ENSSLIN INTERVIEW

Лучше поздно, чем никогда) С опозданием публикую большое интервью с большими энтузиастами из Восточной Сибири — ENSSLIN. Поговорили про их большой тур по стране, свежий альбом, планах на новые горизонты и капитализм)

Qxzine
Qxzine
Jul 27, 2017 · 15 min read

1. Привет, расскажите как образовалась группа? Кто за что отвечает?

Никита: О создании группы, конечно, более подробно поведает Саша. Что же до моего участия в коллективе, скажу, что вкладывать свою лепту в процесс сочинения материала я начал где-то с третьей песни (сочинительством, к слову, в Ensslin занимаются все, у кого есть инструмент). В первых двух треках, которые вышли на одноименных кассетах, я лишь подобрал басовые партии. Так же, я занимался сведением двух наших релизов.

Саша: Помимо игры на гитаре и активного участия в придумке песен, занимаюсь мелкой организационной работой и т.н. связями с общественностью (иногда эту инициативу перехватывает Кристина).

Что касается «создания» или «образования» группы, то выглядело оно следующим образом: После исторического тура Buran’а, осенью 2013ого, я какое-то время околачивался в Спб; шатался по впискам с клетчатым баулом и периодически зависал у своей впитеруехавшей подруги, где у меня была возможность лапать струны принадлежащего ей коричневого стратокастера. Результатом этих небрежных музицирований явилась черновая версия «Melancholy» и финальный рифф для будущей «There’s Nothing Holding Me Down». А когда в начале 2014 года Buran снова приступили к активным репетициям, я робко презентовал свои наработки Володе, после чего он потребовал от меня безотлагательно починать новый коллектив. Впервые мы выступили летом 2014 в Ангарске, вместе с Бесконечной Зимой. Кстати, до того дня последний панк концерт в нашем городе был аж в 2005 году с участием «Вегатива» и «Глазами клоуна» (прикинь, как давно), так что приезд Зимы был для нас очень важным событием. После того шоу к нам присоединился Никита сменив нашу тогдашнюю басистку Дарью, и началась пора плодотворного сочинения материала для будущего Thumbsucker’a, сопровождающаяся нудными поисками вокалистки (женский вокал — был идеей фикс). Примерно через полгода, после одного из концертов в баре «Detroit», я, уже изрядно подрастерявший надежду на то, что мы сможем найти на пустующее место подходящего человека, чисто ради интереса, кинул в эвент мероприятия объяву о поиске вокалистки, прикрепив к ней трек 125, Rue Montmartre. И вдруг на нас, как снег на голову, свалилась Кристина. И по итогам забавного прослушивания, на котором она пела несколько рандомных предложений из местной «джинсовой» газеты, накидывая мелодию на будущую «Realm of fancy», мы утвердили её в качестве нашей новой вокалистки.

Кристина, Саша
Никита, Вова

2. Какие были примерные ориентиры и почему в итоге пришли к данному звучанию? На томском концерте были крутые скримобэки от Сани.

Кристина: Когда я пришла в Ensslin, у нас были общие ориентиры в виде таких групп, как Eldritch Anisette, 125, Rue Montmartre и прочего имо 90х. По манере пения я опираюсь на эти группы, так как вокал у них без налета академичности, такой милый и тёплый, хоть и поют они о серьезных вещах. Что касается текстов, то здесь я не ориентируюсь ни на кого, все спетое — исключительно мой личный опыт. Хотя порой, на написание текста на ту или иную тему, меня вдохновляет художественное кино.

Никита: В свое время мне безумно вперли басовые партии у The Pine и Evergreen! Если же рассматривать «стадионные» группы, то я всегда восхищался песнями коллектива Placebo, классные музыканты, басовая линия — шикарна, хоть и исполняется разными людьми.

