Польский костел. Томская обитель католиков
«Польский костел» — так в простонародье прозвали Храм Покрова Пресвятой Богородицы Царицы Святого Розария, католический храм Томска.
Почему именно польский? Потому что построен он был ссыльными поляками и литовцами во времена польский восстаний.
Почему же костел? Потому что в польском языке так называется любой католический храм или обозначается любая христианская церковь как организация.
О храме горожанам или же просто туристам известно достаточно мало. Выяснилось, что около 60% опрошенных томичей либо не знают о костеле ничего, либо знают лишь о его существовании. О храме многие респонденты узнавали совершенно случайно, подойдя к нему и прочитав табличку, интереса ради, или вбив раз название в поисковике. Но не у всех знакомство с храмом бывает обычным: иногда все-же слышать обрывки чужих разговоров — полезное и благородное занятие.
Разговор на остановке
-Слушай, братан, нет курить? — осипшим голосом пробубнил мужчина в зимнем дырявом пуховике, из которого вылетали белые пушинки, вторя свежему снегу. Мужчина был без шапки, в рыночных кедах, а вокруг остановки периодически топал ногами люд, пытаясь согреться. — Ну есть. – буркнул в ответ схожего вида субъект, доставая из кармана легкой ветровки пачку сигарет «Столичные». Оба явно были не в лучшей форме. Лицо первого было все покрыто синяками, а второго все исчерплено желтым налетом и укутано в густую бороду. Так что сложно было предположить возраст обоих. Но точно за сорок.
- Слух, не знаешь, где можно перекантоваться? Холода чего-то треснули.
- Да фиг бы знал, меня знакомый на время позвали пожить, — ответил, чуть хвастаясь бородатый, поджигая трясущимися руками спичку.
- Я точно сдохну где-нибудь так, а… — голос разлетавшегося пуха потонул в тарахтенье колес трамвая.
- Да перекантуйся у этих, церковников-католиков, фиг бы знал, там типа знакомый сейчас живет.
- А чего там, как? Пустят, думаешь? – спрашивает первый, с блаженством втягивая дым.
- А фига нет-то? Пустят. Ни я же тебя пущу. – сказал бородач, с тихой усмешкой.
- А где все это?
- Да подле каланчи.
- Воскресенки чтоль?
- Ну… — еще одна перебивка стуком колес. Мужики пошли в обшарпанный магазин, отсчитывая мелочь на ходу.
Так было положено начало знакомству с храмом, пускай пока и вслепую. Стало очень интересно посмотреть, что представляет из себя «католический гость», «свой среди чужих» в нашем городе.
Свидание
Встретил нас костел запыхавшимися от подъема. Для атмосферы решили пройти по историческому участку дороги – брущатке, ведущей на Воскресенскую гору, где храм и находится. Нас встретила белая арка, проскользнув в которую мы увидели маленькое, уютное строение.
Панорама храма
Между тяжелыми дверьми сидели-грелись на лавке нищие, говоря о чем-то насущном. Активно были вовлечены в решение дилеммы финансового вопроса, не чураясь при этом мата. Внутри храма стояли рядки простых деревянных лавочек. Царила полная тишина. Храм оказался пуст. На икону смотрела лишь одна прихожанка. Больше не было никого. Прихожанка обратилась к нам, и спросила, не может ли чем-нибудь помочь.
В здании священнослужителей, которое находится в трех метрах от костела, нас встретил мужчина в очках, опрятного вида, с виду лет 30, высокий: «Здравствуйте, меня зовут отец Штефан…» Оказалось, что это отец-настоятель храма, он сразу согласился поведать нам историю польского костела и провел экскурсию. Не надевая шапки и не застегивая куртки, будто боясь этим отнять наше время, он уверено вышел на улицу.
Орден, но не рыцарский
Сёстры миссионерки любви или Сёстры матери Терезы – католическая монашеская конгрегация, орден, целью основания которой стала благотворительная деятельность среди обездоленных жителей.
Появилась организация в городе Калькутта, Индия, в 1948 году. Основана конгрегация была Матерью Терезой, с целью помощи нищим жителям города. Со временем, организация стала появляться во всех точках земного шара. (1 февраля 1965 года Римский Папа Павел VI придал конгрегации понтификальный статус: орден мог действовать согласно Каноническому праву Католической церкви во всем мире)
В России общин ордена мало. Конгрегации есть в Москве, Санкт-Петербурге, Перми, Новосибирске, Нальчике, Южно-Сахалинске и в Томске. Томской общиной содержится приют для бездомных, о котором, как выяснилось позже и говорили мужики с остановки.
Деревянное здание приюта напоминает собой старинный дом зажиточного купца. Как рассказал нам отец Штефан: внутри он делится на два крыла, в одном из которых (правом) спят сестры и женщины-поселенцы, а в левом крыле спят мужчины.
Сами представители ордена отказались давать какие-либо комментарии, запретили вести фото и видео съемку в приюте, несмотря на попытки Штефана поговорить с ними. «Сестры отчасти замкнутая конгрегация и не любят, когда их фотографируют» — сказал настоятель неуверенным голосом.
Также, вполне вероятно, что эта «нелюбовь» была вызвана скандалами, которые поднимаются вокруг общин ордена по всему миру. Многие активисты скептически отзываются по поводу аутентичных взглядов сестер в некоторых медицинских вопросах: инфекционные больные в приюте, где также людям оказывается и медицинская помощь, не отделяются от людей с обычными заболеваниями. Также вокруг многих общин вспыхивают финансовые скандалы, что не удивительно: орден получает огромное число пожертвований со всего мира.
Немного поведал нам об ордене и отец Майкл: полноватый низкий мужчина в очках, лет 40 с виду. Выяснилось, что там есть программы реабилитации больных алкоголизмом. Священник сказал, что на самом деле многие из людей, жителей приюта — очень интересные люди, просто вставшие не на правильный путь и от которых все отвернулись.
Также отец Майкл сообщил, что сейчас в стенах приюта лежит умирающая женщина, которую отказались увозить по скорой помощи. Сестры ухаживают за ней, но говорят, что шансов выжить практически нет.
- Ну, в целом, сестры – это люди, вставшие на путь милосердия. В мире есть много людей, о которых общество забыло, поставило себя выше их, хотя все мы равны. Сестры же помогают несчастным, живут в равных с ними условиях, едят одну пищу, спят на таких же кроватях. Один из обетов, который дают члены ордена – это обет бедности, что ставит их рядом с отверженными. – рассказывает отец Майкл.
Учат в школе
Польский костел может похвастаться также своей приходской школой. Отец Майкл рассказал, что она мало чем отличается от обычной среднестатистической школы: учатся там шесть дней в неделю, проходят все те же предметы, преподают обычные учителя. Разница лишь в том, что в школе помимо основных предметов преподается еще и религиоведение. – Предмет сделан, чтобы вселить в учеников зернышко нравственности, рассказать о простейших христианских заповедях и ритуалах, – поделился мыслями священник. – основы нравственности не мешаю обычному образованию.
