Natalya Poluyanova
Aug 26, 2015 · 12 min read

Василий Лебедев: “Моя ИКРА — моя игра”.

Photo by Natalya Poluyanova, July 2015

Накануне второй международной образовательной конференции по новым образовательным технологиям EdCrunch я решила встретиться с Василием Лебедевым, директором школы интерактивных коммуникаций ИКРА. В этом году школа вступила в ряды организаторов EdCrunch и в понятном цейтноте предстоящего события, я поставила амбициозную цель — пробраться в ИКРУ. Всё удалось: узнать подробности не только о конференции, но и поглубже о самой ИКРЕ и личной философии Василия.

  • Василий, когда Вас лично взволновала сама тема революции в образовании?

Вообще я чувак из бизнеса. Я работал в рекламном агентстве (прим. Red Keds) , мы делали проекты, постоянно участвовали в тендерах и так далее. А меня очень сильно раздражает отстуствие системности в работе. К сожалению, рекламный рынок именно такой, бессистемный. Особенно если мы посмотрим на 2007–2008 год, когда всё делалось быстрей-быстрей. Как раз шла миграция продакшн-рынка с агентским рынком. И появилась такая тема как digital. В тот момент я очень сильно увлёкся креативными методологиями и креативным мышлением. Мне стало интересно, как можно придумывать системно. Как можно поставить творчество для бизнеса на поток, чтобы продукт-мышление и продукт-творчество были предсказуемыми.

Только представьте, у любого креативного директора агентства 100–120 тендеров в год, которые ему необходимо отрабатывать. И без шуток каждые 3 дня вы вместо с командой должны придумывать что-то новое: понимать, фильтровать, защищать это и отпрезентовывать. И если у тебя нет системы, по которой ты всё это придумываешь, то процесс превращается в маленький адочек.

“Мне стало интересно, как можно поставить творчество для бизнеса на поток, чтобы продукт-мышление и продукт-творчество было предсказуемым”.

  • Таким образом вы и начали поиск системы для своей работы?

Да, научный поиск, который начался именно с рабочего вопроса. Потом это стало масштабироваться до того момента, что стало необходимо учить нетолько себя, но и креаторов, копирайтеров, дизайнеров, продюсеров. То есть необходимо же ещё внедрять эти креативные процессы. Возникла идея провести курс небольшой, на котором мы всех будем учить. Так мы провели один, второй курс, и пошло-поехало. В итоге поняли, что нужна своя образовательная методология. Стали вскапывать этот пласт и изучать образовательные технологии…

Шаг за шагом на протяжении последних 6 лет мы стали приходить к тому, что нужно выстраивать новую методологию в творческом мышлении, используя наш багаж в области коммуникаций и рекламы. И оказалось, что для образовательного рынка те компетенции, навыки и тот подход, который у нас есть — он необычен. Он нов и свеж. У нас ведь очень прикладное понимание идеи, понимание того, как можно взаимодействовать с аудиторией…

Стало интересно входить не только в рекламные области, но и во все смежные. Например, в преподавание. Как можно придумать новую методику для преподавания? Как можно придумать новый сервис, новый бизнес, новое помещение, новый автомобиль? Понимаете? И оказалось: то, что мы применяли и строили для рекламы, применимо очень много где.

  • Если говорить об ИКРЕ не как о школе, а именно о бизнесе. Какие технологии Вы используете для роста и продвижения Вашего детища?

Вы удивитесь, но самое главное для развития образовательного бизнеса — это комьюнити. И в первую очередь мы используем всевозможные социальные технологии для выстраивания комьюнити. У нас есть системы менторства, кураторства, трудоустройства. Плюс к этому мы периодически собираем команды выпускников на последующие программы, хакатоны, воркшопы и так далее. Из некоторых выпускников мы делаем преподавателей. Кроме того, ИКРА находится не только в Москве, но и в других городах России. Мы пошли по пути экстенсивного роста и школы ИКРА развиваются в географическом направлении. Поэтому у нас появилась возможность сделать большой пул из преподавателей.

Мы поставили для себя такую цель — стандартизировать инфраструктуру коммуникационную, рекламную. И стали разбираться во всех основных терминах и понятиях, воспитывая во всех регионов выпускников ИКРЫ. Получается, что спустя 6 лет у нас 4000 выпускников, которые работают во всех агентствах и компаниях и начинают говорить на одном языке. Казалось бы такое небольшое, но постоянное воздействие ИКРЫ выстраивает единый язык общения.

