Актуальные вопросы и практика привлечения средств путем выпуска и предложения ценных бумаг (security tokens)

(по состоянию на январь 2019 года)

Понятие и правовая природа security tokens

В 2018 году стал активно набирать популярность новый вид финансового инструмента, создаваемого с использованием технологии Блокчейн — security tokens, которые стали объектом пристального внимания всех участников экосистемы блокчейн активов. На протяжении предыдущего года рынок криптоактивов сталкивался со следующими вопросами: способны ли такие security tokens (которые по сути являются разновидностью цифровых ценных бумаг) стать новым образцом/стандартом, который будет функционировать в признанной и надежной системе? Возможно ли будет привлечь значительное финансирование используя этот инструмент? В чем состоят преимущества STO (security token offerings) для привлечения капитала?

Экосистема блокчейн активов представляет собой комбинацию ряда элементов, которые вместе обеспечивают реализацию целого спектра действий: от создания токенов до торговли цифровыми ценными бумагами. Выпуск токенов, выполнение нормативных требований, хранение, осуществление последующих сделок и реализация прав по таким токенам — эти отношения во многих аспектах могут быть автоматизированы.

Выпуск токенизированных ценных бумаг (security tokens) не является усовершенствованной версией ICO (initial coin offerings), это скорее традиционный способ привлечения капитала, представленный в цифровом формате.

По результатам опроса на предмет того, почему компании решили выбрать такой способ привлечения инвестиций, как STO, можно сформулировать ряд выводов о преимуществах этого инструмента:

  1. это наименее затратный способ привлечения инвестиций в части использования временного и денежного ресурсов, проще говоря, STO реализовать быстрее и дешевле, чем традиционный способ привлечения капитала — IPO;
  2. STO — решение, ориентированное на глобальные масштабы, позволяющее ориентироваться на широкий круг инвесторов;
  3. использование автоматизированной системы KYC позволяет ограничить торговлю токенами заранее заданным кругом инвесторов;
  4. в силу природы самого объекта — токена (продукта, созданного в процессе программирования), — можно самостоятельно определять функционал этого актива;
  5. технология распределенного реестра позволяет сократить ресурсы, направленные на исполнение обязательств, а также осуществлять торговлю токенами круглосуточно;
  6. также блокчейн решает вопрос надежности и доверия.

Токены, в большинстве случаев, классифицируются в зависимости от:

  1. функционала;
  2. технических характеристик;
  3. способа создания;
  4. правовых критериев.

На сегодняшний день, с точки зрения права, блокчейн активы правильно делить на две основные категории: security tokens и все остальные токены. Это связано с тем, что ключевые отличия в правовом режиме существования этих объектов прав проходят именно в этой плоскости. Внутри этих родовых понятий можно классифицировать токены на разные виды.

Законодательного определения понятия “security token” не существует, поэтому необходимо ориентироваться на то, как участники рынка понимают этот термин.

Основные тезисы на рынке такие:

  1. это новый вид токена;
  2. это способ сделать неликвидные активы ликвидными;
  3. это новый способ привлечения финансирования законным образом.

Наиболее обсуждаемым является последний тезис. Ключевая боль рынка состоит в ответе на вопрос: как проектам, использующим токенизацию в своей бизнес модели, продолжить собирать денежные средства в ситуации, когда регуляторы всего мира недвусмысленно намекают на то, что это нужно делать с оглядкой на законодательства о рынке ценных бумаг? Когда мы говорим о security tokens — мы говорим о ценных бумагах, выпущенных с использованием технологии блокчейн.

Однако является ли токенизированная ценная бумага новым объектом права, для которого нужно разрабатывать особое регулирование? Если обратиться к истории, то ценная бумага, как объект права, возникла как способ закрепления некого объема прав на некоем носителе с целью упрощения передачи таких прав между участниками гражданского оборота. Изначально таким носителем была бумага, отсюда название — “ценная бумага”, то есть бумага, представляющая ценность. С появлением компьютеров этот носитель информации стал электронным. Сейчас все ценные бумаги, обращающиеся на публичном рынке, существуют в электронной форме и учитываются у реестродержателей и депозитариев. Технология блокчейн — это лишь новый способ закрепления прав на ценную бумагу в электронной форме. В теории, это более эффективный способ, чем текущий централизованный учет. Таким образом, токенизированная ценная бумага — это не новый объект права, чем-то отличающийся от обыкновенной ценной бумаги, а это новый способ учета таких прав.

