Практика CAS и олимпийские перспективы России в Токио

Противоречивые заявления по поводу того, ответила ли Россия на вопросы WADA по поводу базы московской антидопинговой лаборатории или нет, ответила полностью или частично, опубликованные в последние дни могли, окончательно запутать значительную часть тех, кому небезразличны перспективы участия нашей страны в следующих Олимпийских играх.
Тут нужно понимать одно — никто в данный момент не знает, как ситуация будет развиваться, идет просто формирование и поддержание общественного мнения исходя из интересов сторон. Интересы эти по большому счету понятны и не вызывают удивления.
Большим заблуждением является некая вера в то, что если РУСАДА не лишат статуса соответствия, то с Играми все будет в порядке. Дело в том, что ситуация, которая сейчас складывается, не имеет аналогов, прецедентов. Рио-2016, равно как и Пхенчхан-2018 не являются таковыми в чистом виде. То есть вся система принятия решения снова окажется на неизведанной территории. С одной стороны, если РУСАДА и ОКР сохранят свои статусы, каких-то очевидных ограничений не будет. С другой стороны, есть масса уловок, которыми можно воспользоваться для создания таких ограничений.
Даже если посмотреть на относительно свежий и казалось бы достаточно сторонний документ МОК по борьбе с манипуляциями на соревнованиях, то там есть пункт 2.4 «Отказ в сотрудничестве», который, в принципе, напрямую может быть ассоциирован с текущей ситуацией, если она сложится не самым благоприятным образом. Речь в документе, правда, идет о персональных санкциях, в отношении «Участника», коим может быть спортсмен, персонал спортсмена или официальное лицо команды, в любой комбинации и любом количестве. О санкциях в отношении целой организации (ОКР в нашем случае) там речи нет.
О санкциях в отношении национальных олимпийских комитетов речь идет в пункте 1.4 правила 59 Олимпийской хартии. Санкции там разнообразные, относительно мягкие и совсем жесткие, но в данный момент важно лишь одно — что является основанием для их применения, а это:
… любое нарушение Олимпийской хартии, Кодекса ВАДА или любого другого правила…
То есть, при определенном количестве нарушений на основании правила 59 могут счесть достаточным и тот же самый «Отказ в сотрудничестве» и вообще все что угодно. Нормативных актов, правил, законов, кодексов и хартий применительно к такому крупному международному спортивному соревнованию как Олимпиада имеется очень много. И вот тут начинается самое интересное.
В любом большом документе, а речь пойдет о совокупности огромных по своему объему нормативных актов, всегда находятся неоднозначности, пробелы, которые приводят к тому, что рассматриваемая конкретная ситуация четко не описана. В этом случае трактовки, толкования таких пробелов, понятно, у сторон могут быть диаметрально противоположными.
Cтоит обратиться к практике CAS, а скорее всего российский вопрос рано или поздно окажется там. В делах, датированных еще 90-ми, периодом когда WADA не существовало, Международный спортивный арбитраж вынес несколько решений, формулировки из которых до сих пор очень часто приводятся в качестве аргументации о необходимости строгого, неотступного соблюдения буквы закона, и трактовки любой неоднозначности против законодателя.
Ниже приводится ряд выдержек из дел, которые рассматривались CAS на протяжении двадцатилетнего периода 1994–2014.
USA Shooting & Q / Union International de Tir (UIT) (CAS 94/129)
«Борьба с допингом трудна и может потребовать строгих правил. Но законодатели и разработчики правил должны начать с того, чтобы быть строгими с самими собой. Правила, которые могут повлиять на карьеру атлетов посвятивших себя спорту, должны быть предсказуемы. Они должны исходить от должным образом уполномоченных органов. Они должны быть приняты конституционно правильными способами. Они не должны быть продуктом неясного процесса аккреции. Спортсмены и официальные лица не должны сталкиваться с зарослями взаимно квалифицируемых или даже противоречивых правил, которые могут быть поняты только на основе практики де-факто в течение многих лет небольшой группы инсайдеров».
