Играет артист

Иногда, в определённые дни, когда к нам приходило множество гостей, мы садились за стол. И после торжественного ужина сдвигалась посуда, убирались тарелки. На пустом месте возникала колода карт и объёмистый кувшин с копеечками. Каждый из гостей набирал себе монет — сколько хотел. И начиналась игра…

Да, монеты раздавались свободно. Но каждая монета превращалась в рубль — если игра шла на деньги. А она всегда шла на деньги, даже в том случае, если отец и дядя Миша просто тренировались, перекидываясь в покер. Деньги были святым моментом игры. Без них игра умирала, превращаясь в пустую забаву.

Я не знаю, каким образом отец реагировал на сами деньги. Скорее всего, никак. Они были для него всего лишь средством, но далеко не целью. Если бы он захотел больших денег, он бы их непременно заработал. Но в том-то и дело, что он этого не хотел. И принципиально отказывался от очень больших выигрышей. Его интересовала сама игра — как способ общения с людьми и, между прочим, с их инстинктами. И его интересовал сам выигрыш — как возможность показать свою состоятельность и свою компетентность. Отец был в высшей степени компетентен в этой игре.

Впрочем, он играл и в другие игры. Но постоянно помнил только о покере. О королевском покере — о том, наверное, в который сейчас не особенно играют.

В его игре частенько бывали джокеры. Но чаще их всё-таки не было. Были все возможные фигуры покера. И была возможность быстрого выигрыша. Правда, быстрый выигрыш мало интересовал отца. Он, прежде всего, играл в карты. И потом уже выигрывал или, редко, проигрывал.

Кстати, я помню все его проигрыши. Наверное, всё — какие случались при моей жизни. Их было, действительно, крайне мало. И отец мастерски из этого положения выходил, ссылаясь на своё неважное здоровье. Он попросту прекращал играть. Чувствовал, что проигрывает. И уходил от явно неудачного дня в себя.

Но это было крайне редко — один или два раза за всю жизнь. Чаще он бывал в приподнятом настроении. Много шутил. Хитро посматривал на своих партнёров. И обыгрывал их тоже мастерски, никогда не насмехаясь над проигравшим. Он понимал, что это — игра. И что один в ней оказывается сильнее, а другой слабее. Но это вовсе не означает, что он слабее или сильнее в другом деле. Скажем, в работе.

А вообще, когда играл мой отец, про него говорили — “артист играет”. И это было, действительно, именно так. Играл настоящий артист.

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.