Световая среда в поисках гармонии

Юрий Медведев, преподаватель архитектурной школы МАРШ, основатель и партнёр компании «Rolling LEDs», ведущий светодизайнер компании.

Взаимосвязь искусственного и естественного освещения

Считается, что в архитектурном светодизайне есть два основных подхода. Это либо повторение дневного образа, либо построение ночного образа, контура. Это разделение на два подхода мне представляется сильным упрощением, потому что недостаточно внимания уделяется необычайной динамичности и изменчивости естественной световой среды. Иногда говорят «здание подсвечено как днём», имея в виду что дневное освещение фиксировано, статично. Различают только освещение в пасмурные и в солнечные дни. На самом деле всё гораздо сложнее. В течении дня световая среда существенно меняет свои параметры. Эту динамику наглядно можно наблюдать в любом ускоренном видео, которое показывает 24 часа в городе. Источники естественного освещения — солнце и небо. Солнечный свет с утра до ночи меняет свою цветовую температуру примерно от 2 тысяч кельвинов до 8 тысяч кельвинов, на закате солнце гораздо теплее, в полдень холоднее. Небо — это источник цветного света, свой цвет оно меняет постоянно. Представьте себе закатное небо или, допустим, небо в летний полдень. Освещение меняется в зависимости от сезона, изменения атмосферного давления, изменения влажности воздуха, от всевозможных преломлений и отражений от водных поверхностей.

Естественный свет бесконечно разнообразен.
Клод Моне, эскизы Руанского собора

Весь импрессионизм — это художественное осмысление разнообразия и красоты естественного света. Например, тридцать эскизов Руанского собора кисти Клода Моне в разном освещении. Изменчивое естественное освещение постоянно меняет колорит, а колорит — это настроение. Колорит может стать отправной точкой для многих решений в искусственном освещении. Можно моделировать подобную световую динамику на макетах, используя искусственные небо и солнце — это очень интересное направление для исследования. Для наших широт характерны долгие закаты и рассветы, низкое солнце, сиреневая дымка по вечерам и по утрам, цветные тени. Белокаменная архитектура при теплом освещении на рассвете и на закате становится цветной. Мы редко используем природное освещение в качестве эталона, может быть поэтому часто наши ночные световые образы выглядят плоско, невыразительно, но в то же время контрастно и жёстко. У нас несколько лет назад было предложение по подсветке Благовещенского монастыря в Нижнем Новгороде, которое к сожалению не прошло по политическим причинам — остановить закатный вид монастыря и оставить его в закатных тонах ночью.

Предложение по архитектурному освещению. Нижний Новгород, Благовещенский монастырь

Если попробовать присудить главную награду по светодизайну всех времен в истории архитектуры, то Пантеон оказался бы в шорт листе. Простое отверстие в зените купола, через которое в интерьер проходит солнечный свет и свет неба, вся изменчивость, которая присутствует в естественной световой среде. Поэтому этот интерьер является настолько живым и комфортным для человеческого пребывания.

Пантеон. Рим

Полная противоположность — мощное статическое освещение интерьеров современных супермаркетов типа «Ашан»,которое буквально выдавливает людей. Такое освещение рассчитано на то, чтобы люди быстро покупали необходимое и убегали. Есть концепция освещения, ориентированного на человека. На данный момент это просто изменение цветовой температуры в светильниках в течение дня. Днём свет холоднее и помогает способствует работоспособности людей, которые работают в офисах, вечером теплее, способствует расслаблению. Конечно, это пока первые шаги в этом направлении. Имитация естественного освещения в интерьере может принести массу интересных результатов.

Мы миллионы лет живем в условиях солнечного освещения, в то же время искусственное освещение появилось не так давно, а электрическое освещение это мгновение в истории человека.

История развития искусственного освещения

Управлять естественным освещением можно, но по понятным причинам весьма ограниченно. В руках у дизайнеров освещения все-таки светильники. История искусственного освещения от Прометея до наших дней довольно коротка. Открытый огонь, факел — первые источники искусственного освещения. Используя свечи и лампадки, осветители уже достигали виртуозных результатов.