Обращение Security tokens

С точки зрения права, выпуск и обращение таких инструментов регулируется теми же нормами как и выпуск классических ценных бумаг. В дополнение к этому, блокчейн дает еще одну интересную возможность за счет использования смарт-контрактов. Выпуск ценных бумаг в качестве токенов теоретически позволяет автоматизировать выполнение эмитентом своих обязательств по ценным бумагам (например, автоматизировать голосование, выплату дивидендов), что безусловно дает очень интересные и привлекательные возможности.

Для того чтобы понять, как осуществляется регулирование и обращение security tokens, нужно посмотреть на то, каким образом осуществляется глобальное предложение и обращение ценных бумаг и как это регулируется.

В разных юрисдикциях существуют разные подходы к термину “ценная бумага”. В частности, во всем мире термин “ценная бумага” определяется довольно формально и обычно ограничивается перечнем тех инструментов, которые признаются “ценной бумагой”. Перечень, как правило, включает в себя акцию, облигацию, иной долговой инструмент, свидетельство о владении доли в фонде и т.д. Американский регулятор SEC расширительно толкует термин “ценная бумага” и смотрит не только на перечни инструментов, указанные в законодательстве США о ценных бумагах, но обращает внимание, в первую очередь, на то, какие именно права такие ценные бумаги предоставляют их держателям. Например, в недавнем релизе SEC достаточно подробно проанализировали тот факт, что токены могут признаваться инвестиционным контрактом, то есть инструментом, в соответствии с которым их владельцы вкладывают деньги в определенные предприятия с целью извлечения прибыли и при этом не принимают сами участия в управлении предприятием.

Существует два основных типа предложения ценных бумаг — публичное и частное. Публичное размещение традиционно является вотчиной крупных компаний. Причина в том, что стоимость проведения публичного размещения высока, поскольку требуется привлечение большого количества участников, таких как банки-организаторы, юристы, аудиторы, необходима подготовка дорогостоящего проспекта, проведение комплексной процедуры due diligence, подготовка финансовой отчетности и писем аудиторов, выпуска письма по правилу 10b-5, проведение листинга на фондовой бирже, необходимо соблюдение в последующем требований о регулярном раскрытии информации и поддержание определенных стандартов корпоративного управления. Стартапам и начинающим бизнесам публичное размещение недоступно, прежде всего, по причине отсутствия финансовой истории.

Частные размещения ценных бумаг

Основным преимуществом частного размещения является отсутствие требования о регистрации проспекта и возможность стартапов и компаний, находящихся в стадии развития, получить доступ к инвесторам. В частности, неквалифицированные инвесторы не всегда могут инвестировать в бумаги стартапов.

Частное размещение предполагает предложение напрямую ограниченному кругу инвесторов, достаточно ограниченное вовлечение консультантов и ограниченные обязательства о раскрытии информации и отсутствие последующих обязательств по периодическому раскрытию информации.

В разных частях света существует разное регулирование процедуры частного размещения. Законодательство США в этом плане является более развитым. В соответствии со статьей 5 Закона о Ценных бумагах США 1933 года, по общему правилу предложение ценных бумаг подлежит регистрации в SEC. В то же время, предусмотрен ряд подробных исключений, которые описывают те случаи, когда регистрация не нужна, и которые подробно регламентируют те шаги, которые необходимо предпринять компании, чтобы избежать регистрации в SEC.

Подход других стран — Европейского союза, Российской Федерации и Азии (в частности Гонконга и Сингапура) — от американского существенным образом отличается. В этих юрисдикциях отсутствует определение “частного размещения”, поэтому на практике нужно осуществлять предложение ценных бумаг таким образом, чтобы оно не соответствовало критериям, которые бы позволяли его отнести к разделу публичного предложения.