Саша: На самых ранних этапах, большое влияние на меня оказал нью-скул хардкор типа Groundwork, Frail, Chokehold и т.п. (отсюда, видимо, и скримо-бэки), однако в тот период, Ensslin представлялась мне скорее некой поп-панк группой, в котором хардкор 90х был пережеван и выплюнут в совершенно ином обличии. Недавняя мода на шугейз так же не обошла меня стороной. Хоть и на расстоянии пройденного опыта, могу с уверенностью сказать, что абсолютное большинство шугейз групп — скучнейшая ссака, некоторые из них, например — ранние Hood, Astrobrite или более модерновые Procession впечатлили меня не на шутку, и от того до сих пор бродят трудноуловимой тенью по нашему саунду.

3. Недавно вышел альбом, расскажите про процесс записи, удалось ли реализовать всё, что было запланировано?

Саша: Вся инструментальная часть была записана лайвом, на, пожалуй, самой приличной (из тех, что подходят для записи гитарной музыки) студии Иркутска. Стараясь уложиться в минимальный бюджет, мы оплатили 5 часовую сессию, но зная по опыту, что после 2–3 часов активной студийной работы, мы будем вялыми как старческий член, решили раскидать студийное время на 2 дня. В перерыве между студией мы слонялись по ночному Иркутску, жрали купленный на последние деньги лаваш с длиннющей соевой сарделькой, вписывались у незнакомого чела, а в семь утра, когда чел отправился на работу, мы, как сирые бичуганы, сдриснули спать в ближайший Сабвей. Романтика!

Удалось ли реализовать запланированное? Да хер его знает! Некоторые огрехи этой записи открылись нам уже post factum, и как мне кажется, коренились они в том, как мы подошли к технической стороне вопроса. Благо мы получили ценный опыт, и теперь знаем, как сделать лучше (в следующий раз).

Никита: На этапе сведения были добавлены некоторые вкусности. Где-то, например, вайб от EQD подсунули. Да, приходится делать это на домашнем ПК! По крайней мере, до тех пор, пока не разжились интересной модуляцией и пространственными эффектами за много денег.

Кристина: Меня записывали в шкафу пару дней. Впрочем, когда делали первую запись в 2015, я простояла лицом в шкаф весь свой день рождения, но было бы глупо жалеть о проведенном с пользой времени.

Саша: Голос, кстати, писался в весьма любопытной атмосфере. Мы организовали импровизированную вокальную будку из плательного шкафа в моей съемной однушке. Сделали все красиво, экран, войлок, конденсаторный микро на стоечке с поп-фильтром, но проблема была в том, что я как раз переезжал, и уже через день должен был полностью освободить жилплощадь. В итоге, оба дня записи вокала прошли на фоне грохота разбирающейся мебели и шуршания картонных коробок, в которые я паковал свои книги, пластинки, шмотки и прочую хрень, возимую мной из квартиры в квартиру в течение нескольких лет. Начали писаться в чистой обжитой комнате, закончили в пустеющем дестрое — забавно.

4. В издание альбома включились несколько лейблов с разных уголков мира, можете немного рассказать о них?

Никита: Шура, зажигай.

Саша: Ох, начну по порядку. Первый кто с нами связался, был Энди из «strictly no capital letters». После выхода первой записи, некий чувак из Англии отписал нам на имэйл кучу респектозов и предложил помощь в случае релиза, тура или любого другого движняка, и мы подумали «Ок, круто». А когда узнали что этот англичанин — Энди из What Price, Wonderland? были невероятно польщены. Особенно лестно было мне и Вовое, так как записи WPW? довольно часто сопровождали наше совместное времяпрепровождение в период между 2009 и 2012. Более того, «sncl» довольно серьезная контора, выпустившая за последний десяток лет целую кучу отличных записей, например, моих любимчиков — The Blue Period и Football, Etc.

