Меня увольняли три раза или четыре. Попробую вспомнить

Первый раз был 1998 год. Начальница в Коммерсанте решила, что москвичам и так есть где жить и сократила половину отдела ровно за счет нас – москвичек.

Я страшно обиделась. Особенно когда пришла, а мой пропуск в здание редакции уже не действовал и меня попросту не впустили. Знаю, надо написать, что я пришла забирать вещи или дописывать заметку, чтобы вызвать ваше сочувствие. Но я достаточно взрослая девочка, чтобы не искать сочувствия. Скажу страшную правду – я пришла на массаж. В Коммерсанте был свой спортзал и массажисты, которые собирали спины сотрудников, которые сутки висли на компьютерах.

Я расплакалась, когда уже вышла из здания. Я тогда была слишком гордой, чтобы жаловаться коллегам. Полгода я не могла написать даже маленькую заметку, а потом отпустило.

Второй был примерно через год. После расставания с Коммерсантом с горя я согласилась пойти в Московские Новости. Писать о религии. Как раз хоронили останки царя, если вдруг помните. А у меня вдруг случился роковой роман. Кажется, я никогда больше так не теряла голову. Я просто не вернулась из отпуска) И к мужу первому не вернулась. Для меня ничего не существовало важнее того, кого я скоро должна была потерять. Мне каждая секунда была важна. Помню заявление по собственному желанию я писала задним числом, из вежливости извинялась. Могу добавить «прикидывалась дурочкой», но не буду. пытаться казаться хуже или лучше, чем есть.

Потом – 5 лет назад, кажется, был еще эпизод, но он не считается, ведь я сама ушла. От известного и оч странного заказчика. На прощание он вытворял такое, что я долго хранила скриншоты переписки на всякий случай. Из-за переживаний пропустила концерт The Cure, осталась собирать пазл. Мне нужно было собрать картинку и прожить этот эпизод, чтобы не тащить с собой в будущее ворох переживаний. И вот теперь рекомендую книги товарища по случаю и радуюсь за себя – смогла таки прожить тот урок.

И вот сегодня мой третий раз. Я могу сказать, что мне безразлично, чтобы защитить свою ранимость, но не буду. Скажу, что мне жаль. Объективно вам не нравятся мои тексты, так как нравятся тексты других, более открытых или талантливых, или что-то еще товарищей. Вероятно, я кажусь вам злой на язык особой, которая порхает из страны в страну и издевается. Да, понимаю, и я не лучшего мнения о своей способности говорить неприятные вещи, когда не просят. Такой уж родилась.

Помню на одном семинаре я оказалась в группе с девицей, которая сидела в стороне от всех нога на ногу и вела себя невероятно высокомерно. Другие сторонились и симпатии к ней был минус ноль. Когда она пошла работать и выбрала меня в свои заместители, для меня это не оказалось сюрпризом. Кажется, только я понимала, что ее высокомерие – это защита. И насколько она заносчива, настолько же и ранима. Но наверно, только терапевты, должны различать такие вещи. Остальным нужна доброта и жертвенность. Хотя бы на поверхности.

Ладно) Я азартная, я научусь. Единственное, что делает меня добрее – терапевтическая практика. Я сегодня решила продолжить обучение нарративу и опять буду брать клиентов. Буду учиться доброте. Мне хочется. Приходите коль не боитесь)

И клево, конечно, что старший обнял и сказал «все будет хорошо, мам, я знаю». А обычно я так говорю. А младший сказал «Поехали на море». И мы поехали. Ведь вода все забирает.

А уже в ночи:

– Дорогая, квартира тут без тебя совсем заросла. Ты представляешь, я сегодня сам гладил рубашки?! И даже варил сам пасту из той, что ты тогда привезла. И закажи нам билеты на 19 ноября, раз ты снова свободна… Пиво? Да, пиво пей. От него растет правильная попа, а то, какие-то фотосессии… ты ради них ешь одни овощи… еб..сь оно коням, дорогая раз ты свободна…

Свободна. То, что сегодня кажется, обидной ошибкой, завтра станет частью пазла и я пойму зачем это было.

Show your support

Clapping shows how much you appreciated Olga Solomatina’s story.