Марковичи
Социалист, инженер, литературный критик и редактор по имени Лев Захарович Маркович (р. 1867), его сын, инженер Александр Львович (р. 1892), и жена, переводчик Розалия Марковна (р. 1868 или 1871), жили в той самой квартире 23 на Лахтинской, 20, которую мы купили. Судя по всему, они переехали на Лахтинскую сразу после постройки дома — в домовой книге указано, что прибыли они 9 августа 1910 года — и провели тут всю оставшуюся жизнь.
Необходимый disclaimer. Существенную часть того, что мы знаем о Льве Марковиче, я почерпнул в статье Дмитрия Эльяшевича о Товариществе “Хронос”.
Маркович, по образованию инженер-электрик, прибывает в Петербург, по всей видимости, из Ельца в самом конце XIX века. С 1904 года под псевдонимом Лев Мович он начинает работать литературным критиком в столичных изданиях. Позже в письме литератору и члену редколлегии журнала “Русское богатство” Аркадию Горнфельду он пишет: “Сначала я вел отдел критики (“Летопись”) и библиографии в “Вестнике знания”, где моя жена была секретарем редакции, но мы разошлись потом с редактором и ушли оба из журнала”. Видимо, дает о себе знать склочный характер Марковича.
В справочнике “Весь Петербург” Маркович впервые фигурирует в 1906 году. В этот момент он живет на Ямской, 22, в качестве профессии указывает “электротехник”. В середине 1905 года по тому же адресу он регистрирует издательство “Голос”, которое печатает по большей части социалистическую литературу в едином формате — узкие вытянутые книжечки в бумажной обложке. В “Голосе” вышли три десятка книг, включая “О России” Энгельса, “Социал-демократическая аграрная политика” Каутского, “Справочная книга социалиста” Гуго и Штегмана, “Что такое третье сословие” аббата Сийеса, “Конституции, их история и значение в современном праве” Еллинека, “Новое учение о государстве” Менгера и так далее — короче, актуальная политологическая библиотека. “Голос” издал четыре книги самого Марковича-Мовича — “Права человека и гражданина”, “Стачки рабочих в Западной Европе”, “Война и ее будущее”, “Великое учредительное собрание 1789 года”. Судя по рекламе, с 1906 года издательство “Голос” собиралось издавать одноименный двухнедельный журнал “по вопросам социализма и социалистических движений”, но от планов пришлось отказаться — издательство прекратило свое существование в середине 1906 года.


Перестав быть издателем, Маркович возвращается к публицистике и литературной критике. Его рецензии печатаются в журналах “Новая книга” (1907), “Образование” (1908–1909), “Современный мир” (1908–1915), “Мир” (1908) и других. Впрочем, литературный мир их не очень замечает. Это видно по единичным упоминаниям Мовича в мемуарах и переписке. Поэт-символист Виктор Гофман в письме от 3 сентября 1909 меценату Андрею Шемшурину сообщает: “Лев Мович — какой-то инженер — пишет книгу о русской поэзии и прислал мне в прошлом году письмо” — и ответа, видимо, не дождался. Впрочем, как-то раз он удостоился отповеди и от более известных символистов: Брюсов обиделся на него за то, что Лев Захарович обвинил его и Кузмина в саморекламировании (журнал «Образование», 1909. №№5 и 6).
Помимо заметок в журналах, Маркович пишет книги. Часть его затей заканчивается неудачно: упомянутая Гофманом книга о русской поэзии так и не вышла, сборник трудов датского литературоведа Георга Брандеса, который готовился к печати в издательстве М.В. Пирожкова, тоже. Зато в 1911 году, по заказу товарищества “Просвещение”, которое к тому моменту печатало переводы его супруги, Маркович пишет богато иллюстрированный том, роскошную энциклопедию “Воздухоплавание: Его прошлое и настоящее”. По всей видимости, гонорар за это издание Маркович тратит на следующее свое предприятие — создание издательского товарищества.
История товарищества “Хронос” подробно описана в упомянутой выше статье Дмитрия Эльяшевича. Вкратце история такова. Предприятие в январе 1911 года основывают Лев Маркович-Мович и Давид Черномордиков, старый большевик (в партии с 1905 года), автор первого подпольного сборника революционных песен и первого переложения “Интернационала” для голоса и фортепиано, собиратель, исследователь и издатель еврейского музыкального фольклора, владелец специализированного журнала “Театр”, позже — успешный советский музыкальный функционер, дипломат, директор Московской филармонии. В феврале 1911 года партнеры получают свидетельство на право издания журнала “За 7 дней”. Старшим партнером в официально не зарегистрированном товариществе становится Черномордиков. Он уже тогда был известным критиком, получал солидные гонорары, очевидно, мог себе позволить инвестировать в бизнес значительную сумму. Эльяшевич замечает, что Черномордиков жил тогда на респектабельной Николаевской (Марата), а Маркович — на тихой провинцильной Лахтинской.