Впоследствии, к релизу присоединились Мэтт «Ruined Smile» — душевнейший чувак, издававший белорусскую Ксилему и еще некоторое количество крутых европейских групп и Финн «Rubaiyat Records» — участвовавший в издании второй записи Paper Wounds. Большой неожиданностью для нас был интерес от «Waterslide Records». Этот японский лейбл имеет богатую историю и существует аж с 95ого года. За это время Waterslide выпустил уже более полусотни отличных пластинок, среди них — Boilerman, Snowing и Literature. Что они в нас нашли — бог его знает.

С единственным участвующим в релизе отечественным лейблом — «Polar Summer» у нас отдельная история. С его создателем — калужским партизаном Сашей Синичкиным мы дружим достаточно давно. Санек ещё с первых шагов Lead Rivers Records, его второго (на минуточку, второго!!) действующего лейбла, приноровился опутывать своими сетями почти все более-менее пристойные экземпляры в поле эмоциональной панк-музыки нашей страны. Так что, если ваше имо не залупа конская — Саша вас настигнет и издаст, даже не сомневайтесь. Из нашего личного общения, Санек знал, что мы готовим новую запись, и даже несмотря на то, что я сказал ему что у нас пока вроде все пучком и заморачиваться вовсе не обязательно, Саша, тем не менее, вписался в релиз, вложил бабок и таким образом, стал единоличным дистрибьютором нашей записи в РФ. Кто спрашивал, как можно заказать пластинку Ensslin? — Мониторьте обновления на Polar Summer, она появится там предположительно во второй половине августа.

5. Вы откатали большой тур по России, знаю, что это очень трудоёмкий процесс, что ожидали от тура и что получили?

Саша: Думаю, я не совру, сказав, что существенная доля организационных вопросов рухнула мне на балду этой весной. Ещё за полтора месяца до выезда, на моем, не связанном с музыкой, рабочем столе появилась исчерченная вдоль и поперек карта железных дорог, расписание поездов и автобусов, таблицы с датами, списки контактов, и прочая белиберда, которую я скрупулёзно составлял, планируя маршрут нашего турне. Контача с огромным количеством людей, я крал примерно половину дня на своей официальной работе, фактически выполняя функцию менеджера. В каком-то смысле, я получал мазохистское удовольствие от этой предтуровой суеты и чувствовал себя серьёзным деятелем, даже несмотря на то, что большинству из тех, кому я писал, мы были нужны не более чем секель на пятке. Благо набралось достаточное количество сговорчивых панк-энтузиастов и тур состоялся! Большое вам всем спасибо (вы себя узнаете)!

Никита: Тур — это всегда процесс получения того или иного опыта, лично я оцениваю наши гастроли (ха!) положительно!

Кристина: От тура я ожидала только положительных эмоций и невероятного поднятия духа. Но в итоге получила дикую усталость, в том числе, связок и ушей, потому что каждый день пребывать на концертах, как оказалось, довольно-таки напряжно. Но все равно, это очень крутой опыт! Жаль, что в некоторых городах нельзя было остаться подольше, потому что где-то даже погулять не успевали.

Саша: Должен добавить, что адаптироваться к ритму туровой жизни нам с Володькой было ощутимо проще, чем Кристине и отчасти, Никите. Видимо, сказался тот факт, что жить по-цыгану в затяжном турне для нас уже не впервой. Но, тем не менее, в целом, все ребята держались молодцами, улыбались, бодрились (иногда, даже чересчур), и что самое важное, за всю поездку почти не рамсили друг с другом (кто турил, тот знает, что порой это очень непросто).

Да и потом, я давно открыл для себя тот факт, что мелкий бродяжнический дискомфорт, когда порой тебе приходится омывать прелый гуч в холодной раковине общепита и делить одеяло с двумя товарищами, один из которых, то и дело норовит закинуть на тебя ногу, напевая «гей-скины России — это я и ты», вдохновляет сильнее чем что-либо. Пусть это и лишь моменты, но именно благодаря им, когда на мгновение тебе кажется, что все что у тебя есть — «как у латыша — хуй и душа», ты ощущаешь себя настоящим творцом и осознаешь персональную важность выходящей из твоей головы последовательности нот. Без шуток.