Что касается американского законодательства, то наиболее популярным исключением на данный момент является предложение в соответствии с Положением D, правило 506 (с). Его популярность обусловлена следующим. Во-первых, данное правило позволяет продавать ценные бумаги напрямую эмитентом (отсутствует необходимость привлечения специального третьего лица, как, например, того требует предложение в соответствии с Правилом 144А, Положением A или Положением CF). Во-вторых, оно доступно не только компаниям, зарегистрированным в США или Канаде, но и иностранным эмитентам. В-третьих, отсутствует необходимость подавать ежегодные отчеты в SEC, за исключением единовременной подачи формы D. Наконец, что немаловажно, при размещении в рамках данного исключения, разрешается осуществлять публичную рекламу (или т.н. “general solicitation”) предложения в США. В соответствии с JOBS Act, которым были введены некоторые важные поправки в законодательство о ценных бумагах, в случае продажи в соответствии с правилом 506 (с) Положения D, разрешается предложение неограниченному кругу лиц при условии, что эмитент предпримет все необходимые усилия для того, чтобы покупателями в рамках продажи являлись только аккредитованные инвесторы (HNWI, корпорации, которые владеют имуществом на определенную сумму и ряд других лиц).

В ЕС отсутствует какое-либо специальное регулирование о частном размещении. Законодательство ЕС построено таким образом, что наиболее защищенной категорией инвесторов являются розничные инвесторы (т.н. “retail investors”) и поэтому важно организовать процесс размещения таким образом, чтобы на территории стран ЕС не только продажа, но и предложение ценных бумаг осуществлялось только квалифицированным инвесторам. Общее определение квалифицированного инвестора дано на уровне ЕС, но каждая страна на уровне национального законодательства определяет свои требования к этому статусу.

В Азиатский странах регулирование находится где-то между США и ЕС. В частности, в Гонконге отсутствует определение частного размещения и отсутствует перечень исключений от требований о регистрации. Поэтому все основные усилия по структурированию частного размещения направлены на то, чтобы фактически избежать признаков публичного предложения. Такие меры могут включать, в частности, сужение круга лиц, которому делается предложение, введение ограничений на максимальный размер инвестиций, введение ограничений на общий объем размещения.

В Сингапуре существует 12 исключений из режима публичного предложения. Применимые исключения — это предложение ограниченному кругу лиц (не более 50 инвесторов), предложение квалифицированным инвесторам или профессиональным инвесторам, предложение с ограничением на максимальный размер инвестиции, предложение с ограничением на общий объем размещения (5 млн сингапурских долларов).

В России существуют аналогичные положения, разрешающие продажу ценных бумаг в частном порядке без регистрации проспекта у регулятора, в том числе, в случае предложения ценных бумаг только квалифицированным инвесторам.

Отдельно хотелось бы отметить такое понятие как crowdfunding, которое зародилось в США и сейчас постепенно распространятся по всему миру.

Краудфандинг (народное финансирование, от англ. сrowd funding, сrowd — «толпа», funding — «финансирование») — коллективное сотрудничество людей (доноров), которые добровольно объединяют свои деньги или другие ресурсы вместе, как правило, через Интернет, чтобы поддержать усилия других людей или организаций (реципиентов). Сбор средств может служить различным целям — помощи пострадавшим от стихийных бедствий, поддержке со стороны болельщиков, поддержке политических кампаний, финансированию стартап-компаний и малого предпринимательства, созданию свободного программного обеспечения, получению прибыли от совместных инвестиций и многому другому.

Crowdfunding в США осуществляется в соответствии с Положением CF и доступен только компаниям, зарегистрированным на территории США и Канады. Несмотря на преимущество в плане быстроты завершения предложения, существуют серьезные ограничения: ограничение по максимальному размеру предложения (1 млн 700 тыс долларов), ограничения в отношении распространения информации, требования к привлечению агентов.

В ЕС законодательство о crowdfunding находится на стадии разработки. В настоящее время в странах ЕС проходят консультации на уровне Capital Markets Union в отношении требований, применимых к crowdfunding. Рекомендованный лимит, при котором не будут применяться правила о регистрации проспекта — 8 млн евро. На сегодняшний момент только Великобритания и Германия утвердили на законодательном уровне этот лимит.

Если говорить о проектах, которые хотят выпустить Security tokens, им доступен режим только частного размещения: продавать свои токены профессиональным инвесторам или использовать режим crowdfunding, который предполагает достаточно серьезные ограничения на объем инвестиций и порядок привлечения средств.

Примеры наиболее крупных ICO

Если смотреть на примеры наиболее крупных размещений токенов в 2017–2018 гг., то можно попробовать наложить матрицу на сделки с токенами. В качестве примеров рассмотрим EOS, Filecoin, Telegram и tZero. Примеры взяты исходя из размера сделки — объема привлеченных средств и разнообразия функционалов предлагаемых токенов, а также разнообразия выбранных структур предложения.

