Каждый день перед человеком возникает проблема выбора. Мы выбираем, что смотреть по телевизору, что читать, что покупать, что мы сготовим на обед. И каждый раз что-то одерживает победу. Сегодня, например, я выбирал между компьютером и сочинением. Победило сочинение.

Много было ситуаций, когда победа над собой давалась нелегко. Однажды, например, наша неразлучная троица возвращалась в девять вечера со дня рождения Андрея Козлова. Это было 12 июня. На улице никого не было. Одни скинхеды толпами ходили. И вот мы зашли за угол недалеко от восьмой школы. Тут к нам подошел один парень и попросил закурить. А мы говорим, что не курим. Тогда он попросил «червонец». А мы говорим, что денег нет. Он говорит: «Ждите здесь». А мы бегом побежали куда-то. И как-то мы так странно бежали, что нас опередили и снова остановили. Тот же парень и еще человек пять разномастной шантрапы. И давай на нас наезжать. В общем, минут двадцать на нас наезжали, но бить не били. Разве что Валика пару раз в грудину толкнули и все. И вот стоим мы так, а ноги так и рвутся убежать отсюда. Потом еле-еле от этих хулиганов отделались. Я домой пришел, а дома тишина, спокойствие. Так и подмывало все рассказать. Но я ничего тогда маме с папой не рассказал, и они до сих пор ничего не знают. Во-первых, конечно, потому, что не хотелось маму пугать и расстраивать, а во-вторых, потому, что рассказывать-то не о чем. Глупо, как-то. Хотя вам вот рассказал.

А вот еще один случай. Однажды мне рано утром позвонила Нина Леонидовна. На каникулах. «Принеси, ─ говорит, ─ фотографии с репетиций выступления по Пришвину». А я в десять сплю еще. Ну и нагрубил сгоряча. Идти было лень, но Я победил ленивца, живущего внутри меня, и пошел. Хотя считаю, что фотки плохие. Даже стыдно показывать их было. Кстати, пользуясь случаем, прошу прощения за свое тогдашнее поведение.

А еще у меня есть страсть коллекционировать лицензионные диски. Они стоят дорого, и поэтому мама моя не одобряет мое дорогое увлечение. Поэтому я вот уже третий месяц сдерживаюсь от покупки очень дорогого диска. Пересиливаю себя. И пока мое рациональное побеждает над моим чувственным.

И, наконец, последнее. Иногда меня посещают мысли о самоубийстве. Стоит ли жить, если моя жизнь состоит из постоянных проблем, вопросов «Что делать?», а главное, «Зачем?». Кем я вообще буду? Сантехником? Дворником? Ну зачем тогда жить? Чтобы копаться в унитазе и мусоре, да целыми днями квасить? А я так не могу! Я хочу культурно жить, быть культурным человеком. Я хочу творить. Я хочу Писать, Снимать, Создавать. Но одного желания мало, нужен еще и Талант. И я прекрасно понимаю, что Таланта-то у меня нет. А без него никак. Ведь даже «письма Нине Леонидовне» бездарны и служат пересказом своей личной жизни, как говорит моя мама. Я не спорю, они безвкусны, пошлы и по всем статьям плохи. И фильмы мои бессмысленны и наивны. А про мои стихи и говорить не стоит: Пушкин бы в гробу перевернулся. Я вообще считаю себя Никем. А если ты Никто, то и жить тебе нельзя. Мир только засорять. Но все-таки по какой-то непонятной причине я продолжаю жить, дышать, писать всякую «ерунду», смотреть «фигню», ссориться со всеми, ходить в кино, учить английский и совершать еще много всяких непонятных, никому не нужных дел. А ведь в этом смысла нет. Никто, нигде и никогда не вспомнит, кто такой этот Крынин. Разве что какой-нибудь мой далекий потомок посмотрит на мою фотографию, поглумится над моим кривым носом, да и запрячет куда подальше, чтоб не позориться.

Раньше я ужасно боялся смерти. А теперь мне совершенно не страшно. Мне параллельно. Задавит машина — и ладно, убьют хулиганы — ну и пусть. Всем только легче станет. Нине Леонидовне не надо будет мой бредни проверять и размышлять, что за них ставить, чтобы меня не обидеть. А маме не надо будет ругать меня, сокрушаться, куда мне пойти учиться, что мне сварить на ужин, и не надо будет тратиться на мое хобби. А папа так вообще подпрыгнет от радости. Ведь такой кусок семейного бюджета освободится. А Валику больше не придется видеть мое угрюмое лицо, слушать мои пошлые шутки, перемешанные с философскими мыслями о жизни. Ему больше не надо будет слушать о Сергее Бодрове, о том, что я люблю хорошие русские фильмы, у которых есть смысл, а не жизнерадостные туповатые французские комедии. Самое обидное, что он вычеркнет меня из своей жизни на следующий же день после моей смерти. Он даже не придет на похороны. Ему, видите ли, страшно и неприятно. У него все должно быть весело. Козлов, конечно, на похороны придет. Может даже расстроится немного. Но в целом будет думать, что я кретин.

Интересно, что будете думать вы. Наверное, поохаете-поахаете, может даже на уроке что-нибудь скажете. Да и все. Будете жить себе дальше, читать другие бредни, зажигать другие звезды. Вам вообще в жизни крупно повезло. Вы нашли себя, и у вас есть талант зарождать в людях семена духовности.

Вам тяжело понять, что я хочу сказать. Мне хочется донести до вас свое состояние. Я хочу, чтобы вы поняли, что мне не понятно, для чего жить. Ведь за все эти 17 лет я ничего не сделал, они прошли как дуновение ветра. Что в них было хорошего? Ничего. А что будет потом? Пустота и неизвестность. А зачем? Зачем трудиться, жениться, рожать детей? Чтоб потом помирать? Глупо. Вы ужасаетесь, как можно в таком юном возрасте думать о смерти? Можно. Но не нужно. Надо жить. Надо жить одним днем, дышать и радоваться красоте мира, восхищаться его многогранностью. Но грустно, что все скоро закончится.

Я каждый день борюсь с желанием все бросить и спрыгнуть с моста. Вот она, победа над собой.

P.S. Простите меня за такое грустное сочинение. Прощальное письмо прямо получилось.

18 февраля 2007 г.
22:50

настроение: Безжизненное
хочется: Смерти
слушаю: Свой внутренний голос