Система фокусирования света, то есть прожектор, появилась в XVIII веке, намного раньше электрической лампы. Согласно нашей мифологии изобретателем прожектора был Иван Кулибин, наверное в других странах свои изобретатели. Для больших праздников вроде коронации Александра I в 1801-м году создавалась иллюминация, масштабные и впечатляющие световые эффекты. В качестве системы управления использовались фитили, пропитанные маслом, которые обеспечивали синхронное обеспечивали включение лампадок. Подсветка Кремля во время коронации Александра I I в 1856 году была точно не хуже современной.

Коронация Александра II. 1856г.Густав Шварц, «Иллюминация Воскресенских ворот и Кремля в 1856 г»

В 70-е годы XIX века появились первые электрические источники света. На картине Николая Маковского «Иллюминация Москвы, 1883 год» можно увидеть практически все компоненты, которые входят в состав современной рукотворной световой среды. Функциональное, архитектурное, и ландшафтное освещение, илюминация и мощные прожекторы.

Николай Маковский. «Иллюминация Москвы, 1883 год»

Считается что рождение того, что сейчас мы называем архитектурным светодизайном или архитектурно-художественной подсветкой, произошло в 1930 годы в США. Мы видим, что конечно и раньше архитектурная художественная подсветка существовала, просто не было термина. Тем не менее, именно в это время начали анализировать взаимоотношения архитектуры и искусственного освещения, делать прожекторами световую заливку фасадов, яркий пример — прожекторная подсветка граней Рокфеллер-центра в 1933 году.

Прожекторная подсветка восточного фасада Рокфеллер-центра, 1933,Нью-Йорк, AssosiatedArchitects

Примерно в те же годы в нацистской Германии световая заливка плоскостей тоже стала очень модной историей. Альберт Шпеер много работал с этим приемом, например в подсветке здания Рейхсканцелярии.

Подсветка рейхсканцелярии, Берлин, 1939, Альберт Шпеер

В СССР в 30-е-50-е годы активно развивалась иллюминация, контурная подсветка и световая графика, в 60-е-70-е годы световой дизайн стал существенно более разнообразным. Подход к его развитию был фундаментальным, над освещением работали архитекторы и проектные институты.

Празднование 800-летия Москвы в 1947 г.

Такой комплексностью отличалась подсветка Нового Арбата. Тогда стали появляться прообразы современных медиафасадов — например, появилась праздничная фасадная инфографика при помощи горящих окон. В 1967-м году, в ознаменование пятидесятилетия Октября, все сталинские высотки были освещены красным светом.

Подсветка Москвы в честь пятидесятилетия октября. RIANOVOSTI

В 1971-м году была выполнена подсветка наиболее значимых объектов в Москве: Красной площади, Кремля, собора Василия Блаженного. Это подсветка была очень хороша, несмотря на то, что использовалось примитивное оборудование, лампы накаливания. Ночная Москва на фотографиях 70-х годов выглядит очень элегантно.

Подсветка Москвы 1960–1970 годы. RIANOVOSTI

В 1980-е годы вновь произошел технологический рывок. Появились натриевые лампы, которые существенно более эффективные чем ртутные, и обладают приятным первый взгляд желтым светом. Мы северные люди, поэтому зимой нас тянет к теплому желтому свету, в противоположность, например, Арабским Эмиратам, где люди тяготеют к холодному голубоватому освещению. Но обратная сторона того, что натриевое освещение концентрированно желтое — это его очень низкая цветопередача. Я как-то шел со стройки со своим товарищем. Я на стройке испачкался, у него джинсы были чистые, а у меня грязные. Я обратил внимание на то, что в уличном свете натриевых ламп совершено невозможно отличить наши джинсы — они выглядели одинаково грязными. Мы ставили эксперимент на Садовом Кольце, включали на одном его участке лампы с высокой цветопередачей. Возникло ощущение праздника — было такое ощущение, что на этом участке все машины мытые. Натриевым светом полагается освещать исключительно улицы, но со временем он заполз и в парки, и в общественные пространства, туда, где более важна цветопередача. Остановить это рационализаторство и экономию было невозможно.

«Натриевая революция» 1980–1990 гг.
Улицы большинства городов мира сейчас залиты натриевым светом, но вероятно это последнее десятилетие их доминирования, грядет эпоха светодиодов.