То есть любой стратег-выпускник ИКРЫ, который приходит защищать проект в компанию к бренд-менеджеру из ИКРЫ, будет говорить с ним на одном языке, одними терминами. И им будет легче вместе работать на проекте. Именно такие технологии социального конструирования — это вообще самый главный бенефит ИКРЫ. Это то, что мы действительно сумели сделать за все эти годы.

Например, на ИКРЕ одной из основных фишек являются индуктивные методики. То есть мы учим не от теории к практике, а от практики к теории. Ты приходишь, и тебе задают задание. Ты не понимаешь, что тебе делать. Но ты пытаешься сделать. Ошибаешься, начинаешь исправлять эти ошибки и постепенно приходишь к правильному пониманию того, как это нужно было делать. То есть сам постепенно приходишь к теории. На миксе индуктивных методик, командной работы и комьюнити происходит твой рост. То есть вместе с другими такими же сопереживающими ребятами за эти полгода ты вырастаешь в специалиста, который успел поошибаться, поударяться и наглотаться пыли.

  • Падал и поднимался… Но таки взобрался на свою вершину.

Именно так.

“Технологии социального конструирования — это вообще самый главный бенефит ИКРЫ. Это то, что мы действительно сумели сделать за все эти годы”.

  • Раз уж мы затронули тему преподавания, давайте углубимся в эти технологии. Как я понимаю, ещё Вы используете игровые механики в обучении?

Да. Мы используем игрофикацию (тут Василий выносит целую коробку с цветными методическими карточками и игровым полем). Например: Автобиография будущего, Моделирование на сказочных героях, Голосование… Их прям много-много. Фишка в том, что любое занятие — это не лекция, а мероприятие. И одна такая методика — это 15 минут. То есть вы устраиваете себе ивент по 15 минутным отрезкам. Мы вместе с преподавателем садимся и упаковываем эти методики в контент. Условно говоря, у преподавателя есть набор контента, который он хочет рассказать. И мы с ним начинаем, управляя энергией аудитории и тем опытом, который аудитория должна получить от занятия, выстраивать свою методику.

Например, мы всегда начинаем с методики “Когда это не нужно?”. Преподаватель выходит и говорит: “Я вас сейчас буду рассказывать про идеи. Но прежде, расскажите мне, а когда идеи не нужны? В какой работе?”. Это заставляет студентов начать сопереживать материалу. Это всё записывается в сценарий.

Спустя час работы получается готовое упакованное занятие на 3–6 часов. Красным и синим цветом карточек отмечена энергия, которая либо поднимается, либо опускается у аудитории. Плюс здесь указано для какой из частей занятия методика рекомендована (суть, пролог, финал), механика запуска этой методики и её тип: А-анализ, обсуждение и т.п. Вот такая штука, с которой мы упаковываем все занятия с нашими преподавателями. Здорово, весело и интересно.

“Фишка в том, что любое занятие — это не лекция, а мероприятие. И одна такая методика — это 15 минут”.

  • Уже хочу у вас учиться! Неужели Вы никого не привлекали к соразработке конечного продукта? Всё сделали сами?

Да. Это мы прям взяли и сами разработали. Внутри ИКРЫ.

  • Василий, а кто-то ещё “болен” играми также, как и Вы? Из вашей индустрии?

Многие работники рекламы любят игры. Более того очень много интерактивных коммуникаций завязано на игровых механиках. Потому что любое взаимодействие с интерактивным носителем — это всегда определённый опыт, который ты как игрок получаешь. А там, где идёт упорядоченное получение опыта, начинается игра.

  • А как Вы видите будущее образование? Здорово, что ИКРА такая технологичная. Но в большинстве образовательных учреждений продолжают писать мелом и спорить о пользе или вреде внедрения технологий. На тему гаджетов так вообще ведутся ожесточённные споры: забирать или не забирать их у детей?

Я — приверженнец мысли о том, что образование — это не отрезок, а это — путь. Человек, который хочет учиться, учится всю жизнь. И не потому что ему необходимо это сделать с 1 по 10 класс, а потому что ему нравится развиваться. Образование — это вполне себе правильный наркотик для человека. И чем больше ты познаешь, тем больше тебе хочется разузнать всеми возможными способами. Будь то онлайн, офлайн, гаджеты или учебники.

Невозможно отобрать у человека гаджета и заставить его что-то выучить, чтобы просто это выучить. Это совершенно бесполезный процесс, который лишь на время отталкивает человека от обучения. Поэтому мне очень импонировала мысль Александра Нилла о том, что ребёнок, который хочет играть — он должен наиграться. Ему необходимо играть столько, сколько он хочет. И в принципе человеку нужно играть столько, сколько он хочет. Потому что если он не научится свободно жить, свободно играть, свободно учиться и пользоваться гаджетами, вы никогда не сможете его отрегулировать. Вы не сможете отобрать у него гаджет и рассчитывать на то, что он начнёт учиться. Он не будет учиться. Вы заставляете его учить материал, который он не хочет учить.

