Простое человеческое счастье

Некоторые из нас уверены, что жизнь была бы лучше, если бы мы чаще попадали во всякие передряги. Пока ты еще не поколочен сковородкой с отсутствующей яичницей на утро и не оглушен беспомощностью взращённых внутри и выброшенных наружу слов, сложно относиться к сваливающимся на голову приключениям иначе. И мало кому удается отыскать в своем прошлом конкретный момент, когда сознание переключается на более плавный режим электромагнитного притяжения к событиям, выходящим из ряда вон.

Иногда же с нами происходит что-то настолько кошмарное, что вопрос о том, как жить дальше, окончательно теряет свой смысл даже для тех, кто еще не успел его поставить. Со мной такое случилось недавно. После этого я живу тихо, спокойно и только изредка подогреваю себя воспоминаниями, как сегодня.

В общем, у меня тогда оторвался член. Это было настолько поразительно, что я даже руки не опустил. Я вообще-то мямля по натуре, но не в этот раз. Член — это для всех серьезно, без члена мне бы и в личной, и в общественной жизни туго пришлось. «Член же никто не видит, если ходить в штанах», — примерно такие пассажи я бы выслушивал раз в месяц или два в исполнении утешающих голосов близких, из раза в раз опуская все ниже когда-то казавшийся гордым взор (неизвестно еще, хватило бы у меня сил не выдумывать голоса, а найти помощь в реальности).

Совсем не соглашаться с этими милосердными потугами я бы, конечно, не смог. Это бы означало не что иное, как вызывающее поведение, а я, как вы знаете, в спорные, требующие компромисса моменты, обычно преспокойно отступаю. Не могу не отметить только, что писсуаром, к примеру, в моем тогдашнем положении пользоваться было бы стыдно. На медицинском обследовании пришлось бы в срочном порядке что-то придумывать, в сауну с друзьями не сходишь, да и много еще всяких не столь очевидных неудобств в такой неожиданной и исключительной потере.

В любом случае лишиться на всю жизнь женского внимания в таком нежном двадцатилетнем возрасте никак не входило в мои планы, да и от высших существ я ранее не замечал столь грубых насмешек, а потому я тогда взял яйца в кулак и крепко-накрепко их сжал, благо, производить эту и доселе нехитрую операцию теперь стало еще сподручнее.

Острой и с ощутимым налетом пошлости ситуация может показаться, если я открою тот факт, что пропажа обнаружилась в загородном доме моего приятеля на вечеринке, полной народу. Взять себя в руки мне помогло сбалансированное взаимодействие интуиции и логического мышления, нередко выручавшее с самого детства. Примерно три секунды занял процесс подготовки к бегству от стола, совмещенного с кухонным гарнитуром и визуально отделяющего кухню от гостиной (что не мешает двум пространствам сливаться в одно и создавать, таким образом, впечатление простора и молодости, придавая всему дому элегантного лоска).

За этим вот чудным объектом интерьера, благодаря творческой мощи задумки являющимся, на мой взгляд, одним из ультимативных свидетельств превосходства человеческой расы над животным миром, мы пили красное вино с худенькой кареглазой блондинкой, чьи откровенный рот и красиво изогнутой формы плечи вызывали во внутреннем мире моего тела недвусмысленные ощущения, в какой-то момент заставившие задуматься о смене положения собственного достоинства, ощущавшего себя все более стесненно в студии моего прикида стиля casual. К сожалению, просторная одежда в нашем обществе западного типа в большинстве случаев не считается привлекательной (в отличие от просторной кухни-гостиной), а я не являюсь экспертом в области моды, коим необходимо являться, чтобы находить те редкие варианты собственной шкуры, в которых получается гармонично сочетать свободу передвижения и изменения форм всех органов тела с чувством вкуса, особенно ощутимым под пристальными взглядами членов хорошего общества, преобладающих на вечеринках вроде этой.

Короче говоря, я пулей новейшего самонаводящегося оружия полетел в помещение, в той или иной жизненной ситуации выступающее в качестве земли обетованной и ее аналогов даже для самых нестандартных искателей истины. Общим знаменателем математической функции этого безотказного компаса, по-моему, является врожденная или приобретенная интеллигентность. Свои физические муки интеллигент воспринимает лишь в качестве препятствия на пути к совершенству, в то время как неинтеллигентные типажи могут себе позволить не отвлекаться от духовных исканий в силу отсутствия внутреннего убеждения в необходимости тщательного поиска сортира здесь и сейчас. «Наша планета — наш дом. Долой власть репрессивной культуры цивилизации!», — примерно так они обосновывают свои действия, покачиваясь в такт извергающимся из их тел вербальным и невербальным информационным потокам. Честно говоря, тяжело не проникнуться к их категоричной позиции определенной долей симпатии. А если еще честнее, я еще не решил, интеллигент я или нет. В обоих статусах есть свои плюсы и минусы, и их мне еще только предстоит взвесить на чаше социальных весов.

Туалет был не занят. Занят был я. Самым важным занятием из всех, которыми мне когда-либо приходилось заниматься. Пошарив по полу (почему-то я был убежден, что член тут; да, это была не надежда, а именно иррациональная вера в «авось»), я принялся открывать шкафчики над раковиной. Осмотрев всё, в том числе и стиральную машину, я потихоньку начинал паниковать. Последней была стиральная корзина. Перед тем, как заняться исследованием грязного белья моего доброго товарища и его родных, я прибегнул к методу, забытому еще тогда, когда я только становился подростком. Я зажмурил глаза и стал усиленно бить мыслями во внутреннюю поверхность черепушки следующее послание: «Хоть бы там! Хоть бы там!! Хоть бы там!!!». Распалившись не на шутку в ходе этого первобытного обряда, я быстро достиг экстаза, необходимого для обретения настоящей веры в скорое получение того, что просишь. Наверное сыграло свою роль мое предшествующее возбужденное состояние, способствующее успеху такого рода практик древних.

Окрыленный слепой верой, я окунулся в корзину. Моего члена там не было. Зато был надувной шарик, в сдутой форме похожий на веревку. Мне же, последними усилиями воли не дававшему себе расклеиться, разлечься на полу, раскрутиться на нем и забить по кафелю и воздуху руками, этот шарик показался нитью Ариадны, тонким и гибким ключом к отгадке.

Да, я стал надувать неизвестно откуда взявшийся здесь шарик. А что бы вы сделали на моем месте?! Шарик надулся быстро. Приставив его туда, где раньше жил мой дорогой член, с какого-то момента переставший меняться в размере и казавшийся вечным на подвижных просторах моего не то спортивного, не то расхлябанного тела, я убедился в том, что надутый шарик сильно напоминает мою прелесть в приподнятом состоянии.

«Ну что же», — сказал я себе, посидев несколько минут на унитазе с видом созерцающего громаду жизни мыслителя, — «Однако». Вот что я тогда себе сказал. Начиналась новая жизнь.

Show your support

Clapping shows how much you appreciated nvkamitdinov’s story.