Кто в пальто

Новая книга российского писателя, живущего в Швейцарии, — сборник короткой прозы и эссе. На этот раз в «Пальто с хлястиком» Михаила Шишкина — о советском детстве и юности, чуть было не омраченной службой в армии. Мама-учительница вполне могла пристроить служить в Афганистан, чтобы люди не подумали, что сын — любимчик, и если бы не военная кафедра в институте, освобождавшая от службы, не читали бы мы сегодня эту книжку. Да и предыдущие бестселлеры Шишкина тоже.

А поначалу ведь как было? Ну, то есть, в генеалогии жанра. «Пусть лучше у меня совсем не будет сына, чем будет сын вор», — говорила мама сыну в «Огурцах» Носова. То же самое здесь, все не как у людей. Почему-то считалось, что это и было «детство золотое». Страшно, правда? «Сущее играло с тобой в прятки, — отмахивается автор, избежав Афганистана, — пряталось за прошлым и будущим, как ребенок, который в прихожей втиснулся под шубы на вешалке, а теперь выскочил, потный, счастливый, заливается смехом, мол, вот он я! Как же ты так — ходил мимо и не видел! Теперь тебе водить!».

И вообще, юный герой этой автобиографической прозы, как считает автор, вряд ли согласился бы признать себя в нем нынешнем, «седом, прожившем жизнь болезненном зануде с выпершим бесстыжим брюхом». Вот он стоит на обложке, а за ним вполне символично уходит фигура. Кто-то в пальто. Или как об этом у Слуцкого, помните? «Время уходит. Оглядывается, но уходит. / Кепочкой машет. / Бывает, что в губы лобзает, / но — исчезает».

В книге Шишкина вспоминают как раз застойные времена, прошедшие под лозунгом «Родина-мать зовет!», хотя тогдашних подростков интересовало одно: «Почему в нашей стране нет жвачки?». И почему она, добавим, появилась чуть позже и все равно — только в рекламе на задней странице журнала «Техника — молодежи»? Хотя не до этого было народу в эпоху, когда хоккейные матчи «СССР — Канада» воспринимались как символическая битва двух систем, о чем подробно пишет автор романа, а в школе «учили не химии с физикой, а искусству выживания — говорить одно, а думать и делать другое».

Неудивительно, что в нынешней Швейцарии автору бросаются в глаза «дырки в пейзаже», заполняемые в России памятниками — своеобразным перстом «указующий русскому прохожему его путь на небо». Хотя свой отъезд из страны автор сравнивает с паузой, необходимой для того, чтобы понять, «в чем, собственно, суть писания по-русски». В принципе, из этой книжки вполне можно узнать.

Михаил Шишкин. Пальто с хлястиком. — Москва: АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2017. — 318 с.

Show your support

Clapping shows how much you appreciated Igor Bondar-Tereshchenko’s story.