Мировое сообщество встревожено
или как манипулируют общественным сознанием и создают пропаганду на Западе

В октябре 2016 года российский авианесущий крейсер Адмирал Кузнецов вошел в территориальные воды Великобритании. Авианосец вместе с другими кораблями направлялся в Сирию. Военные морские силы Соединённого Королевства сопровождали российскую армаду на расстоянии восьми километров. Западная пресса занервничала. Правительству Великобритании задавали вопросы, было ли это проявлением слабости разрешить российским кораблям проходить по этому маршруту. Россию все больше демонизировали и официально объявили угрозой мирному сосуществованию. А «Адмирал Кузнецов» стал символом этой угрозы. Ни один из популярных телеканалов и ни одна из растиражированных газет не сообщили, что авианесущий крейсер у России всего один и работает он на мазуте. В то время, как у США — одиннадцать авианосцев с атомной силовой установкой. Исходя из простого сравнения, у России нет силового преимущества ни по количеству, ни по качеству и угроза, которую она представляет всему миру, явно преувеличена. Но большинство обычных граждан получают информацию только из прессы и сами не замечают, как формируют свое мнение в том направлении, куда их ведут журналисты. Пресса на Западе имеет реальную четвертую власть. Но помимо этого, она также становится инструментом манипуляций и пропаганды. Так как же манипулируют общественным сознанием и создают пропаганду на Западе, там, где есть свобода слова и доступ к альтернативным источникам информации?
Начало
На Западе существует обывательское мнение, что пропаганда родом из Советского Союза. Однако ее истинные родоначальники — британцы. Первая в истории пропагандистская кампания началась во время войны 1914 года. До введения обязательной воинской повинности в 1916 году британская армия формировалась из профессионалов и добровольцев. Чтобы увеличить численность добровольцев, были выпущены агитационные плакаты «Ты нужен своей стране» с военным министром Великобритании Горацием Китчнером. Вторым основателем пропаганды можно назвать американца Эдварда Бернеза, племянника Зигмунда Фрейда. Именно он вывел пропаганду на новый уровень и стал использовать ее не только для нужд войны, но и в мирное время. Бернез решил заменить слово «пропаганда», несущее негативный оттенок из-за военной кампании, на что-то более нейтральное. И он придумал новый термин — PR (англ. Public Relations), в переводе «связи с общественностью».

До 20-х годов прошлого столетия правительство Соединенных Штатов Америки считало, что в эпоху демократии самый лучший подход в общении с народом — рациональный. Дайте публике информацию, дайте факты и люди сами сделают правильные выводы. Однако ужасы Первой мировой войны и революция 1917-го года в России заставили власти США засомневаться в том, насколько человек рационален. Эдвард Бернез, к тому времени изучивший работы Фрейда, еще больше уверился в том, что человек иррационален. Картина, которую нарисовал Фрейд, восхищала и пугала. Фрейду казалось, что люди намного более опаснее, чем он предполагал раньше. Он рассматривал человека как самое дикое и жестокое животное, которое только может существовать. Фрейд утверждал, что подсознательная агрессия человека может легко включиться, когда он находится в толпе. А неконтролируемая масса людей представляет угрозу для правительства. Выводы Фрейда подрывали основной принцип массовой демократии — веру в то, что человек способен принимать рациональные решения. Бернез популяризировал взгляды Фрейда среди интеллектуалов и журналистов США. Убежденные в неоспоримости его идей, интеллигенция призывала пересмотреть что есть демократия. Они уверовали в то, что нужна новая элита, которая могла бы «управлять сбитым с толку стадом».

