Рождение дочери

Это было 39 лет назад. Мы жили тогда вместе с родителями в селе Старые Кодаки, пригород Днепропетровска, расположено оно в 4-ёх километрах от основного аэропорта города. У моих родителей большая многодетная семья. В то время в доме жили: родители, сестра Лена (преподавала в университете), моя семья (я, жена Люба, сын Сергей — два года), сестра Ирина с мужем Виктором и годовалым сыном Витей, они ночевали в «летней кухне» (отдельный маленький домик во дворе). У моей жены Любы сбился цикл месячных. Когда жена становилась на учёт, врачи считали срок от последних месячных и ошиблись на полтора-два месяца. В больнице решили, что есть угроза прерывания беременности, и уложили жену на сохранение. Люба пролежала в больнице целый месяц, ходить ей особо не разрешали, и «мы сбежали»: я забрал её домой. Дома она пробыла ещё неделю.

Около полуночи у жены начались схватки. Первые роды у неё были стремительными, забирали её из студенческого общежития без меня, жили мы врозь каждый в своей общаге. К тому времени в село была заасфальтирована центральная дорога, был рейсовый автобус от аэропорта в село. Но это было село 70-ых годов. Телефон на всё село был один в правлении отделения совхоза. Конец ноября, дождь, слякоть. Я долго разыскивал-будил сторожа, объяснил причину, позвонил в скорую. «Старые Кодаки? А где это?» Объяснил, как ехать и что встречу на автобусной остановке. Ехать они будут долго, решил сходить домой проинформировать. Дома рассказываю, а на меня как-то странно загадочно смотрят, вроде чего-то ждут. После моего ухода мама подняла Лену, маленького Серёжу переложили в другую комнату. Лена при учёбе в университете по военной кафедре основательно изучала медицину, теорию она знала. А мама была практик без знаний теории, но практик больше в части животных, роды телят, козлят, жеребят она хорошо знала и даже сложные случаи. Но роды детей сама не принимала. Роды и в этот раз были быстрыми. Так что Наташа родилась с помощью своей бабушки и тёти.

Как и положено ребёнку она закричала и плакала вплоть до моего прихода. В 70–80-ые года действовали медицинские протоколы, по которым роженица после родов должна отдохнуть, восстановиться, и ребёнка маме приносили спустя сутки. Новорождённая, мы назвали её Наташей, плакала-возмущалась, требовала еды и общения с мамой. Когда я зашёл в дом, дочь удивительным образом замолчала, почувствовала родственную душу. А моя сестра и моя мама хотели увидеть мою реакцию на крик дочери. Я рассказывал, что вызвал скорую, а они ждали, ну когда же дочь подаст голос? А она молчала, возможно, слушала меня. В конце-концов, терпение их лопнуло, и Лена протянула мне свёрток в пуховой подушке: «У тебя дочь!» Честно говоря, своей реакции я не помню, такое впечатление, что никакой реакции не было, спросил, как прошли роды, как Люба, как ребёнок? «Ну, я пошёл скорую встречать, а то ещё уедут?» И удалился.

Скорая приехала. Но нормальная улица была только одна, заасфальтированная. Водитель побоялся ехать, гарантировать, что можно проехать по нашим улицам после обильного ливня я не мог, старенькая машина на самом деле могла застрять. Врач, когда я сказал, что уже родила, приняла решение идти пешком и посмотреть состояние ребёнка и мамы. Благо, это было близко, в сухую погоду днём минут 5 ходу, метров 300–400. Состояние обеих было удовлетворительным. Приняли решение мою жену отнести на носилках к машине. Я пошёл, разбудил Виктора, мы вдвоём несли Любу, а Лена — самое дорогое на тот момент, свою племянницу, мою дочурку. Благополучно приехали в роддом, туда же, где Люба и лежала. Дежурная в роддоме предложила:

— Может Вам такси вызвать?

— Да, вызовите, пожалуйста.

— А куда везти?

— А давайте в аэропорт, — если назвать село Старые Кодаки, то таксист может вообще отказаться ехать. А так привезёт в аэропорт, даже если откажется в село ехать, то дойду пешком, привычное дело, не в первой.

Таксист приехал и по дороге рассказывает: «Стою у вокзала, сплю. Диспетчер разбудила. Куда ехать — в больницу Мечникова к роддому. Ну, в роддом так в роддом. Куда везти? В аэропорт. Куда? Ты не перепутала?» Таксист довёз в село на остановку.

Но это ещё не конец рассказа. Моя сестра Ирина тоже была в положении. Ночью она не проснулась, продолжала спать. А наутро узнала, что Люба родила девочку. Как мы все решили, что Ирина испугалась. Дело в том, что в те времена никакого УЗИ и в помине не было. И о возможном поле ребёнка мы тогда, естественно, могли только гадать. Мама, как опытная, знающая толк в беременных, по форме живота предсказала мне с Любой мальчика, а Ирине с Виктором — девочку. Формы живота различались. В обеих семьях первенцы были мальчишки: у меня двухлетний Серёжа, а у сестры — годовалый Витуська. Конечно, в обеих семьях хотели дочку. И вот утром Ирина узнаёт, что у нас девочка родилась. Тогда у неё, наверное, будет мальчик, форма же живота разная. Вот она испугалась, и у неё начались схватки. Уже Виктор побежал вызывать скорую. Звонит, называет адрес. Наверное, диспетчер с ночной смены ещё не поменялась. «Как, по этому адресу скорая уже выезжала?» Пришлось объяснять, что у нас по этому адресу маленький такой «колхоз» обитает, и второй роженице тоже время рожать пришло. Ирина рожала около суток, родила девочку, Иринкой назвали. У них с Наташей день разницы в дате рождения.

Среди 14 маминых внуков есть внучка Наташа, которая узнала бабушкины руки в первые минуты своей жизни.

Забавный получился рассказ, весёлый. Вот только, когда я бегал ночью искал телефон, мне было не до смеха. Жаль, можно было воспользоваться случаем и, нарушая медицинские протоколы, Наташу сразу приложить к маминой груди. А ещё сестре Лене запомнились совсем маленькие пальчики Наташи.

Валентин ВЕНТЛЯНД, г. Днепр