В 1997-м году в Москву состоялся визит английской королевы. После этого визита тогдашний мэр Юрий Михайлович Лужков решил подсветить тысячи зданий в столице по образу и подобию Великобритании. Все это делалось второпях, как это часто бывает. В те годы мы выпускали журнал «Иллюминатор», и мы заказали статью с критикой этого процесса Николаю Ивановичу Щепеткову, лауреату государственной премии за подсветку Москвы. Николай Иванович проанализировал в своей статье «Тень города» целый ряд проектных, светокомпозиционных, расчетных, монтажных, эксплуатационных ошибок.

Подсветка Москвы к 850-летию, 1997 г.

Эти массовые просчеты естественны, когда освещение не является частью проекта здания, когда отсутствует принятая в СССР комплексность, все делается второпях, в сжатые сроки. Для Москвы эта проблема отсутствия стратегии и вдумчивого подхода со стороны чиновников по-прежнему актуальна. Это разрушительно для качества световой среды города, которая становится дробной и хаотичной.

Концепция единой светоцветовой среды Москвы (Постановление правительства от11.11.2008 г.)

Вследствие кризиса 1998-го года в процессе возникла пауза и наконец появилось время подумать и создать новую единую концепцию светоцветовой среды Москвы. Главный принцип этой концепции — взаимоувязанное применение средств и приемов разнообразного освещения. То есть согласно концепции освещение должно проектироваться разом, а не так как всегда, когда отдельно освещение дорожное, отдельно архитектурное, отдельно рекламное. В концепции были прописаны 150 светопанорам, которые нужно было спроектировать, утвердить, и воплотить в жизнь. Но после завершения кризиса в проектах, которые выполнялись в Москве, от концепции осталось только слова «единая цветосветовая среда». Предполагалось, что вслед за концепцией последует световой генплан, в котором будет детально расписано, где и что надо делать. Но власти поступили проще — раздали конкурсы разным подрядчикам и дух этой концепции был утерян.

Оценка влияния технологий источников света, систем управления освещением

Парадоксальным образом технологический прогресс не всегда идет на пользу качеству световой среды. Когда появились разрядные лампы яркость уличного освещения многократно повысилась, и в тоже время появилась проблема светового загрязнения. В крупных городах начали исчезать звезды. Мы же привыкли к такому положению вещей, но это неправильно и неприятно. Чтобы в подробностях увидеть Млечный Путь, попасть из так называемой «черной» в «синюю» зону, в которой видно звезды, надо отъехать от Москвы на 140 километров. Технологии разрушают естественную световую среду.

Сейчас на пороге новая технологическая революция. Появились светодиоды. Светодиод — это мощнейший инструмент в руках светодизайнера, обладающий надежностью, гибкостью, управляемостью, миниатюрностью и экономичностью. Казалось, что с пмомощью этого инструмента мы сможем радикально повысить качество освещения. Но реальность состоит в том, что светодиоды также имеют и огромное количество ограничений и минусов. Перечислим некоторые из легенд и мифов ранней светодиодной эры. Первое вранье заключается в том, что светодиодное освещение — лучшее по качеству света.

В реальности конечно лучший по качеству — естественный свет, а вслед за ним идет освещение, которое в наибольшей степени его имитирует, то есть лампы накаливания или галогеновые лампы. У таких осветительных приборов сплошной спектр освещения, такой же, как у Солнца.

Именно поэтому лампы накаливания воспринимаются нами лучше, чем разрядные лампы или светодиоды. Белый светодиод, к примеру, на самом деле синий, который сверху покрыт люминофором. Простой довольно прибор, спектроанализатор, показывает, насколько узкий и ограниченный спектр у светодиода в сравнении с лампой накаливания.

Другой миф — светодиоды не выделяют тепла. На самом деле выделяют и сгорают при неэффективном охлаждении. Считается, что светодиоды в десять раз энергоэффективней любых других источников света — они действительно эффективнее, но ненамного. Если заменить вашу лампу накаливания на светодиодную, через десять лет вы окупите вложение, но свет в вашем доме будет существенно хуже. Несколько лет назад во Франции было запрещено светодиодное освещение в детских дошкольных и школьных учреждениях, именно из-за синего спектрального пика, который может быть опасен для зрения. Сглаживание этого пика зависит в том числе от качества прибора, и при использовании светодиодов важна независимая техническая экспертиза.