Флагман “Хроноса” — журнал “За 7 дней”, либеральный общественно-политический и литературный еженедельник, что-то вроде The New Yorker. Примерно треть издания заполняет Маркович — все новости из рубрик “На родине” и “За границей”, почти всю литературную критику пишет он. Второй литературный критик — видный меньшевик Михаил Неведомский (Миклашевский). Отдел искусства ведет выдающийся театральный и художественный критик, историк балета Андрей Левинсон, который позже стал преподавателем Сорбонны и кавалером ордена Почетного легиона. Музыкой, естественно, заведует Черномордиков. “7 дней” в каждом номере печатает свежие рассказы иностранных авторов, в основном в переводах Розалии Маркович.


Кроме того, “Хронос” издает две серии книг — “Библиотечку “Хроноса”” и “Художественную библиотеку”. Выпуски “Библиотечки” прилагаются к журналу — в ней выходят произведения примерно тех же авторов, что печатаются в самом журнале: Стриндберг, Гессе, Бурже, Цвейг… В “Художественной библиотеке” успевают выйти семь довольно дорогих и хорошо напечатанных книг, каждая из которых посвящена одному художнику: текст Левинсона и им же отобранные 20–25 черно-белых репродукций.

Дела у “Хроноса” поначалу шли хорошо. Тираж “За 7 дней” подскочил до 9000 экземпляров (это много для такого типа изданий), выросла розничная и подписная цена, в еженедельнике много недешевой рекламы.
В 1913 году что-то стало сбоить. С февраля выход номеров стал задерживаться, между компаньонами резко ухудшились отношения. У Марковича возникают денежные претензии к Черномордикову. Лев Захарович намеренно срывает выходы номеров. Дохдит до обращения Марковича в полицию и в коммерческий суд, компаньоны публикуют неприятные открытые письма друг к другу, товарищество распадается.
Черномордиков до конца 1913 года продолжает издавать “За 7 дней”, слегка изменив название. В декабре издание окончательно закрывает цензура. Маркович в сентябре получает разрешение на издание “Жизни за неделю” — с теми же рубриками и такими же литературными приложениями, выпускает три номера, каждый тиражом по 20 000 экземпляров — и бросает это дело.
Отдельно надо рассказать о Розалии Марковне Маркович. Значительную часть книг, которые когда-то издавал “Голос” и “Хронос”, переводила и редактировала именно она. Розалия Маркович, в девичестве Василевская, родилась 28 марта 1871 году в Полтаве в еврейской семье. У нее было три брата: врач, поэт и театральный критик Лев Василевский, журналист и депутат от Полтавы на 1-м Сионистском конгрессе Натан Василевский и Илья Василевский, успешный российский журналист, фельетонист и издатель, больше известный под псевдонимом Не-Буква. До революции Не-Буква издавал сатирическую газету, которая печатала Аркадия Аверченко, Сашу Чёрного, Корнея Чуковского, Куприна, Тэффи и других достойных авторов. Газета двенадцать раз меняла название — её раз за разом закрывала цензура. В 1911 году он короткое время сотрудничал со своим шурином — издавал при товариществе “Хронос” еженедельник “Для всех”, который закрылся через пять месяцев после выхода первого номера. В 1920 году Илья эмигрировал из Одессы в Константинополь, не прижился в эмиграции и в 1923 году вернулся обратно в Россию — печатал книжки, редактировал журнал “Изобретатель”. Илью Василевского арестовали в 1937 году. Он попал в сталинский расстрельный список, был осужден в 1938-м и в тот же день расстрелян.


