Остановите прогресс и культуру

Малевич — какой же он провидец, однако. Его руководство к действию на самом-то деле означает бездействие, — не нужно рвать себе одно место там, где тебя не просят. Сейчас поясню, о чем это я. Свою книжку “Бог не скинут”, изданную в Витебске в 1922 году, он надписал на обложке как минимум трижды разным людям, пытаясь донести одну и ту же идею. Как видим — им сформулированное, прописанное, — было им же вымучено, продумано до мелочей; он не был бы Малевичем, если бы пожелал банального добра и примитивного счастья. Эти трое, кто получил малевичев наказ — деятели, достаточно близкие ему.

Первый — Илья Чашник, ученик и последователь Казимира Севериновича (КМ: “Нас будет трое”, — это про него, Суетина и самого КМ), был награжден вот таким инскриптом: «Идите и останавливайте культуру/ И. Чашнику/ Культуре как верблюду трудно перелезть через ушко иголки, ибо она стремится умом, разумом и смыслом пройти в то что не имеет ни разума ни смысла ни ума. Разумный или умный не войдет в безумного/ К. Малевич/ Витебск апрель 1922 г.». Красноречивое замечание. Культуре не нужно суетливо прикрывать себя “культурой” — они от двух разных корней.

Второй — Даниил Хармс: «Д. И. Хармсу/ К.Малевич/ 16 февраля 27 г/ Идите и останавливайте прогресс/ КМ». Эта фраза получила просто дикую популярность в литературе. Ее приводили и переиначивали сотни раз по поводу и без повода (даже был спектакль Любимова на Таганке, где этот девиз решили вольно “подправить”. Звучал он уже так — “Идите и остановите прогресс”).

И вот, наконец, третий адресат — уновиска Евгения Магарил. Своего “Бога” он подписал ей, сопроводив следующими словами: “Идите и останавливайте культуру/ Магарил/ Каждый член Уновиса должен помнить о Супрематическом единстве и утверждать его везде как беспредметность / К Малевич / Витебск 1922 апрель”. Вот именно так — не “устанавливайте культуру”, а “остановите же ее наконец”. Ноль форм — ноль действия, но — чтобы утвердить беспредметность мы должны покончить не просто со старой, но и с любой другой культурой. Т.к. она мешает нам осознать этот ноль как Начало.

Два из трех сохранившихся автографов подписаны в Витебске в апреле 1922 года, сразу по выходу книжки. Можно предположить, что это был сеанс авторской раздачи копий ученикам и коллегам. Хармсовский же экземпляр был подписан пять лет спустя в Ленинграде. Это означает, что для Малевича эти слова не потеряли своей актуальности, он всё держал их в голове.

Современные критики по-разному толкуют эти таинственные строчки. Ж.-Ф. Жаккар пишет о “доказательстве связи между учителем и учеником, которая сближала этих людей”. Л. Кацис говорит об анти-шпенглерианстве, заложенном в самом отношении Малевича к прогрессу, в том, как он понимал цивилизацию и культуру, а также настаивает, что сама “остановка прогресса носит абсолютно религиозный характер, связанный с идеологией Третьего Завета”. Я вот еще не успел узнать, что по этому поводу думает Саша Шатских. Но вот думаю, а не лучше ли за разъяснениями обратиться к самому КМ, который написал следующее: “Благо на земле можно достигнуть лишь при одном условии — это остановить мысль, остановить прогресс, остановить культуру. Только при этих условиях мы преградим дорогу уходящему каждый день от нас будущему, мы остановим появление вождей, собирающихся вести народ в обетованные земли, через прогресс или по обещанию Бога и его указаниям” (из трактата “Искусство”, 1924, рукопись в Стеделийк-музеуме). Так вот оказывается, чего мы хотим — остановить не просто культуру и прогресс, а вождей, которые навязывают нам свою культуру, без которой нам должно быть лучше. И кто скажет, что Малевич был косноязычен?

Это я в преддверии выборов решил такую агитацию провернуть.

https�Z��

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.