Несмотря на то, что функционал токенов у всех четырех проектов разный, как и структура предложения и поставки токенов покупателям — объединяет их одно — все эти сделки с высокой долей вероятности являлись предложением ценных бумаг. Все эти проекты собирали деньги под идею, не имея готового продукта, поэтому для покупателей приобретение этих токенов было инвестицией. Ключевой нюанс — это разница в подходах к определению, что является ценной бумагой в США и во всем остальном мире. В США используется тест на сущность отношений при определении того, продает ли продавец ценную бумагу или нет. Ключевым фактором при определении является пассивность инвестиций. Если деньги даются кому-то под ожидание того, что этот кто-то что-то предпримет, чтобы денег стало больше — такой процесс называется инвестиционным контрактом, который, в свою очередь, является ценной бумагой.

Кстати, эта концепция тоже не родилась сама по себе — Закон о рынке ЦБ США весьма формальный, но вот толкование его терминов дают суды, которые собственно и развили эту концепцию, определив критерии того, что является инвестиционным контрактом (дело SEC v W.J.Howey Co., т.н. “Howey test”).

В Европе, России, Азии и в целом во всем остальном мире ситуация иная. Подход к определению, что является ценной бумагой в этих странах более формальный и основывается на прочтении соответствующего определения в соответствующем законодательном акте соответствующей страны. Таким образом, все, что не попадает под это определение, ценной бумагой с точки зрения закона формально не является. Отсюда и ключевой тезис криптоиндустрии 2017–2018 г.г. — структурируй токен так, чтобы он не был ценной бумагой, и продавай как хочешь везде, кроме США и тех стран, где продажа токенов запрещена. “Так, чтобы он не был ценной бумагой” как раз означает требование чтобы токен не закреплял прав обычно ассоциируемых с правами по таким ценным бумагам как акции и облигации.

В целом концепция финансирования под функциональные токены (utility tokens) выросла из индустрии краудфандинга стартапов посредством предоплаты продуктов, которые еще находятся в стадии создания, она была известна еще до появления ICO. Но там были другие объемы финансирования. ICO 2017–2018 г.г. вывели финансирование под обещание будущей продукции или услуг на совсем иной уровень и это уже само по себе должно настораживать. Но ключевое здесь не это — приобретение еще несозданного товара на Кикстартер не предполагает создание вторичного рынка этого товара до его появления. В 2017 и 2018 г.г. подавляющее большинство проектов изначально понимали, что успех привлечения денег под реализацию их идеи возможен только под обещание наличия вторичного рынка. Наличие высоколиквидного вторичного рынка на пустой, с точки зрения функционала utility token, ставит большой знак вопроса в отношении правильности тезиса о том, что раз формально такой токен не попадает под определение ценных бумаг, то можно с такой инвестицией делать все что угодно и режим специально не должен применяется. Правильность этого тезиса еще подлежит верификации.

Если обратиться к примеру EOS, то это было самое первое большое ICO. Размещение было запущено еще до ключевых высказываний SEC о том, что они по-сути считают все ICO проекты без продукта предложением ценных бумаг. Поэтому это было первое по-серьезному крупное размещение, которое тестировал рынок:

  1. токены продавались по договорам купли-продажи токенов в течение года;
  2. поставка токена была на следующий день, но при этом продавали токен-пустышку (т.е. расписку в форме ERC-20 токена, которая может конвертироваться в токен сети EOS если такая когда-либо будет запущена);
  3. токен-расписка не имел никакого функционала вообще, кроме потенциальной возможности конвертироваться в токен сети EOS;
  4. существовал вторичный рынок (Block.one не подтверждали свое участие в его организации).

Это самое длительное по сроку привлечения финансирования размещение — сделка шла год. Токен можно было купить с доставкой на следующий день, при этом уже существовал вторичный рынок. Block.one никогда официально не подтверждали, что они участвовали в его организации. С точки зрения здравого смысла, приобретение токенов было абсолютной спекулятивной инвестицией, и, исходя из текущей позиции SEC, представляло собой размещение ценных бумаг.

Block.one по условиям приобретения по-сути приравняли покупку токенов к благотворительному взносу. Не то чтобы они не обещали ничего — а наоборот говорили, что скорее всего ничего не будет, а если и будет, то они к этому никакого отношения не будут иметь, так как они отвечают за написание кода, а сеть может быть запущена без их участия. Вроде бы и фьючерс — но и не фьючерс, так как базисный актив не поставляется. Вроде бы есть вторичный рынок, но его организовали сами покупатели.