Розалия Марковна работала очень много — в каталоге “Публички” больше ста переведенных ею книг. Кроме политологических книг “Голоса” и научно-популярной литературы по половому вопросу и проблемам брака, она первой перевела на русский “Венеру в мехах” Захер-Мазоха и новеллы Стефана Цвейга, она переводила Германа Гессе, Генриха Манна, Габриэле Д’Аннунцио, Кнута Гамсуна, Герхарта Гауптмана, Бернарда Шоу и др.
Чем конкретно занимается Маркович в 1914–16 годах, сказать пока сложно. После февральской революции 1917 года Маркович возрождает издательство “Голос” и некоторое сотрудничает с издательским отделом Скобелевского комитета. Комитет этот был создан по инициативе сестры генерала Скобелева в 1904 году, после начала Русско-Японской войны. До революции он собирал с благотворителей и зарабатывал самостоятельно деньги для “для выдачи пособий потерявшим на войне способность к труду воинам”. Издательский отдел Комитета печатал открытки, альбомы и книги. Кинематографический с 1914 года выпускал игровые фильм и снимал всю военную кинохронику. Комитет приветствовал свержение самодержавия, некоторое время находился под контролем меньшевиков и поддерживал временное правительство. В феврале-марте 1918 года решением Наркомпроса он ликвидируется, а все его имущество национализируется.



После окончательной победы большевиков, Маркович, судя по всему, оставляет в прошлом псевдоним Лев Мович, перестает заниматься литературной критикой и издательской деятельностью. Книги его кое-где признаются крамольными. Скажем, в эсэровской газете “Дело народа” от 11 мая 1918 года есть короткая новость о том, что в Вологде с книжных складов изъяли книжки Мовича как “не подлежащие распространению”.

Семейство Марковичей продолжают числиться в справочниках “Весь Петроград” и “Весь Ленинград” как инженеры-электротехники.
Место работы Льва Захаровича пока неизвестно. Впрочем, уже в советское время он издает четыре книги — “Электролампа” (1929), “Аккумуляторы и гальванические элементы” (вместе с сыном, 1929), “Проблемы электротехники” (1930) и “Электрические нагревательные приборы. Производство и эксплоатация” (1936). Кроме того, вместе с сыном они готовят издание “Электрифицированные плакаты” (1931).
Его сын Александр Маркович работает недалеко от дома, в Центральной аккумуляторной лаборатории, созданной в 1924 году на базе бывшего завода “Тюдор”. Ведет научную деятельность, получает патенты на изобретения.
Розалия Марковна умерла 10 декабря 1919 года, о ее смерти заявил ее сын. Последние ее переводы публикуются в 1920 году. По неизвестным причинам она значится во “Всем Ленинграде” за 1926 год.


Лев Маркович-Мович умирает в своей, сильно уплотненной квартире 23 января 1934 года. Александр Львович погиб в блокадном Ленинграде в феврале 1942 года. К тому времени его перевели в соседнюю квартиру 26. Он похоронен на Серафимовском кладбище.
Возможно, детали биографии Марковичей еще удастся немного уточнить. Во-первых, я пока не прочитал дошедшие до нас три письма, которые хранятся в фондах рукописного отдела Пушкинского дома — как минимум здорово будет увидеть почерк своих персонажей, а может и узнать что-то новое. Во-вторых, я надеюсь порыться в ЦГАНТД, в архивах отдела кадров ЦАЛ, чтобы найти Марковича-младшего. Вдруг в его личном деле сохранилась фотография? В-третьих, по совету Дмитрия Эльяшевича, я еще исследую Фонд инспектора по надзору за типографиями и книжной торговлей в ЦГИА и фонд Петербургского цензурного комитета в РГИА. Ну и надо будет еще раз внимательно перечитать домовые книги — они, к сожалению, пока недоступны из-за ремонта в ЦГА на Варфоломеевской.
