Серийные убийства в СССР.

Согласно официальной легенде явление Мосгаза народу было прямо-таки эпохальным, чем-то неслыханным и невиданным в лесах и долах нашей не­объятной Родины. Легенда эта, прямо скажем, сильно лукава. Прежде всего, по­тому, что Ионесян вообще не является серийным убийцей. Кро­ме того, земля русская и советская всегда была богата на такого рода моральных уродов и отщепенцев. 
 
 Владимир Ионесян — это классический грабитель, т.е. преступник, решающийся на отъем материальных ценностей путем вооруженного нападения. Им двигали сугубо меркан­тильные соображения: нанеся жертве несколько ударов то­пором по голове, он бросался к шкафам, даже не проверяя, достигли удары цели или нет. Во время одного из нападений жертва оставалась жива почти 40 минут, Ионесян уже собрался было уходить, когда увидел, что она жива и добил. После другого нападения жертва, получившая 7 ударов топором, выжила и дала следователям прекрасное описание внешно­сти нападавшего. 
 
 Невозможно представить, чтобы подоб­ную небрежность продемонстрировал настоящий серийный убийца, ибо для него жертва — это и есть сам объект посяга­тельства, ради нее он и решается на преступление. Для Ионесяна же человек в квартире был всего лишь помехой на пути к шкафу. 
 
 Нападал он на женщин, детей и стариков; выбор цели диктовался исключительно соображениями ее физической сла­бости и неспособностью оказать сопротивление. Сексуальные предпочтения на этот выбор никак не влияли. Орудовал Ионесян топором.

Топор — это отнюдь не орудие сексуального маньяка, он моментально причиняет тяжелые телесные повреждения с обильным кровотечением, открытыми переломами костей и протяженными рассечениями плоти. В общем, использование подобного оружия исключает всякую игру с перепуганной жертвой и ее обездвиженным телом. 
 
 Между тем “игра с телом” жертвы является для серийного преступника даже важнее по­лового акта. Ни к чему подобному Ионесян интереса не демон­стрировал. Изнасиловал он всего одну из семи жертв — это была крупная 15-летняя девочка-подросток, уже почти сформировав­шаяся женщина. Многие грабители и террористы, пользуясь беззащитностью своих жертв, насилуют их, но от этого они не становятся серийными убийцами и сексуальными маньяками. 
 
 Ионесян был жаден, тащил из ограбленных домов все, что можно, ничем не брезговал: электрический фонарик, несколько облигаций внутреннего займа, две кофты, две авторучки, 70 копе­ек мелочью — такая вот, прямо скажем, небогатая пожива ждала его на одном из мест преступлений. Он вполне тянет на звание простого мелкого жулика, если б только не крушил черепа топо­ром. 
 
 Самый богатый улов Ионесяна — телевизор, вынесенный из квартиры убитой им 8 января 1964 г. 46-летней Марии Ермако­вой. Человека с телевизором, завернутым в простыню, запомнили многие, в том числе и участковый милиционер. Милиционер за­помнил и две цифры из номера грузовой автомашины, на которую Ионесян погрузил свою добычу. Отыскав водителя, сотрудники уголовного розыска быстро установили примерный адрес про­живания преступника. Уже 12 января его арестовали.

Можно ли представить американского серийного убийцу Эдмунда Кемпера с телевизором, прихваченным из дома жертвы для продажи? Или Гэри Риджуэя? Или Андрея Чикатило? Или Анатолия Сливко? Нет, конечно! Потому что эти убийцы руководствовались в своих действиях совсем иными мотивами, нежели тот, ко­торый гнал на преступления сквалыгу Ионесяна. Именно по­этому нет никаких оснований зачислять последнего в ряды серийных убийц. 
 
 Те же, кто упорно записывают этого грабителя с большой дороги в серийники, попросту не понимают сути явления, скрывающегося за словосочетанием “серийная преступность”. Повторяющиеся убийства нескольких человек в схожей манере вовсе не являются основанием для того, чтобы называть преступ­ника “серийным убийцей”, иначе придется считать таковыми и бандитов, и террористов. 
 
 Имелись ли в отечественной истории преступники, похожие своей кровожадностью на Ионесяна? Конечно, и во множестве. Еще во времена императорской России, в последней четверти 19 в., был разоблачен Федор Широколобов, безжалостный грабитель, убивший 26 человек. Были и убийцы, “работавшие под заказ”, сейчас бы таких назвали киллерами. Таковым был, например, Антонов-Балдоха, число жертв которого, признанное судом, составило 11 человек, а на самом деле явно было много больше. 
 