В общем, лично я знал, на что иду и получил ровно то, чего ожидал. Ожидал бури позитивных эмоций, небывалого вдохновения, приятных вечеров, новых знакомств с потрясающими людьми и встреч со старыми друзьями? — Получил! Ожидал одуревшей от постоянного музыкального грохота бошки, нудящей акклиматизации, долгих переездов, пыточных кресел «сидячих вагонов», и рубцов от постылого багажа? — Получил в полной мере и не жалею ни о чем.

6. Какие города и группы отметили в туре?

Никита: Во всех городах было по-своему хорошо! Отдельно выделю Москву. Столица дико порадовала нас гигом, как раз в период пика упаднического настроения в группе, повально свалившегося на всех нас под конец тура. И это несмотря на самые плохие ожидания ввиду того, что ебучий клуб «Ипсилон» прокинул нашего московского организатора Олега в самый последний момент.

Кристина: Я бы отметила Казань, Новосибирск и Саранск. В Казани и Новосибирске я бы с удовольствием осталась жить. В Саранске ну очень гостеприимные ребята! А в Москве нас уболтали сыграть на бис раза 4 к ряду, чего ранее с нашей группой никогда не случалось. Были и не очень удачные концерты, и города, в которых нас почти никто не ждал, но это временно, я думаю. Все-таки хочется надеяться на то, что когда-нибудь нас и там будут ждать так же, как в Москве, например. Хотелось бы отметить группу, с которой мы играли в Казани, во-первых, это единственный эмо-вайоленс, который нам попался во время тура, а во-вторых, у ребят еще и второй проект, где солист играет на трубе — и это звучит очень круто!

Саша: Никич прав, почти везде было по-своему круто. Красноярск запомнился самой многочисленной хоум-пати из всех, на которых я когда-либо присутствовал. Чисто как в мудовом фильме «Американский пирог» только, кажется, без ебли. На пике кутежа, в двушечке бедолаг Полины и Алеши мы насчитали более полусотни галдящих щщей. Томск выкупил экскурсией по городским крышам от Вани и Юли и уже легендарным среди томичей Холл-Баром, где гостеприимный Никитос устроил нам часовую презентацию, кажется, всех виниловых пластинок, числящихся на балансе заведения. Новосиб запомнился, пожалуй, одним из самых профессионально организованных концертов. Леша Хорс был единственным оргом, сотрудничать с которым было невпервой (я выступал на Лешиных гигах аж трижды), и надо сказать, что несколько лет организаторского опыта стали ощущаются даже в логике его мышления. Питер — организация также на высшем уровне, много отличных групп и красивых людей, куча «переехавших», выступал как дома. Омск, Москва порадовали нас безумно теплыми и душевными приемами. В Самаре был очень шебутной (в хорошем смысле слова) организатор Дима, и невероятно крутое место — здоровенный арт-лофт с кучей художественной утвари. Кстати, о местах, Саранск — просто бомба. В этом городе местным ребятам удалось с опорой на панк и диайвай-этику, создать культурное пространство, в формате, интересном не только прожженным субкультурщикам, но и весьма широкой прослойке саранской молодежи. Их «Сикрет-Плэйс» создал очень мощный андеграундный фон, в не самом благоприятном для этого дела месте. Отличный пример для вечноноющих о своей ненужности провинциалов.

И да, из выступавших с нами групп, мои любимцы — Across the Airways, Weieiei, Hobo и Палисад.

7. Есть ли в планах новые горизонты? Может быть другие страны?

Кристина: Нас звали в Англию, даже обещали концерт устроить. Конечно, хочется, но для этого нужны средства, поэтому пока никуда не собираемся.