Конечно, это эффектно. Когда я в 2002-м году впервые увидел прибор “Color Kinetics” на выставке в Франкфурте, на меня он произвел колоссальное впечатление. Свободное управление светом позволяет творить чудеса. Под впечатлением от открывающихся возможностей я написал статью «Новые краски для московского скайлайна».И когда начали RGB подсветку начали массированно внедрять как универсальное средство для городской световой архитектуры, проекты архитектурной подсветки начали напоминать радужные флаги ЛГБТ сообщества. Это было похоже на эпидемию, такой сверкающий и переливающийся светодизайн множился по всему миру. Как правило все это еще неправильно работало, моргало, управлялось по протоколу DMX-512, который монтажники не в состоянии были настроить.

Сейчас, слава богу, эта волна пошла на спад. Тем не менее, чиновникам очень нравится идея, что мы можем сделать сегодня Тверскую сиреневой, Ленинский проспект розовым, а проспект Мира зеленым, а завтра все наоборот. По национальным праздникам менять цвет целыми улицами, сделать световую волну, которая идти с дома на дом и при этом менять цвет. Сейчас мы делаем освещение павильонов выставки ЭКСПО 2017 в Казахстане. Там есть мощнейший цветовой акцент в центре, 80-и метровый сферический медиафасад, который мы создаем. Чтобы сбалансировать этот акцент, мы предложили архитектурное освещение павильонов вокруг сделать более сдержанным. Но комиссия решила, конечно, что будет все RGB. Остается только надеяться на разработчиков контента, потому что все зависит от того, в чьих руках этот инструмент. Если город уделяет достаточное внимание проблематике контента, то это может быть и неплохо.

Освещение Нового Арбата 2011 г.

Апофеозом идеи цветного освещения стала подсветка Нового Арбата, которая выполнена на очень хорошем оборудовании и техническом уровне. Этот проект выполняли “Philips” и группа «Светосервис», они получили за него какие-то премии или награды. Конечно, это фиолетовое зарево над центром Москвы — и есть те самые новые краски для московского скайлайна, о которых я писал за несколько лет до этого.

Mercury City Tower 2012

Архитектурное освещение одной из самых высоких башен в Москва Сити, Mercury City Tower — мы осветили грани и создали графичный ночной образ здания. Для этого здания мы сделали светодиодный медиаэкран, встроенный в вентиляционные решетки четырех технических этажей. Связь медиафасадов с архитектурой — это сейчас наше кредо. Например мы занимаемся разработкой светового фасада для китайского культурного центра «Парк Хуамин», спроектированного архитектурным бюро ТПО «Резерв». Медиафасад интегрирован в алюминиевые панели, покрывающие здание.

В цветном освещении есть старая и хорошо забытая, но прекрасная альтернатива светодиодам. Это использование в осветительных приборах дихроичных фильтров, которые пропускают только нужную часть спектра. У этих фильтров есть очень интересная особенность — цвет луча меняется в зависимости от угла пересечения этого фильтра. Цвет можно менять аналоговым способом, плавно изменяя этот угол, и эта динамика выглядит значительно лучше цифрового изменения цвета при помощи светодиодных приборов. Эта технология полузабыта, потому что она дешева и значит никому в нашей стране не нужна. Кроме того, эта технология требует квалификации и понимания в настройке, а у нас, к сожалению, не принято проектировщикам выделять достаточно времени на проектирование, и поэтому заказчики предпочитают универсальные решения вроде RGB.

Есть ли различия между медиафасадом и просто светодиодным экраном? Безусловно. Как следует из названия, медиафасад — это то, что интегрировано в архитектуру, не просто экран как в смартфоне или планшете. Вообще, проблематика интернета вещей тесно связана с современным световым дизайном. Американский бизнесмен, инженер и писатель Дэвид Роуз написал об этом антиутопию «Зачарованные объекты». Нас окружают телефоны, планшеты, с каждым днем все больше. Светодиодные экраны вышли на улицы городов и начали маршировать там. Роуз писал, что таким образом мы можем прийти к страшному холодному миру, в котором нас будут окружать одни экраны. Будет невозможно отделить архитектуру от технологических гаджетов. Это еще один пример того, каким образом бездумное внедрение технологии может убить городскую среду.