Шик, блеск, красота
Бернез содействовал популярности не только Фрейда, но и психологии в целом. К ней и обратилось правительство Соединенных Штатов в поисках механизмов управления народом в эпоху демократии. В качестве решения Бернез предложил трансформировать внутренние стимулы человека в желания и удовлетворять их потребительскими товарами. Иначе, верил он, внутренние стимулы могут преобразоваться в агрессию. В 1928 г. президент США Гувер согласился с Бернезом и первым сформулировал идею потребления: «Сотворите людские желания и превратите человека в постоянно движущуюся машину-счастья, которая станет основой экономического успеха». Это и положило начало новой форме демократии, где в центре был потребитель, который не только создает экономику страны, покупая товар, но и c радостью отдается этому процессу. А свободный бизнес перевоплатился в негласный рычаг контроля «неуправляемых масс». Бернез, стоявший во главе этих процессов, научил производителей продавать товар, который в принципе был не нужен людям, создав таким образом новую дисциплину — маркетинг.
Все, что происходит, начиная с 20-х годов прошлого столетия и по сей день, можно охарактеризовать как борьбу двух политических убеждений. Первое — это идея желаний, разрекламированная Бернезом. Ее сторонники считают, что бизнес понимает простого человека лучше, чем политики и развитие свободного капитализма — единственный способ управлять массами во времена демократии. Приверженцы второго течения полагают, что человек рационален, всегда действует в своих интересах и ему можно доверять серьезные государственные решения. По их мнению, люди прежде всего чуткие граждане, а не безрассудные покупатели. Последователем этого движения был Рузвельт, который вскрывал манипуляции бизнесом прессы и призывал граждан анализировать то, что пишут в газетах.
Пока побеждают сторонники первого убеждения. Для создания новых желаний бизнес-корпорации еще глубже изучают психологию человека. «Машины счастья» не подводят и действуют согласно выработанному инстинкту: удовлетворить желание значит купить. А правительство таким образом деполитизируют массы, переключая их внимание исключительно на потребление. Контроль общества над тем, что делает руководство страны, уменьшается. Как только это происходит, политическая власть становится инструментом, который большие бизнес-компании используют для продвижения своих целей. К примеру, правовые нормы, регулирующие пищевую промышленность США, не менялись с 1977 г. В результате пищевые продукты, сделанные в Америке, содержат канцерогенов в 20 раз больше нормы, разрешенной европейским законодательством. С 2006 г. после широкомасштабного исследования Евросоюз постоянно отслеживает и пополняет список химикатов, которые не могут быть использованы в пищевой отрасли. Однако не усовершенствовать законодательство в США выгодно местным бизнесменам — это снижает их расходы при производстве.
Периодически люди восстают против такого положения дел. Так было в 60-х годах прошлого столетия, когда молодежь хотела уйти от культуры массового потребления и выбрала путь индивидуального самопознания. Они верили, что это преобразует их в автономных людей, свободных от социальных условий. Однако, познав себя, человеку стало важно выразить это. Бизнес быстро подстроился к модному течению и запустил продукты, которые помогали самовыражению «нового» человека. Политики и пресса приветствовали это. Они думали (и продолжают думать), что свободный рынок, опирающийся на потребление, и есть новая демократия. Но это все же не демократия, а идеология, созданная корпорациями.

Пусть будет страшно
В 1953 г. СССР провел испытания первой водородной бомбы. Угроза ядерной войны и коммунизма испугала США. Правительство страны решило успокоить своих граждан через прессу, снабдив их инструкциями на случай взрыва. Однако Бернез считал, что со страхом лучше не бороться, а наоборот манипулировать им. Страх — сильное оружие, которое стоит использовать в холодной войне в интересах более высоких целей. Играя на страхе, Бернез свергнул независимое правительство Гватемалы в 50-х годах прошлого столетия. До 1952 г. США полностью контролировали Гватемалу через американскую корпорацию United Fruit Company, известную ныне как Chiquita Brands International. Компания экспортировала бананы из Гватемалы и владела практически всем в этой латиноамериканской стране. Как только в Гватемале в 1950 г. был избран независимый президент Джакобо Арбенц Гузман, захотевший провести реформы и избавить страну от влияния американской компании, правительство США организовало военный переворот. Бернез запустил массивную пропагандистскую кампанию, «вскрывающую» как вместе с новым президентом в Гватемалу проникает коммунизм. Но Арбенц Гузман не был коммунистом. Все, чего он хотел — это построить более сильную и независимую Гватемалу.
Страх остается самым мощным инструментом пропаганды и на сегодняшний день. К моменту проведения референдума о членстве Великобритания в Европейском союзе, стороны «за» и «против» выбрали страх как основу для агитации. Политики, призывавшие остаться в ЕС, приводили множество аргументов на тему того, как упадет экономика, ухудшится уровень жизни и как общество проиграет в социальном и культурном плане. Те, кто хотел выйти из ЕС, пугали картинами неконтролируемой иммиграции. Они описывали ужасы транспортного, медицинского и образовательного коллапса, который обязательно случится из-за огромного количества иммигрантов из ЕС. Предвыборная кампания в США в 2016 г. строилась Трампом и Клинтон практически на одном страхе того, что будет, если выберут не их кандидатуру. Нынешняя пропагандистская активность верхушки Соединенных Штатов в отношении России — нагнетание страха с целью сместить Трампа и переключить фокус от других важных внутренних проблем.