Никита: Хотелось бы съездить к нашим коллегам с туманного Альбиона, благо сами зовут!

Саша: Забавно и одновременно печально то, что практически все мои поездки за пределы родных деревень связанны с моей музыкальной деятельностью, и соответственно, за границей я не был ни разу в жизни. Естественно, в этой связи я страшно хочу прокатиться с туром по Европе. Но с другой стороны, если взять во внимание опыт европейских турне, добытый моими приятелями из Московских и Питерских групп, российский панк-бэнд для европейской, густоперекормленной этим дерьмом публики, совершенно неинтересен. Как сказал Антон из Paper Wounds: «На вас придет 15 человек, а у сцены будет стоять один крастер и «вот так вот делать» (тут он поднимает согнутые в локтях руки с «козами», опускает голову в понарошечной синеве и начинает в такой позе несуразно топтаться на месте)!».

Так что меня больше привлекают варианты двинуть на менее обкатанный российскими панк-группами восток. Страшно хочу побывать в нашумевшей за последние пару лет Республике Саха. Добираться до них — сплошной геморрой, но черт, вы слышали как валят эти ребята, видели как у них проходят гиги? Япония, Южная Корея — это было бы просто шикарно, и что самое главное, с учетом геолокации Иркутской области, вполне реально и финансово-подъемно. А повторить подвиги наших друзей из Бесконечной зимы и пробздеться туром по Китаю — чем не челлендж? Слыхал, в провинции Гуанчжоу есть отличнейший дрим-поп? В общем, вариантов у нас много, и надеюсь, что хоть один из них, да осуществим.

8. Как на данный момент обстоят дела со сценой в Ангарске и Иркутской области, какие группы можете отметить?

Никита: Панк-сцена в Ангарске? «Тыдаядамыстобой». Есть пара-тройка хороших друзей и знакомых, вот ребята из If I DieTomorrow, например, а так сцена очень немногочисленна.

Саша: Не думаю, что Ангарск обладает какой-то автономной и презентабельной панк-сценой. Да, у нас есть несколько групп, небольшое комьюнити из 20–30 человек, и иногда, мы даже концерты в своем городе устраиваем. Но, тем не менее, вся основная движуха, выражающаяся, что важно, не только в звукоизвлечении, происходит именно в Иркутске. В Ангарске мы сделали что-то типа «рабочего филиала».

Увы, свежих панк-групп в последнее время появилось совсем немного. Новоиспеченные проекты с моим участием я презентовать стесняюсь (надеюсь, скоро сами все услышите), а нахваливать всем известных Сирен Титана и Pretty Horse уже как то неловко (вы их и так знаете). Из новых групп, к которым я не имею никакого отношения, мои любимчики 5 Minutes Break — отличный поп-панк с нетривиальным саундом, отдаленно напоминающим The Bouncing Souls.

“Глотка”, Иркутск.

9. Чем занимаетесь помимо музыки?

Кристина: Я учусь в университете на искусствоведа, занимаюсь фотографией на цифру и плёнку, также, пытаюсь научиться играть на гитаре.

Саша: Полагаю, не стоит лишний раз упоминать о том, что я, как и абсолютное большинство «независимых музыкантов», вынужден предаваться отчужденному труду, дабы с голоду не дать ебуна. Увы, это сжирает гигантское количество времени и сил, а присоединиться к числу 3–4% талантливых счастливчиков, которые сумели воплотить в жизнь до тошноты заезженную фразу и «сделать хобби своей работой» мне пока, к сожалению, не удалось. Увлекаюсь социологией и философией, в настоящий момент учусь в аспирантуре и работаю над диссертацией. Регулярно трачу время на чтение политической публицистики, иногда залипаю в лекции на ютубе, преимущественно, на «гуманитарные» темы. Порой, получаю кайф от всякой оформительской/дизайнерской работы; делаю это на очень любительском уровне, но весьма самозабвенно. А ещё, изредка катаюсь на скейтборде.