Projection Mapping

Иногда разрушение световой среды становится искусством. Это световые шоу с использованием проекций, которые делают чудесные метаморфозы с фасадами зданий. Таким образом здание почти уничтожается на время подобного захватывающего шоу. Такие иллюминации-миражи являют собой антитезу качественной стационарной световой среде.

Основные проблемы и сложности в формировании световой среды городов

Мы занимались одним из проектов в рамках концепции создания единой общегородской светоцветовой среды. Это проект общественного пространства Бульварного кольца, к сожалению он по большей части остался на бумаге. Мы проектировали комплексное архитектурное, ландшафтное и дорожное освещение. Для всех бульваров кольца мы построили трехмерные световые генеральные планы с примерно показанными приемами освещения, с достаточно детальной проработкой.

Проект освещения Бульварного кольца.

И прежде всего в нашем проекте мы убрали с бульваров все натриевое освещение, которое существенно ухудшает обстановку. Затем мы создали светопланировочную схему, то есть посчитали освещенность каждого здания здании. Сделали схемы размещения осветительных приборов. В Москве сейчас превалирует локальное освещения при котором световые приборы устанавливаются на фасадах и создают яркий, часто эмоциональный, но иногда чрезмерный, кричащий образ. Мы старались значительно больше применять дистанционное, мягкое заливающее освещение. Также мы сделали варианты повседневного и праздничного RGB освещения с цветной подсветкой деревьев. В общем, создали цельную концепцию. В итоге на сегодняшний день наша концепция реализована частично реализована, но подсветка зданий на бульварах локальная, яркая, дробная.

Почему начиная с 1990-х годов используется почти исключительно локальная подсветка, притом что до этого предпочитали использовать мягкий заливающий свет прожекторов? Дело в том, что в советское время можно было просто согласовать программу в комплексе, договориться со всеми министерствами и ведомствами разом. Сейчас, в эпоху псевдокапиталистического общества, это сделать невозможно. Во первых приходится договариваться с каждым из собственников, во вторых преодолеть бюрократические барьеры между, скажем, Мосгортрансом и Департаментом энергетики практически невозможно. Сделать комплексное освещение, разместив осветительные приборы не только на фасадах здания, но и где-то на опорах на территориях, которые принадлежат другим собственникам, очень тяжело.

Сложным был проект освещения Садового кольца. Проблема заключалась в том, что Садовое кольцо чудовищно пересвечено. Улицу заливает мощнейшее натриевое освещение, которое даже заползает в соседние переулки. На фотографии, которую сделал блогер Илья Варламов с крыши высотки на Кудринской площади, видно насколько освещенность рядовой застройки ниже, чем на Садовом кольце. На тот момент здания не имели архитектурной подсветки, но они уже были сильно засвечены дорожным освещением. Мы сделали проект, по которому сначала предполагалось привести в порядок уличное освещение, поставить фонари с нормальными углами защиты, убрать засвеченность фасадов.

Садовое Кольцо: исходное состояние

Но в итоге курирующий проект чиновник сказал, что сначала все-таки будет архитектурная подсветка, а дорожное освещение потом. Но если уже все пересвечено, что-то добавить к этому практически невозможно, для иллюминации нужна темнота. Выход нашла Москомархитектура, они решили применить цветовой акцент. Все карнизы, верхние части нескольких сотен домов были подсвечены золотым светом. Так получилось сплошное золотое кольцо. Концепция простая и элегантная, но реализация выглядела невыразительно из-за очень низкая контрастность в условиях пересвета. Через два года натриевые светильники на Садовом кольце стали заменять на светодиодные, с нормальной оптикой, контраст яркости и цвета освещения увеличился — и концепция моментально стала работать.

Садовое кольцо — концепция единой светоцветовой среды.

