30.05.2016

Пропала собака! Такое объявление очень часто можно увидеть в Перми: на рекламных столбах, остановках, в социальных сетях. Любимые питомцы теряются как по вине хозяев, так и становятся жертвой злоумышленников. Но, оказывается, нередко животные страдают от рук представителей власти, да еще и за счет денег налогоплательщиков. Команда пермских зоозащитников при поддержке Пермского правозащитного центра решила разобраться с ситуацией в родном городе.

«Гуманный» отлов животных в Перми

Восстановим хронологию. С 2013 года в г. Перми начала работать новая Целевая программа по регулированию численности безнадзорных собак и кошек. По программе были выделены значительные бюджетные средства на так называемый «гуманный отлов бездомных животных». Ответственным за реализацию программы назначили городское Управление по экологии и природопользованию (начальник — А. Галанова), а главным исполнителем стало МКУ «Пермская городская службы по регулированию численности безнадзорных собак и кошек», или, как ее называют в народе — «муниципальный приют» (директор в 2012–2015 гг. — Г. Ходырева).

Справка: Отлов собак с использованием новых инструментов должен был происходить следующим образом: по плану приюта или по обращению горожанина бригада ловцов выезжает по определенному адресу. Далее ловец, увидев бродячую собаку, стреляет в нее из ружья шприцем, внутри которого находится снотворное вещество. Собака засыпает в течение 10–15 минут, в сонном состоянии загружается в спецмашину и приходит в себя уже в вольере приюта, где она содержится в течение полугода, а затем отдается в частные руки. Если случайно была отловлена собака, имеющая хозяина, он мог приехать в приют забрать ее.

Вроде бы все просто. Но отлов безнадзорных животных в Перми пошел по несколько иному сценарию. В результате у людей начали бесследно пропадать собаки. А после проведенного отлова в муниципальном приюте хозяева их не находили. В пермскую зоозащитную организацию «Снежный барс» подобные жалобы начали поступать чуть ли не каждую неделю.

Осенью 2014 года пермские зоозащитники опросили более десяти жителей центральных микрорайонов города Перми. Выяснилось, что на самом деле сотрудники муниципального приюта не усыпляли, а отстреливали собак «летающими шприцами». После их попадания собака в считанные секунды падала на землю. Далее ее, якобы уснувшую, загружали в спецмашину и после этого никто собаку не видел.

Хозяйка собаки, убитой ловцами муниципального приюта, жительница м-на «Крохалева»:

Хозяйка собаки, пропавшей в ходе отлова, м-н «Крохалева»:

Очевидец о бесследной пропаже собак, м-н «Краснова»:

Поворотный момент в истории наступил в ноябре 2014 года, когда к зоозащитникам обратились жители микрорайона «Заозерье» г. Перми. Они сообщили, что люди в форме сотрудников муниципальной службы по отлову отстреливали собак на территории микрорайона, а «убитые животные лежат за мусорными контейнерами с торчащими огромными шприцами». Зоозащитники оперативно выехали по сообщению и действительно обнаружили мертвую собаку со шприцом в теле.

Шприц извлекли и немедленно передали на экспертизу зав. гидрохимической лаборатории Пермского государственного национального исследовательского университета Дмитрию Наумову. После проведения экспертизы специалист сообщил, что в шприце находился не снотворное, а препарат, идентичный яду «Аделин».

Справка: Шприц, которым производится отлов собак, называется «Летающий инъекционный шприц — шило». Его технические характеристики: Длина: 175 мм Диаметр: 21 мм Масса: 6 г Количество препарата: до 2 мл Дальность полета: до 20 м

Принцип действия яда аделина и его аналогов: при введении всего 1–2 мл препарата собака начинает задыхаться, части тела парализуются, затем она мучительно умирает.

Дмитрий Наумов пояснил, что для обездвиживания крупной собаки необходимо не менее 2,5 мл снотворного препарата, при этом начало действия препарата — от 5 минут. Однако, по сообщениям очевидцев, собаки мгновенно падали от впрыскивания им жидкости только одним «летающим шприцом». Очевидно, что начинкой такого шприца является не снотворное, а сильнодействующий яд.

