Беллетристика

Очень интересная новость от kyky.org. Вышла книга колумниста Анны Златковской. Если это был сайт citydog, то это была бы колумнистка. Но это Анна Златковская на kyky.org, поэтому исключительно академический русский язык с забытой в 19-м веке и исключительно специальной лексикой.

Что это за книга?

А вам прям с первых строк понятно, что это увлекательно нудная адме-подобная история аж на сотне страниц. Иные любят адме и фит4мозг, жмут падабайки и даже комментируют. Но то были истории в минутное прочтение. А то сто страниц.

Но не переживайте, я все помню. Такие истории появились очень давно и Салтыков-Щедрин тогда изрядно прокатился по таким сюжетам. Но они больно живучие, читатель находится всегда. Проблема в том, что сегодня читать худ.лит. некогда да и не годно. Требуется читать специальную литературу, новости и, самое важное, всяких там блогеров. Поэтому лет десять назад возникло удивительно короткое нравоучительное говно.

Давайте прочитаем пару строк.

Отец был. Точка. Но был предметом. Ах нет, он был человеком, но то был предмет зыбких негодований о расплывчатом. Зыбкий расплывчатый предмет — как вам?

Провел с ней обязательно те недолгие полгода.

Постоянно выпивал по 50 грамм водки один раз в день.

Любил женщин как? Разумеется страстно.

Они были вдохновением, обязательно добавить творческую подпитку, потому что дальше нас ждёт фигура речи — снова вдохновение, но уже не абстрактное, а женщина. Потому что женщина и есть вдохновение. Сколько раз такое читали?

Прятать картину за шкаф. Картины прячутся навсегда, где никогда никем не будут востребованы. Какой это должен быть шкаф? Конечно старый и платяной. Иных не читали. И почему не в шкаф, а за шкаф? Сколько картин туда влазит? Негодование их рисует с каждого нового вдохновения, запивая 50-ю граммами водки. Но верил, что у работ есть будущее.


Отвлечемся.

Человек существо предельно простое. Плохих людей не существует. Каждый человек поступает так, как считает нужным. Чтобы чувствовать себя хорошо, “дурные” поступки должны быть искуплены. Либо извиниться за это, либо оправдать. Извиняться может не каждый, а вот оправдавать сами себя мы умеем без вопросов.

Что это значит? Это значит, что нет универсального мерила. Каждый поступок может быть хорошим и плохим. Каждый человек является и хорошим и плохим.

А это что значит?

А это значит, что в художественной литературе присутствует лирический герой. Этот герой все оценивает. И поскольку лирический герой тоже человек, то и оценивает он все очень субъективно. И было бы очень хорошо, чтобы этот герой всегда оценивал все предсказуемо, то есть, чтобы читатель мог сложить впечатление об этом герое.

Хороший писатель понимает, что нельзя принимать читателя за идиота. Читатель имеет свою систему ценностей и прекрасно поймёт все сам. Вы ему, главное, проблему дайте, дайте персонажей, которые ведут себя по-разному. А что есть хорошо, а что есть плохо, читатель уж как-нибудь разберется.

Вернёмся.


Анна Златковская читателя не уважает. Вы заметили, как в уже прочитанном отец по-разному описывается?

Зыбкий расплывчатый предмет, негодование, плохой художник, работал в театре, выпивал 50 грамм водки каждый день и страстно любил женщин, но любил вдохновения, рисовал картины и работы.

Это пишет дочь. Какое у неё отношение к отцу? Скорее всего негативное. Скорее всего. Или все-таки она уже поняла отца, что иначе он не мог, потому что он такой человек. Лексика употребляется на оба варианта. Ах, может автор так задумала, что уже не здесь, но ещё не там? Увы, я так не думаю, потому что сомневающийся человек задает вопросы после каждого утверждения. Здесь такого нет. Здесь штампы человека, который использует штампы, вместо отрефлексированных выводов.

Ну ладно. Задумка.

Дальше интереснее? Яснее?

Прятаться в каком углу? Тёмном. И нежилом.