Мы проектировали освещение многих домов в центре Москвы, стараясь ограниченными средствами локальной подсветки создавать спокойный и цельный образ. Например, для здания ресторана «Прага» мы использовали динамичную цветную подсветку, поскольку это здание вписано в панораму Нового Арбата. Удачно получилась подсветка «Дома полярников» на Никитском бульваре, она нравится жильцам, что нам очень приятно осознавать. Интересная и грустная история произошла с уничтоженным в 2016 году шедевром конструктивизма на Бульварном кольце, зданием Таганской АТС.

Проект подсветки Таганской АТС

Профессиональному сообществу не удалось отстоять здание, несмотря на то, что оно имело несомненную архитектурную ценность. Его снесли законно, но сам закон плох — здание не набрало достаточное количество баллов для того, чтобы получить статус памятника архитектуры, из-за простой пластики фасадов, из-за того, что здание не связанно с каким-либо памятным событием. Московское правительство заказало на это здание подсветку уже после сноса, что нам в общем говорит о качестве управления. Мы сделали проект, получилось такое посвящение уничтоженному зданию.

Подсветка казанского собора, 2005 г.

В 2005 году, проектируя подсветку Казанского собора в Петербурге, мы не были так ограничены в размещении прожекторов. Нам удалось создать цельный образ, подчеркнуть торжественность фронтальной композиции. Эта работа стала одной из визитных карточек компании «Rolling LEDs». Это не только интересный проект архитектурной подсветки, но и один из примеров интереса к светодизайну со стороны крупного бизнеса. Заказчиком этого проекта выступила компания РКС (Российские коммунальные системы), дочка Газпрома и РАО ЕС. Компания имела определённые интересы в Санкт-Петербурге и эта подсветка была ее подарком городу.

Что такое качественная световая среда. Методы и подходы ее формирования

Все архитектурное освещение в Москве отличается чрезмерной, колоссальной яркостью. Везде применяются практически однотипные приборы. Например, улица Мясницкая вся подсвечена практически светодиодными линейками, которые просто приделаны к каждой пилястре, на каждом этаже всех зданий. В этой истории есть свои плюсы — яркий свет дает эффект дематериализации, улица становится ажурной, легкой.

Но фасады зданий огрубляются, меняются, исчезают за ярким светом. Любое из зданий имеет, как минимум, свой цвет, который можно было бы сохранить при искуственном освещении.

То же самое можно сказать про Большую Никитскую, добавив что на ней зачем-то добавлен зеленый цвет, про Тверскую, про все центральные улицы.

На прошлогоднем урбанистическом форуме руководитель Департамента топливно-энергетического хозяйства рассказывал о городском освещении в Москве. Его доклад назывался «Развитие единой светоцветовой среды». Он рассказал, что за шесть лет с 2010 года количество неосвещенных городских территорий сократилось с трех с половиной тысяч раз до нуля, а количество территорий, освещенных по единой концепции увеличилось до шестисот пятидесяти. То есть основной критерий развития этой среды — это увеличение количества свето-точек. К сожалению, чиновники пока не понимают, что качество световой среды выражается не в количестве света.

Николай Иванович Щепетков в своей статье пишет, что феномен света в его первозданном виде не может долго нас выручать, как спасительная соломинка. Архитекторы во многом самоустранились от этой проблемы. До сих пор считается, что освещение это узкоспециализированная область деятельности, что им должны заниматься не специалисты общего профиля, которыми является архитекторы, а светодизайнеры и светотехники. На мой взгляд, архитектор как минимум должен выполнять функции судьи, арбитра.

Итак, что же такое вообще хорошее освещение? Что такое гармоничная световая среда, о который мы говорим? Сначала перечислим самые примитивные ответы. Первый из них состоит в том, что хорошее освещение рождается в результате грамотного применения программ последнего поколения в проектировании, высоких технологий и дорогих устройств в реализации. Использование геоинформационных систем, проектирование в Revit, светодиоды последнего поколения и медиа-системы — весь этот инструментарий сам по себе конечно может гарантировать хорошего результата. Другой ответ — чем больше света, тем лучше. Да, этот ответ неверный, но он достаточно правильный для того, чтобы чтобы чиновнику, который отвечает за освещение, удерживаться в своем кресле. Еще один вариант ответа — качество освещение равно его равномерности. Это такой технократический подход. Но очевидно, что равномерное освещение и хорошее освещение — это не синонимы тоже. И другой вариант — достаточно чтобы освещение соответствовало нормам, СП-52, в которых написано написано сколько люкс должно быть на каком фасаде. Но и этот ответ неправильный, потому что строгое соблюдение норм гарантирует лишь удовлетворительное, но не высокое качество.