 Уже в начале 20 в., но еще в царское время, прогремел на всю Россию другой безжалостный грабитель и убийца — Александр Самышкин. Во главе банды за 4 месяца 1913 г. этот безжалостный убийца совершил 11 вооруженных грабежей, в ходе которых пострада­ли более 20 человек. Самышкин со своими присными жестоко пытал пленников, жарил их утюгом, ломал ноги кувалдой, резал ножом. Почти все попадавшие в его руки погибали страшной смертью, выжил лишь один человек, получивший тяжелое ране­ние и принятый грабителями за мертвого. 
 
 Примечательно, что освобожденный Февральским переворотом 1917 г. из каторжной тюрьмы, Самышкин с приходом большевиков к власти подался сначала в Красную милицию, а затем в ВЧК, где доблестно бился с “гидрой контрреволюции и интервенции” в Украине. Зигзаг судьбы неслучайный, ведь вся эта каторжанская шушера была для большевиков “классово близкой” прослойкой. В итоге Алек­сандра Самышкина расстреляли сами же чекисты. Знаменитый грабитель провинился перед новой властью отнюдь не патологической жесткостью, которая никому в ЧК в вину не ставилась, а банальной растратой казенных денег. 
 
 Эпические грабители и живодеры после октября 1917г., раз­умеется, никуда не исчезли, а скорее наоборот — расплодились по всей Руси в невиданных доселе количествах. О грабителях 1920–1930-х гг.можно говорить очень много, но для иллю­страции данного тезиса достаточно будет упомянуть о таком феноменальном (и незаслуженно забытом!) бандите, как Егор Башкатов. Этот человек, промышлявший грабежами на про­тяжении 1922–1932 гг., принципиально не оставлял в живых ни одной своей жертвы. 
 
 Начав свои грабежи в возрасте 43 лет и действуя первые годы в одиночку, Егор Иванович Башкатов за 10 лет активной преступной деятельности убил 459 человек (!). Это, пожалуй, своеобразный мировой рекорд. Огромное число погибших от рук Башкатова и его подельников подтверждается записями приходной книги, в которой убийцы отражали по­ступления денег и материальных ценностей в свой «общак». 
 
 По­степенно вокруг удачливого бандита сложилась многочисленная преступная группа, в состав которой помимо главаря входили еще 5 убийц, а также 15 пособников. Последние были заняты тем, что помогали легализовать награбленное — отстирывали одежду погибших, продавали их вещи, держали квартиры-явки. Кроме того, по меньшей мере еще 5 человек знали о преступном промысле банды, но никому об этом не сообщали, т.е. были повинны в недонесении о преступлении. В январе 1932 г. банда Башкатова была разгромлена правоохранительными органами, и все ее участники, виновные в убийствах, были приговорены к “высшей мере социальной защиты” — так в те времена назы­вали смертную казнь через расстрел. 
 
 И после Башкатова по просторам СССР носились многие сотни кровавых убийц и бандитов, чьи руки были обагрены кровью десятков людей. Уже в эпоху “развитого социализма”, т.е. на памяти нынешнего поколения, прогремели на весь Союз братья Самойленко: Дмитрий, Юрий и Валерий, — убившие в период с 6 июля по 30 декабря 1979 г., т.е. за пять с половиной месяцев, 32 человека! 
 
 Таким образом, многоэпизодные преступления, сопряжен­ные с убийствами и насилием над десятками людей, вовсе не были для дореволюционной России и Советского Союза чем-то исключительным. И, как можно заметить, в ряду перечисленных выше “работников ножа и топора”, Ионесян-Мосгаз ничем особенным не выделяется; более того, в этом ряду он занимает, в общем-то, довольно скромное место. Действовал Ионесян предельно тупо, оставляя массу свидетелей, губил людей зазря, за мелочевку, попался из-за скудоумия и жадности, носил­ся с украденным телевизором, как дурень с писаной торбой, за что и поплатился. 
 
 Хотя Ионесяна и причисляют совершенно незаслуженно к серийным убийцам, таковые существовали в СССР и без него. Причем задолго. Тот же Василий Комаров, который считается первым “классическим” серийным убийцей, чье поведение полностью отвечает современным представлениям об этом виде криминальной активности. А действовать он начал еще в 1921 году, то есть за 40 лет до Ионесяна.