Да и вообще вопрос не в отбирании. Это вообще не важно. А вопрос в том, как сделать так, чтобы ребёнок захотел учиться. Как выстроить такую экосистему и такую школу, чтобы школа не была для него словом нарицательным. А учитель был — любимым учителем. Чтобы занятия были — не занятия с 8.30 до 15.00, а всё время. В этом смысле я считаю, что и онлайн-образование, и гаджеты, и технологии peer-to-peer — это очень сильные инструменты, чтобы развивать любовь к образованию. Потому что они показывают, каким образование может быть в принципе помимо жестокого учителя, который из-под палки заставляет тебя что-то учить.

“Я — приверженнец мысли о том, что образование — это не отрезок, а это — путь. Человек, который хочет учиться, учится всю жизнь”.

  • То есть это вопрос культуры образования? И того, что образование должно стремиться выстраивать новый формат отношений с учащимися? У вас в ИКРе отлично получается создавать и продвигать свою собственную культуру .

Конечно, это вопрос так называемого фрейма. Фрейм — это набор социальных нормативов, которые человек на себя принимает, находясь в определённых условиях в обществе. Вот вы приходите на ИКРУ и попадаете на определённый фрейм ИКРЫ. Вы понимаете, что здесь можно свободно общаться, не бояться спорить с преподавателем, сесть на пуфик, а не на стул. Здесь необязательно вставать, когда кто-то входит в аудиторию. И в этом фрейме вы чувствуете себя свободно.

Любая образовательная экосистема подталкивает к определённым поведенческим моделям. Поэтому школьник, который начинает забивать на уроки, курить, ругать учителя и всё прочее…Это означает, что человек воспринимает это как норматив этом фрейме. Это звучит парадоксально. Но учитель, который запрещает ребёнку что-то делать в классе, означает лишь то, что это нормально здесь так делать. Потому что все то другие остальные школьные друзья это отобрят. Ты не куришь? Это неправильно. Ты должен курить как твои однокашники. Тогда ты будешь понимать, что это — норматив. А если у тебя нету диктуемых таких запретов и извращённых треков, то они вполне органично формироваться у тебя у самого, так как тебе необходимо познавать мир. Ты как человек, хочешь всегда изучать мир. Тебе любопытно .

“И воспитание этого самого любопытства — это самое прекрасное, что может делать педагог, на мой взгляд. Любой учитель, который не смог воспитать любопытство в учениках, он — несчастен”.

  • То, о чём Вы говорите актуально и особенно ценно для новых поколений — Y, Z и подрастающих Alpha, потребности которых меняются. Что эти “люди будущего” получают лично для себя? И что для Вас главный ИКРа-эффект?

Главный ИКРА-эффект — это, как я уже говорил, комьюнити. То есть ИКРята друг друга подтягивают, понимают и возвращаются в семью. У нас действильно очень семейственная школа. ИКРА-эффект — это когда я говорю: «Ребята, у нас новоселье!», и к нам приходят 300–400 человек. Или когда мой выпускник проходит тендер, к нему приходят все выпускники ИКРы на этот тендер, и они все работают в единой системе. И у них получается хороший результат. Или, например, когда мы проводим в течение года для всего Ростелекома обучение, внедряем им единый креативный процесс, который по всей стране начинает работать. И в системе единых ценностей все сотрудники начинают делать продукт лучше, качественней и быстрей. И всё благодаря методологии, правильному фрейму обучения, снятия барьеров и блокировок в образовании.

  • Вы так ласково называется их ИКРятами и ИКРёнками. Если говорить о корпоративной культуре и команде, то в какую игру Вы сами играете? Каждый проживает эту жизнь по-разному. Для кого-то это квест, для кого-то — вестерн или гонки. Есть ли интересное сравнение?

Для меня — это реалити-шоу. Это очень забавное реалити-шоу, в котором всё время происходят какие-то ситуации. У нас действительно очень развита семейственность и принято обниматься. В культуре компании нет рабочих мест, приходишь и садишься на любое свободное. По сути меня может обозвать кто-то из подчинённых, если я не прав. И это нормально. У нас власть знаний и талантов, а не авторитарная власть. Это сделано для того, чтобы мы могли быстрей делать продукт и решать задачи. У нас мало людей в команде, поэтому нам не нужна жёстко структурированная вертикаль власти. Нас немного и мы хотим жить в дружной семье, в которой возможны достаточно близкие отношения на работе с осозанием того, что мы рубимся за одну миссию ИКРЫ.