Мы с тобой одной крови: ты и я
Благодаря Бернезу и его последователям, бизнес продолжал использовать психологию для создания более эффективной рекламы. Результаты были настолько хороши, что и журналистика решила применять PR и маркетинговые технологии в своей деятельности. Современное освещение новостей — это не монолог журналиста. Репортажи начинаются с рассказа обычного человека, который попал в гущу событий, и делится своей версией происходящего. Этот человек невольно вызывает доверие у телезрителей, читателей и слушателей, потому что он похож на них. Часто одни и те же события описываются разными людьми, каждый из которых видит проблему под своим углом. Это создает ощущение беспристрастности, ведь зрителям дали возможность посмотреть на ситуацию со всех сторон. Иногда этот метод используется для пропаганды и манипуляций. В последнем случае разговор по-прежнему идет от первого лица, но не предлагается альтернативного мнения или редакция дает больше эфирного времени для освещения той позиции, которую они хотят активно продвинуть. Так было и с недавними парламентскими выборами в Великобритании, когда 75% СМИ писали о Джереми Корбине, кандидате от Лейбористской партии, во враждебном тоне.
Поди туда-не-знаю-куда
«Подмена понятий» — термин, который придумал Джородж Орвелл, чтобы описать, как правительство применяет лингвистический обман в своем общении с народом. К подмене понятий прибегают, когда надо сделать официальное заявление, но при этом говорить по существу не в интересах руководства страны. В ход идут туманные слова, эвфемизмы, профессиональный жаргон. Этот прием впервые начали использовать военные задолго до того, как Орвелл дал этому название. За неопределенными фразами солдаты пытались спрятать ужасы войны. В описаниях современных конфликтов по-прежнему прибегают к подмене понятий и часто жонглируют спортивными метафорами, что превращает войну в заурядное событие. Какие бы слова не употребляли в военном жаргоне, их цель преуменьшить кошмары войны и превратить пролитую кровь в славу. А такие выражения, как «сопутствующий ущерб» — что означает гибель мирных граждан во время бомбовой атаки, — обесценивают многочисленные человеческие жертвы.
Подготовить почву
В странах с демократическим режимом, где правительство выбирается через народное голосование, невозможно правление директивным методом. Все инициативы руководства должны быть подержаны большей частью избирателей. Поэтому, когда власти хотят провести непопулярные решения, в игру вступает особая пропагандистская техника — “подготовить почву”. Ее роль настроить народ на нужный лад и добиться общественного одобрения. Фотографии зверств Вьетнамской войны напугали население США и надолго отбили охоту вступать в вооружённые конфликты. Теперь, чтобы начать военные действия, необходимо подготовить почву, и тут все средства хороши, даже самые нечистоплотные. Одним из примеров такой подготовки являются фальшивые показания кувейтской девушки по имени Наира ас-Сабах (англ. The Nayirah testimony) 10 октября 1990 года перед Конгрессом США. Она рассказала, что, работая в одной из кувейтских больниц, видела «как вооружённые иракские солдаты ворвались в больницу, выбросили из инкубаторов новорождённых детей и оставили их умирать на холодном полу». Ее свидетельство быстро растиражировали. Оно часто цитировалось сенаторами и президентом США Джорджем Бушем. Считается, что слова Наиры ас-Сабах стали одним из оснований для военной поддержки Кувейта в войне в Персидском заливе. Уже после военного вмешательства США в Ирак, выяснилось, что Наира является дочерью кувейтского посла в Соединённых Штатах, а её «показания» были выдуманы PR-агентством для манипуляции общественным мнением.

****
Пропаганда не удел одного политического режима. Ее используют все. Парадоксально, но чтобы понять за что агитирует Запад, нужно обратить внимание на то, как оценивают те же самые события другие страны с сильной культурой пропаганды, такие как Россия и Китай. Правда будет где-то посередине.
При подготовке статьи использовались следующие источники: BBC documentary “The Century of the Self”, The Guardian, The Independent, Wikipedia