A.C. v. FINA (CAS 96/149)
Установлено, что национальные спортивные федерации несут ответственность за то, чтобы:
«Делать все возможное, чтобы участники, находящиеся под их юрисдикцией, были ознакомлены со всеми правилами, положениями, руководящими принципами и требованиями в такой чувствительной области, как допинг-контроль […]. Важно, чтобы борьба с допингом в спорте, национальном и международном, велась без перерыва. Причины хорошо известны … В равной степени важно, чтобы спортсмены в любом виде спорта … четко знали, где они находятся. Несправедливо, если они будут признаны виновными в нарушениях в обстоятельствах, когда они не знали и не могли разумно знать, что то, что они делали является нарушением. (во избежание каких-либо сомнений мы не пытаемся сказать, что допинговые нарушения не должны рассматриваться как строгая ответственность, а скорее, что характер нарушения [как одного из видов строгой ответственности] должен быть известен и понят). Для этой цели как международная, так и национальная федерации обязаны держать тех, кто находится в пределах их юрисдикции, в курсе положений соответствующих кодексов».
USOC v IOC & IAAF (CAS 2004/A/725)
«Ясность и предсказуемость необходимы для того, чтобы все спортивное сообщество было информировано о нормативной системе, в которой они живут, работают и соревнуются, что требует, по крайней мере, того, чтобы они были в состоянии понять значение правил и обстоятельства, в которых эти правила применять»
TTF v ETTU (CAS 2007/A/1363)
«Принцип законности и предсказуемости санкций требует четкой связи между инкриминируемым нарушением и санкцией и требует узкого толкования соответствующего положения».
Anderson & Others v IOC (CAS 2008/A/1545)
В пунктах 2 и 78 более подробно изложен принцип законности и предсказуемости санкций:
«Принцип законности»(«principe de légalité») требует, чтобы правонарушения и санкции были четко и предварительно определены законом и исключали «корректировку» существующих правил, чтобы применять их к ситуациям или поведению, которых законодатель не сделал явно подлежащими наказанию. Решения CAS неизменно утверждают, что спортивные организации не могут налагать санкции без надлежащей правовой или нормативной базы и что такие санкции должны быть предсказуемыми («тест на предсказуемость»).
… Эта Комиссия не принимает решения … налагать санкции на основании несуществующих или неясных правил или на основе логики или же несуществующего общего принципа»
Vanakorn v FIS (CAS 2014/A/3832 and 3833)
Вышеупомянутые принципы были переформулированы в пунктах 84, 85 и 86:
«Поскольку… каждая санкция требует наличия четкого и действующего правила, предусматривающего наказание кого-либо за конкретное правонарушение, кроме того, и на данном этапе ее обоснования, Комиссия описывает общие правовые требования для такой правовой основы в соответствии с юрисдикцией CAS. В соответствии с юриспруденцией CAS различные элементы правил федерации должны быть четкими и точными, если они имеют обязательную юридическую силу для спортсменов. Несоответствия/неясности в правилах должны быть истолкованы против законодателя в соответствии с принципом «contra proferentem». Кроме того, Комиссия отмечает, что при толковании правил федерации необходимо учитывать, был ли нарушен дух правила (насколько он может отличаться от их буквы). Из этого следует, что спортсмен или судья при чтении правил должен уметь четко различать, что запрещено, а что нет».
И еще много-много других дел, ссылающихся на вышеперечисленные, которые говорят — если что-то не прописано четко — это проблема законодателя, регулятора, а не тех, кто должен соблюдать эти неясные, неоднозначные правила.
Но все же надо признать — в данный момент ситуация касается не одного или нескольких спортсменов, а, во всяком случае с точки зрения наших оппонентов, — страны в целом. И любая попытка отсылки к перечисленным выше делам будет встречена доводом, что они касаются спортсменов или федераций, но не государства.
Именно поэтому в данный момент можно говорить о двух процессах. Первый — очевидный и заметный всем — медийный. Обмен заявлениями, намеками, инсайдами разной степени достоверности. То что читается в новостных лентах, обсуждается в социальных сетях, на сборах и соревнованиях. Это не более чем пыль в глаза. Второй, гораздо более важный — подготовка к решению вопроса в правовом ключе, поиск доводов, аргументов, выстраивание стратегии обвинения и защиты. Об этом не пишут, про это не говорят, но именно эти игроки, люди с хорошим юридическим образованием, очень большими клыками и готовностью цепляться за каждую запятую, столкнутся в самом ближайшем будущем. И именно от них будет все зависеть. Хочется верить, что на стороне России такие люди есть уже сейчас.