Поймать ловца

В конце ноября одному из участников расследования удалось снять на скрытую видеокамеру отлов собак сотрудниками муниципального приюта. Как можно заметить на видео, собаки мгновенно падают уже от одного шприца, выпущенного из специального ружья ловцом приюта — впрыскивания не более 2 мл препарата. Это еще раз подтверждает, что начинкой шприцев служит не снотворное.

В марте члены команды расследования разыскали бывшего ловца муниципального приюта. В интервью бывший сотрудник муниципального приюта подтвердил, что городская служба наряду со снотворными препаратами периодически использовала яд «Аделин», а убитых собак ловцы увозили на пермские ямы Беккари.

Справка: Биотермическая яма или яма Беккари — это сооружение для биологического обеззараживания трупов животных (кроме погибших от сибирской язвы).

Куда уходят бюджетные деньги?

В конце 2014 года сомнения зоозащитников в чистоте и законности действий муниципальной службы по отлову животных подтвердились официальными органами. Тогда контрольно-счетная палата г. Перми опубликовала акт проверки деятельности муниципального приюта и пришла к неутешительным выводам.

Акт проверки по реализации ведомственной целевой программы, подготовленный КСП г. Перми

Главное — обнаружилось, что яд «Адилин» закупался и расходовался муниципальной службой наряду со снотворными препаратами. Хотя руководство муниципального приюта и отрицало этот факт.

Контрольно-счетная палата выявила колоссальное количество и других нарушений. Перечислим наиболее злостные. Первое — в 2013 году начальник Управления по экологии А. Галанова заключила без проведения конкурентных процедур 15 муниципальных контрактов из 23.

Второе — сотрудники городской службы по отлову не выполняли требования Регламента по отлову, транспортировке, содержанию и учету безнадзорных собак, нарушая первоочередность «отлова самок, а также агрессивных животных, вызывающих конфликт».

Третье — эвтаназия собак, подозреваемых в бешенстве, зачастую производилась без проведения надлежащих подготовительных мероприятий (анализа на бешенство).

Наконец, руководитель муниципального приюта десять из двенадцати месяцев 2013 года Г. Ходырева получала премию в размере 100% от оклада, а приказом начальника Управления по экологии и природопользованию г. Перми А. Галановой по итогам работы за IV квартал 2013 года Г. Ходыревой была назначена премия в размере 3-х должностных окладов, что никак не соотносится с принципом эффективности бюджетных расходов.

Все эти факты наглядно говорят, что муниципальная служба нередко убивала собак, а не «гуманно отлавливала». Ведь так проще и дешевле. Но это пол беды. Проверка показала, что в муниципальным приюте во всю процветало казнокрадство. А главным его покровителем стало ответственное ведомство Управлением по экологии и природопользованию администрации города Перми и его бессменный руководитель — Антонина Галанова.

Замять дело не удалось. На начальника приюта в то время Галину Ходыреву правоохранительные органы завели уголовное за крупные растраты, совершённые с использованием своего служебного положения. Но как у нас повелось, преступление и наказание для чиновников оказались несовместимы. В ноябре 2015 года Мотовилихинский районный суд приговорил экс-чиновницу к выплате штрафа в размере 480 тыс. рублей. Это всего 4 стандартные премии, которые Ходыревой назначала Галановой чуть ли не каждый месяц.

Галина Ходырева лишилась своей должности. Тогда же стало известно об увольнении ветеринара приюта Федора Сонненберга. В декабре муниципальный приют посетил глава администрации Перми Дмитрий Самойлов. После «испытанного шока» он пообещал новую площадку для приюта, дополнительные средства на содержание животных и смену руководства. Но чтобы не говорилось, а воз и ныне там. Уже больше года приют возглавляет Владимир Ворожцов. Например, в июне прошлого года он заявлял пермским СМИ, что с начала года 221 собака подверглась эвтаназии. А 2 месяца назад пермяки были шокированы еще одним массовым убийством в муниципальном приюте. Пять собак обнаружили мертвыми на территории этого «собачьего ада». Причем убиты они были все тем же летающим шприцом. На это исполняющий обязанности директора приюта Сергей Мамаев (директор Ворожцов в это время был в отпуске) лишь смог нагло заявить, что не стоит делать скоропалительных выводов.

