Что такое эволюция и с чем её едят.
Эволюция — я много собираюсь рассказывать об этой жестокой и капризной госпоже в дальнейшем. Но, как уважающий себя проводник в мир биологии, я не могу не убедиться в том, что мой дорогой читатель верно понимает ее суть.
Мы часто слышим словосочетания «эволюция захотела», «эволюция создала», «эволюция выбрала». Если вы их не слышите — поздравляю, скорее всего вас окружают очень умные люди (или вы просто не любите беседы на биологические темы — тоже бывает). Но воспринимать эволюционный процесс, как нечто, почти обладающее сознанием — значит совсем ее не понимать.
Еще великий Дарвин определил, что движущей силой эволюции является естественный отбор. И пусть сегодня его теория во много претерпела изменения, этот постулат неприкосновенен. Эволюция не выбирает лучших. В ходе эволюции умирают наименее приспособленные, а наиболее приспособленные занимают свои экологические ниши.
Рассмотрим до боли примитивный пример. Пусть есть саванна, в которой обитают всего 2 вида животных: антилопы и гепарды. Антилопы едят траву, гепарды едят антилоп, умирают, и из их тела растет трава, которую снова едят антилопы. Все по диснеевской классике. Однажды у мамы-гепарда рождается детеныш-гепард с мутацией. Пусть эта мутация будет для него вредной — например, его ноги устроены так, что он бегает на 20% медленнее своих сородичей. Детеныш вырастает, начинает охотиться, но не может поймать себе добычу, так как приспособлен к бегу меньше своих сородичей. Тогда несчастный герой нашего небольшого рассказа умирает от голода. Его гены — в том числе тот, что отвечает за снижение скорости бега — не передаются следующим поколениям. Эволюция отсеела этот ген.
Но рано или поздно у другой мамы-гепарда рождается детеныш с мутацией, позволяющей ему бегать на 20% быстрее всех остальных. Он вырастает, первым добегает до добычи, он всегда сыт, он выживает. И размножается. Его пять детенышей наследуют дарованный отцом признак, и каждый из них точно так же выживает, снова размножается, снова дает пять потомков, и вот у нас уже четверть сотни прокаченных гепардов в популяции. А кто же при этом не успевает поймать себе добычу? Те, кто нового полезного признака лишены. В итоге все особи популяции приобретут этот признак, а эволюция отсеет ту аллель гена, что не несет полезное новшество.
Признаки, однако, бывают не только полезными и вредными — случается так, что они не сильно влияют на приспособленность. Мутации, отвечающие за такие признаки, называют нейтральными. Интересная особенность эволюции в том, что рано или поздно нейтральные мутации также либо отсеиваются эволюцией, либо закрепляются во всей популяции. Если вам интересно, почему это происходит, советую почитать Маркова — объяснение нетривиальное, но его книги прекрасны.
Мы же возвращаемся к вопросу экологических ниш. Каждый новый вид, образовавшийся в результате накопления нескольких полезных мутаций, занимает определенную подобную нишу — ареал, в котором он живет; вода и пища, которые потребляет и иные необходимые ему ресурсы тратит на членов своих популяций. Если эта экологическая ниша оказывается вакантной — если вы первый организм, что может питаться бабочками в экосистеме, где их развелось предостаточно — то ваш новый вид просто занимает эту нишу. А вот если в этой экологической нише уже есть какой-то вид организмов, то ваши виды начнут конкурировать за выживание, и эволюция отберет наиболее приспособленного. Здесь лежит ответ на любимый вопрос противников теории эволюции «А почему сейчас обезьяны не превращаются в людей?». Ну, во-первых, это долгий, многовековой процесс (полезная мутация вообще явление нечастое, а им еще и накопиться следует). А во-вторых, обезьяны, существующие на сегодняшний день, занимают другую экологическую нишу, в то время как наши прямые предки были вытеснены в ходе эволюции — нами.
Поздравляю, теперь вы понимаете эволюцию (ну хоть немного) и у вас есть аргументы для спора с невеждами. А еще — неплохой текст, чтобы показать своим детям, когда они у вас спросят, почему у кошечки острые когти.