Есть противоположный, консервативный подход, основанный на идее, что качественная световая среда прежде всего должна быть экологична.

Чрезмерное количество света — это минус, а не плюс.

Свет должен быть только там, где необходимо — эта идея правильная, но недостаточная для понимания того, что такое хорошая световая среда. Вторая идея, основанная на этом подходе — необходимо устранять световое загрязнение. Это значит, что все световые установки должны светить только строго на объекты освещения, улицы или фасады, не давая рассеянный свет. Поскольку отраженный от поверхностей свет не мощный, такие меры позволят вновь увидить в городах звезды. Это прекрасная мысль, но ее опять же недостаточно для того, чтобы построить концепцию. Наконец, последний критерий, который получается из экологичного консервативного подхода к проблеме — это критерий минимальной трансформации. Естественное освещение существует и ночью — серебряный свет луны, небесное зарево, отраженный свет. Ночной свет обладает своей динамикой и магией. И искуственное освещение должно комбинироваться с этим естественным светом, которого конечно недостаточно для общественных пространств. Такая минимально-трансформируемая световая среда подходит для парков и мест рекреации. Например, это могут быть светлячки вдоль дорожек, которые не дадут сбиться с пути. К сожалению, таких проектов сейчас очень мало — это направление кажется всем малоинтересным.

Природа как эталон для светодизайнера

Итак, у нас нет простых ответов о качестве искуственного освещения. Советскими и русскими архитекторами, в частности Николаем Ивановичем Щепетковым, которого я упоминал, был разработан методологический подход. В его основе деление пространства по функциональному назначению — это могут быть пространства для общения, движения, отдыха. Циркуляция, конгрегация, релаксация — для каждой из этих типологий свой тип и подход к освещению. Один из выводов, которые вытекает из этой концепции — это необходимость цветосветового зонирования, которое облегчает визуальное восприятие информации, информационный обмен в ночное время. Существенно может упростить этот обмен и облегчить его в ночное время разумное цветосветовое зонирование. Например, у нас было предложение обозначить велосипедные дорожки на Крымской набережной аквамариновым (зеленый, красный, синий цвета уже зарезервированы для других целей) светом. Многочисленные функции общественных пространств дают интересный потенциал для развития этой концепции.

Проект цветосветового зонирования. Крымская набережная.

Похожего функционального подхода придерживался Ричард Келли, американский архитектор, которого считают основоположником профессионального светодизайна. Он придумал в 1950-е годы ясную и простую формулу для создания качественного освещения, выделив три основные функции: свет чтобы видеть (общее освещение), свет чтобы увидеть (акцентное освещение), свет чтобы смотреть (декоративное освещение). Общее освещение необходимо лишь для ориентации в пространстве и, возможно, создания фона. Акцентное освещение подчеркивает особенности окружающего пространства и создает иерархию восприятия. Архитектурное освещение — именно акцентное, оно выделяет важные детали и оставляет на втором плане второстепенные. Наконец, декоративное освещение обладает самоценностью — это игра бриллиантов на солнце, которые искрятся, но не слепят. Качественная цветосветовая среда по Келли — та, в которой есть баланс между этими видами света.

Естественная цветосветовая среда.

Я уверен, что светодизайн в ближайшие десятилетия будет развиваться в сторону природной, естественной динамики и спектра. Вспомните картину Игоря Грабаря «Февральская лазурь» — направленный теплый, желтый свет низкого солнца и заполняющий холодный, синий свет неба, фиолетовые тени.

Сиреневая дымка и натриевый свет в нем, контрапункт сиреневого и золотого. В таком освещении нам хорошо, это те самые паттерны, которые сформированы у нас за миллионы лет.
A single golf clap? Or a long standing ovation?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.