А выводы очевидны! Необоснованные умерщвления собак продолжаются. И это не случайно. Ведь рыба зачастую гниет с головы. И эта голова принадлежит Антонине Галановой, которая продолжила работать на своем неприметном, но очень «доходном» посту дальше, несмотря на увольнения и уголовные дела ее подчиненных.

Организаторы отлова ответили зоозащитникам

Участники расследования решили получить ответ от организаторов “убийственного” отлова животных в г. Перми. Они приняли участие в заседании Пермского патронажного совета зоозащитников с Галановой А.А., начальником Управления по экологии и природопользованию г. Пермь, курирующей деятельность городской службы по отлову собак. Заседание было записано на диктофон.

Из аудиозаписи становится очевидно, что все участники заседания знают об убийственном отлове собак. Представители Управления по экологии и природопользованию сами подтверждают, что в муниципальном приюте мест для содержания отловленных животных нет, поэтому после отлова собак последние мертвыми увозятся на пермские ямы Беккари.

Таким образом, должностные лица, ответственные за реализацию целевой программы по регулированию численности безнадзорных животных, на которую были выделены около 55 миллионов рублей из бюджета, фактически признались в своей некомпетенции и нарушении закона.

На этот момент на руках у зоозащитников уже были показания очевидцев, ловца, аудио и видео доказательства, результаты экспертизы. Но, как показывал опыт прежней борьбы зоозащитников с незаконной деятельностью муниципального приюта, этого могло быть недостаточно для возбуждения уголовного дела.

Полиция и прокуратура молчат

Ирина Безрукова, член команды, ранее инициировала несколько заявлений и жалоб в Управление по экологии и природопользованию, органы внутренних дел, прокуратуру с требованиями прекратить использование яда при отлове собак МКУ «ПГС», сообщить, какими веществами пользуются при отлове, проверить деятельность приюта и т.д.

Однако, ответы на обращения в УЭП содержали отписки, демонстрирующие, что все в рамках закона.

Органы внутренних дел говорили об отсутствии со стороны муниципального приюта нарушения закона.

Ответы в прокуратуру вообще спускались по цепочке ниже, и в результате ответ на жалобу на действия начальника Управления по экологии и природопользованию г. Перми Галановой давала она сама, что, как минимум, нарушает п.6, ст. 8 Федерального закона РФ № 59: “Запрещается направлять жалобу на рассмотрение в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу, решение или действие (бездействие) которых обжалуется”.

Что делать пермякам, когда власть не может защитить?

Результаты общественного расследования зоозащитники изложили в соответствующем и главе администрации г. Перми. На что получили все те же формальные отписки.

Наше обращение в региональную Прокуратуру должностные лица передали Государственной ветеринарной инспекции Пермского края. В официальном письме чиновники методично перечислили все нормы, регулирующие отлов и содержание безнадзорных животных в Прикамье, а проблемные зоны и отмеченные нами нарушения просто оставили без внимания.

К сожалению, жалобы не помогли решить проблему. Но зоозащитники не опускают руки. Впереди не только подача жалоб в вышестоящие государственные органы, но и подготовка полноценной общественной кампании. Нужно придать самую широкую огласку проблемы убийственного отлова собак в г. Перми.

Зоозащитники готовы самостоятельно помогать гражданам, чьи питомцы пострадали от муниципальной службы по отлову бездомных собак. Партнер Пермского регионального правозащитного центра — зоозащитная организация “Снежный барс” — открывает телефонную линию приема жалоб и консультирования населения. Звоните по телефону (8342) 293–42–29. По этому номеру можно также связаться с участниками общественного расследования.

Текст, видео: Николаева Анна

Фото, аудиозапись: Безрукова Ирина