Мастихин. Как я говорил, уж коль не художник, нужно рыться в википедиях.

Пятно краски на кисти рук — то синее, то красное. Потом это стало пятнышком. Это символ художественного духа. И он это старательно рисовал. Вероятно. Это тайна. Прям аж интересно читать, что ж это за тайна.

Не хватало людей вокруг. То есть тут проблема в том, что человеку важна движуха. Просто, чтобы пространство было заполнено.

Бесчисленное количество странных игрушек. Эта фраза взрослого человека. Ребёнок никогда не считает подарки странными. Ни от мамы, ни от бабушки, ни от соседа. Любая новая игрушка — это праздник на 5 минут — полгода. У кого как. Это с возрастом некоторые игрушки становятся странными, но очень дорогими. Анна бы обязательно добавила — дорогими сердцу.

Нудные нравоучения. Опять. Господи, свяжите руки человеку.

Новые запахи. Вот это очень интересно. Скажу вам так, поскольку я абсолютный эксперт в этом вопросе, ведь у меня до сих пор живы 3 бабушки (2 и ещё прабабушка), а общался ещё и с 4й. Запахи у всех разные и всегда одинаковые в одной и той же квартире от одного и того же человека. Хотя знаете, тут даже экспертом не надо быть, запахи у каждого разные, но всегда один и тот же от одного и того же. Это нужно, чтобы бабушка менялась каждый день, тогда все понятно.

Хотя, кто его знает, может это автор снбя засунула в 20 лет назад и оттуда пишет “новый”. То есть мы сейчас имеем дело с лучшими произведениями постмодерна?

Засахаренные конфеты в вазочке, запах валидола. Откуда это все у человека, который живёт в двух временах одномоментно.

Никогда не катались на аттракционах. А потом все-таки покатались. Зачем здесь это никогда? Для таких казусов есть такие господа под хитрым названием “редактор”.

Покататься на безопасных “ракушках”. Уверен, что книга такая расчитывается на наш рынок, а у нас всякому известно, что такое “ракушки”. Мы читаем социальное споливое говно, а тут нам “вращение по оси и по кругу”. Добавим мастихин. Просто словоблюдие.

Вырвали на цветастое платье. Мы с вами поняли, что такое прилагательное слишком грубое для повествования. Редактор такие вещи замечает и предлагает замену. В данном случае слово вообще лишнее. Потому что тут нарушена логика всего, а не только форма. Поясню. Девушка наша хотела людей, общения, запахов, валидола и странных подарков. А вот есть мамина подруга с цветастым платьем. Цветастое платье какое: красивое или некрасивое? Думаю, второе. Насколько важно здесь показать свою нелюбовь к маминой подруге?

Синий цвет ребёнок недолюбливал.

А воспитательница, обессиленная нудными поисками. Откуда ребёнку известно, что поиски были нудные? А после нудных поисков и без сил вытянуть за ухо.

Даже близкая подруга плакала. Это пишет взрослый человек. Если это пишет взрослый человек, вспоминая себя ребёнком, то формируется предложение без близкой подружки. Пыталась понять она (прошедшее время), почему эта подружка не разговаривает (настоящее время). Это возможно, только если ты зомби, как говорилось в “очень страшном кино 4 (или 5)”. А если у тебя есть редактор, такое невозможно пропустить.

Господа, я не придираюсь. Я просто говорю, что у каждого слова в предложении есть цель. Разумеется, если писать ради галочки, то возможно все. Но если хочешь написать что-то позначительнее заметки в блог, колонки для куку, то будешь думать. Это только Дэвиду Линчу позволено лепить не думая. Он все-таки гений. Анна Златковская именно что колумнист. Издавать книгу, продавать её как отдельное издание. Да и вообще обзывать это “книгой” неуместно.

С другой стороны, такие пустяковые сюжеты требуют обилия словесных конструкций, без которых это будет всего страничка на адме для лайков. А сюжеты эти неубиваемы, раз сам Михаил Евграфович их пером не уничтожил.