Поэтому в случае размещения EOS решение было такое: США исключили из продаж, в остальном продавали всем только за ETH без минимального лимита инвестиции, без проведения KYC/AML.

ICO EOS считается одной из самых крупных сделок по продаже utility tokens, но насколько эта конфигурация была правильная остается большим вопросом.

Остальные три сделки пошли по другому пути. Ни Filecoin, ни Telegram, ни ТZero не делали краудсейл. Filecoin и Telegram, несмотря на то, что с точки зрения функционала их токен не является ценной бумагой, продавали их как ценную бумагу по причине отсутствия готового продукта на момент предложения. Токены всех трех проектов продавались по договорам, которые предполагали оплату сразу после подписания, а поставку токена в будущем. Из трех проектов в настоящий момент поставка токенов произошла только у TZero. Токены Telegram и Filecoin будут поставлены покупателям после запуска их сетей.

Так как ни один из этих проектов не регистрировал проспект эмиссии у соответствующих регуляторов, они продавали их только ограниченному кругу лиц по закрытой подписке, которые должны были соответствовать требованиям предъявляемым к аккредитованным инвесторам в США.

Сделка Telegram была клубной. Если Filecoin и, на втором этапе предложения, TZero принимали деньги в любом размере от аккредитованных инвесторов, то Telegram изначально установил очень высокие минимальные лимиты участия недоступные стандартному кругу квалифицированных инвесторов. Это позволило всем проектам продавать свои токены по всему миру, включая США, на основании Regulation D. Исключены были страны под санкциями. Допускались даже инвестиции из Китая, так как по сути это было не запрещенное там ICO, а типичное частное размещение ценных бумаг по закрытой подписке.

Вторичного рынка на эти токены не существует. Он запрещен контрактами о продаже токенов, а также законодательством для инвесторов из США. Есть временные ограничения на перепродажу. Права по контрактам можно уступить лишь при условии согласия эмитента.

ТZero интересен тем, что это один из первых проектов выпуска ценных бумаг на блокчейне, где сам токен является ценной бумагой. По сути TZero выпустили привилегированную акцию, воспользовавшись поправками к корпоративному законодательству Штата Делавэр.

Применение использования технологии Блокчейн для учета прав на ценные бумаги

Штат Дэлавер, в котором зарегистрировано большинство компаний США и который имеет наиболее развитое корпоративное законодательство, в прошлом году утвердил закон, позволяющий использовать блокчейн для учета ценных бумаг (учет прав с использованием распределенного реестра). Данный законопроект применятся только к компаниям, которые зарегистрированы в штате Дэлавер. Его основной целью является, во-первых, сделать учет прав на ценные бумаги более прозрачным и, во-вторых, существенно сократить время для совершения сделок по передаче ценных бумаг и расчетов по ним, что поможет сделать ценные бумаги инвестиционно привлекательными. В соответствии с правом Делавэр, в случае выпуска акций на блокчейне не применяется требование использования депозитария.

В данный момент, учет прав всех публично обращаемых ценных бумаг осуществляется в Deposit Trust Company со сроками расчетов в режиме T+3 ( то есть в течение трех дней после заключения сделки). SEC предложило перейти на расчеты по системе T+2 (в течение двух дней). С учетом принятого законодательства, расчет по сделкам можно будет осуществлять в течение одного дня в режиме T0.

В декабре 2018 года во Франции был принят декрет, фактически закрепляющий возможность использования технологии распределенного реестра для регистрации ценных бумаг, фиксации передачи и идентификации права собственности. Теперь французский закон предусматривает, что регистрация на блокчейне имеет одинаковую юридическую силу с регистрацией на обычном счете, где хранятся ценные бумаги.

За пределами США и Франции пока не существует специального законодательства, которое позволяет осуществлять учет прав с использование технологии распределенного реестра. В ряде юрисдикций существуют подобные законопроекты: Люксембург, страны Балтики, Россия, а также Сингапур. Основная проблема заключается в том, что разные страны Европы представляют собой разные системы права и используют разные подходы к учету прав. Во многих странах с континентальной системой права (например, Германия) существуют жесткие требования по поводу учета прав на ценные бумаги частных компаний (необходимость привлечения нотариуса, ведение реестра в бумажной форме и так далее). В других странах, например Кипр, каких-либо жестких требований о том, где ведется реестр, нет. Для того, чтобы данная инициатива работала, потребуются изменения не только в законодательство стран с континентальной системой права, но и в законодательство стран с общей системой права.

