет — руки больше не могут выдержать такое напряжение.

Я вжимаюсь в скалу. Горячий камень отрезвляет. Вот оно, решение. “Успокойся”. Мысль не очень уверена. “Успокойся”. Уже шепотом. Вроде, работает. “Успокойся”. Тихим голосом. Паника отступает, я могу контролировать свое тело. Вместе с собой паника забирает все силы. Все тело колбасит от напряжения. Но теперь, победив панику, я знаю что делать. Я готов победить страх. Я перебарываю себя и доверяюсь Луке. Он выдержит. Он следит. Он не упустит ничего и спасет меня. Я верю ему и полностью доверяюсь страховке.

Смещаюсь влево, что бы вернуться на свою трассу и избежать “маятника”. Нахожу пару зацепов и в три движения, из последних сил вылезаю на вершину.

Я сделал это. Я победил ее. Я победил его. Я победил себя. Того, которым был еще полчаса назад.

- Ярик, это просто невероятный кайф. Он и в сравнение не идет с тем, что было!
- Ну, я ж тебе говорил.
Я только коснулся ногами земли и меня все еще трясет. трясет от напряжения и от сошедших с ума эндорфинов.

- Вова, ты — бог! — жуя колбасу с салом и кетчупом, сообщаю я. Пока я лазил этот маршрут, он успел смотаться в лагерь, приготовить бутербродов и принести сюда. Он поистине фантастичен.

- Вова, у меня все тело ломит. Это ж хреново?
Вова сидит на камушке и задумчиво курит.
- Нет. Это хорошо.
- Но ведь это значит, что я неправильно лазил…
- Это хорошо,потому что значит, что ты лазил. Вот у меня ничего не болит, и это плохо. Это значит, что я не лазил.