Для меня — это реалити-шоу.

У нас действительно очень развита семейственность и принято обниматься.

В культуре компании нет рабочих мест, приходишь и садишься на любое свободное.

  • Значит, в семейной обстановке возможно получать крутые результаты для бизнеса, взявшись крепко за одно дело? И создание жёстких условий работы— иллюзия?

Я просто не могу работать во властных структурах. У меня был опыт работы в парочке таких структур. Там я начинаю вести себя по-бунтарски, ломать всё и выпадаю из этой системы. Отчасти я постарался сделать это для себя такую структуру, в которой комфортно жить и работать. Потому что работа должна доставлять удовольствие. Если ты работаешь и тебе плохо — это несчастливая работа.

“Несчастливая работа — это несчастливая жизнь. Человек очень много работает, и глупо тратить это время на слёзы и страдания. Пусть лучше оно будет тебя вдохновлять и окрылять”.

  • Признаюсь честно, присоединение ИКРЫ к организаторам стало очень ярким. Всё буквально пронизано духом ИКРЫ: сайт, соцсети…

Безусловно, везде, где мы появляемся, оказываем своё влияние в тональности коммуникации. Наверное, за это ИКРУ и любят: мы молодые, дерзкие и динамичные. И вот это своё настроение мы стараемся траслировать. Учитывая, что как раз мы ведём все паблики, делаем пресс-релизы и рассылки, конечно же, везде сквозит наш стиль. Но это всё было бы невозможным без МИСиС и Digital October. Мне кажется, что у нас получилась очень хорошая команда в этот раз. Как хороший band. Знаете, когда есть кто-то на басс-гитаре, кто-то на барабанах, а кто-то — поёт.

  • Чудесная картина. И у вас особенная роль в этом бэнде.

Да, мы — массовики-затейники.

  • Мой последний вопрос о предстоящей конференции EdCrunch. Есть ли уже та персона, чьё выступление Вы особенно ждёте? Какой-то заветный и вдохновляющий спикер?

Вы знаете, в этом году я очень рад, что нам удалось собрать именно такой состав спикеров. У нас действильно получилось позвать практически всех, кого мы хотели. И сделать небывалую вещь — сравнить разные креативные методологии. Так как у многих людей вопросы: “ Что такое дизайн-мышление, ТРИЗ, латеральное мышление…?”. Дай Бог, что в этом году у нас получится это сделать. Я очень жду выступления наших коллег из Hyper Island, очень жду выступление Егора Иванова про “Иннополис”. Я действительно в восторге от той программы, которая получается. И сам с удовольствием буду слушать всех на EdCrunch.

ИКРА — это игра. И здесь действительно играют все: ИКРА-команда, ИКРА-спикеры и, конечно, ИКРята. Трёхэтажное лофтовое пространство, наполненное духом креатива и революции вонзилось в мою евангелистическую душу.

Большое спасибо Василию Лебедеву и Всеволоду Синицину за организованную беседу и уделённое время.

Материал подготовлен специально для просветительского медиа-проекта об образовании Newtonew.

И здесь действительно играют все: ИКРА-команда, ИКРА-спикеры и, конечно, ИКРята.

И немного о предстоящем EdCrunch:

EdCrunch 2015 — это, прежде всего,

МЕСТО ВСТРЕЧИ.

Место встречи всех тех, кто профессионально связан с новыми образовательными технологиями и прогрессивными педагогическими подходами. Для тех, кто готов экспериментировать, находить единомышленников и вдохновляться презентациями спикеров мирового уровня. Для тех, кто интересуется направлением развития образования в мире или просто небезразличен к будущему своих детей и внуков — EdCrunch создает уникальную площадку для общения, взаимодействия и экспериментов.

Конференция EdCrunch призвана объединить всех профессионалов в области образования и евангелистов современных инноваций, которые верят в новые подходы и технологии, способные изменить российскую сферу образования. А если говорить честно, для того, чтобы собрать этих безумных людей в одном месте и положить начало дискуссии о том, как должно выглядеть образование будущего!

Более ста выступлений, пять треков программы, лучшие вузы России и зарубежные мега-спикеры, первая премия в сфере инновационного обучения EdCrunch Award, конкурс инновации в образовании, стартап-аллея ведущих образовательных проектов, воршкопы по геймификации, педагогике и технологиям для тех, кто хочет прокачаться профессионально, два дня уникальной информации и ночь между ними, чтобы успеть обсудить все на свете — это Edcrunch 2015.

Natalya Poluyanova

Written by

Creative Producer Brandme.Agency & Brandme.Academy