Ответ на вопрос о том, возможно ли права на уже существующие ценные бумаги перевести в блокчейн и отказаться от депозитариев зависит от того, предусмотрена ли такая корпоративная процедура в законе. На данный момент в Дэлавере есть некоторые ограничения по учету прав на блокчейне ранее выпущенных акций, а процедура, позволяющая осуществить такой перевод из депозитария на блокчейн не описана. В других странах (кроме Франции) пока вообще нет подобных законов, но, как указано выше, есть идея предусмотреть возможность такого учета и закрепить ее на законодательном уровне.

Платформы по токенизации

На данный момент существует множество проектов, которые строят платформы по токенизации — есть специализированные проекты под конкретные активы, есть платформы, специализирующиеся на токенизации ценных бумаг.

Цель таких проектов -

  1. автоматизировать выпуск ценных бумаг с помощью блокчейн (все, что сейчас делают юристы и банкиры платформа должна делать автоматически);
  2. упростить контроль за обращением таких ценных бумаг среди ограниченного круга инвесторов;
  3. автоматизировать взаимодействие между держателями ценных бумаг и их эмитентами (распределение дивидендов, получение информации, принятие участия в управлении и пр.).

Токены, выпускаемые на этих платформах, однозначно являются ценными бумагами.

Какие-то проекты идут по структуре секьюритизации, где компания платформы становится собственником токенизируемого имущества. Какие-то идут по пути предложения технологического решения выпуска ценных бумаг непосредственно на блокчейне, иными словами, использование технологии для учета прав по ценным бумагам и еще дополнительные опции по контролю за обращением.

Платформы, которые предлагают технологические решения играют в рискованную игру, так как их жизнеспособность будет зависеть от того, будут ли приняты изменения в законодательство, допускающие использование их технологий для учета и реализации соответствующих прав.

Торговые площадки

Для токенизированных ценных бумаг существует достаточно много новых проектов, которые работают в направлении создания таких площадок. С точки зрения технологии, они особо не отличаются от обыкновенных криптовалютных бирж, но есть ключевая особенность.

Организация обращения ценных бумаг является регулируемым бизнесом во всех странах и, соответственно, запуск таких проектов, помимо разработки технологической платформы, требует еще и получение соответствующих лицензий у местных регуляторов.

Тип лицензии зависит от места нахождения и операционной деятельности площадки и набора предоставляемых услуг. Он включает в себя минимум брокерскую лицензию, а также может включать — депозитарную лицензию, лицензию клирингового центра, организатора торгов и вплоть до лицензии биржи, если предполагается допустить розничных инвесторов к торгам. По рознице ситуация отдельная — если кто-то из участников сможет получить лицензию биржи — розничный инвестор сможет получить доступ к торговле только теми инструментами, в отношении которых зарегистрирован проспект — таких в ближайшее время не предвидится по причинам, о которых мы говорили выше.

Известно, что из существующих криптобирж по состоянию на декабрь 2018 в США только компания Coinbase совершила приобретение брокерской компании, которое позволит ей зарегистрировать торговую площадку. Остальные криптобиржи для осуществления деятельности в США, как правило, получают только лицензии money transmission.

Сейчас также набирают обороты децентрализованные платформы по обмену токенов. Несмотря на децентрализованную природу площадки, SEC недавно наказало биржу EtherDelta за незаконную организацию оборота ценных бумаг.

Очевидно, что у классических игроков есть вся необходимая инфраструктура и если они двинутся в эту область с тем объемом ликвидности, опыта и средств, который у них уже есть, новым игрокам будет тяжело с ними конкурировать, особенно в условиях регулируемого рынка.

__________________________________________________________________

INGVARR объединяет команду профессионалов, обладающих глубоким пониманием рынка, опытом работы в консалтинговых компаниях международного уровня и знаниями внутренних юристов лидирующих корпораций. Мы предлагаем инновационные и нестандартные решения в рамках международных сделок M&A, создания совместных предприятий, корпоративного управления, привлечения и предоставления финансирования. В нашем лице вы приобретаете как проектный офис для решения транзакционных и регуляторных задач, так и внутренний юридический департамент для решения текущих вопросов.

Подпишитесь на наши обзоры.

www.ingvarr.com