Никита: Пашу на заводе (программистом, ха). Похаживаю в спортзал, но без фанатизма.

Саша: Капитализм — дерьмо.

10. Следите за современной музыкой, или вся хорошая музыка уже сыграна в прошлом?

Саша: Разумеется, я ни за что не позволю себе хоть в чем то уподобиться этим старым, перестроечным гикам с куцей, седой волосней на жирном загривке, всерьез считающим, что группа Deep Purple (или Pink Floyd какой-нибудь) — это безоговорочная вершина музыкальной эволюции, а все, что было сделано после — жалкая регрессивная срань. Уверен, вы хоть раз, да встречали этих хмырей тухлодырых. Они частенько работают звукорежиссерами в клубах, барыжат музыкальным оборудованием, держат студии и реп-точки. Я действительно ненавижу этих заскорузлых уебков, и страшно боюсь стать таким, как они. Поэтому я справно слежу за всеми «актуальными трендами» (простите за это мерзопакостное словосочетание) мониторя тематические ресурсы и высекая обновления на бэндкэмп, саундклауд и в социальных сетях. Конечно, впечатлить меня весьма непросто, но такое случается, о да.

Никита: В современном информационном пространстве, музыкального контента настолько много, что даже плотно вцепившись в какие-то конкретные направления, просто нереально за всем уследить. Но все-же, я очень стараюсь отлавливать интересные мне веяния.

Кристина: Стараюсь слушать разные жанры музыки. Хоть я и любитель «трескучего» эмо из 90х, вполне спокойно могу закачать себе с apple music какой-нибудь новый альбом американского рэпера. Я слушаю много современной музыки, и ни в коем случае не считаю, что все хорошее уже сыграно в прошлом. Также я не люблю, когда музыканты копируют кого-то из прошлого или пытаются подражать — это ненужное, как по мне.

Саша: Кстати, нам самим довольно часто предъявляют то, что наша группа напоминает скорее «историческую реконструкцию» американского имо-рока конца прошлого тысячелетия. Да, отчасти нас сильно подъебывает то, что музыка, которая оказывает решающее влияние на то, что мы делаем, была живым и массовым явлением именно в этот период. Однако, я смотрю на данный вопрос несколько иначе: если вдуматься то сегодня панк-рок (в широком смысле) сам по себе является в достаточной степени реликтовой культурой, не родившей за последние 15 лет практически ничего принципиально нового, отличного от всего того, что было сделано ранее. «Современность» мы распознаем лишь по ряду несущественных параметров: темпоральных (альбом датируется не 1981, а 2014 годом), технологических (записан не на бобину через аналоговый пульт, а в компьютер, через цифровой секвенсор) и визуальных (сюда входят различные элементы дизайна обложек, фотографий и даже шмоток на музыкантах). Но достаточно ли этого для того, чтоб называть музыку «современной»? Это все тот же гитарный рок, со все тем же набором мелодических ходов, которые мы лишь перетасовываем в угоду индивидуальным стилистическим предпочтениям, навешивая (если хватит фантазии) различных мелких шалобушек, не меняющих по-сути ничего. Те же яйца, только в профиль. Так какого же рожна делать вид, что мы делаем что то абсолютно новое? Маски сброшены и единственное, что мы можем высрать на этом поле — собрать из небывало богатого набора уже существующих цветных кубиков (спасибо тебе — интернет), что-то, чего в этом информационном мареве хотя-бы не слишком много, что-то не очень пошлое. И да, здесь идет в ход практически все, и шрифты на обложке альбома, и винтажное или наоборот, убер-технолоджис оборудование, и пленочное фото, и усатые щщи бас-гитариста, и модерновые окуляры как у молодого Витаса. Современная культура тем и характерна, что в ней стираются границы между прошлым, настоящим и будущим.

11. Вечный вопрос о выборе языка, несмотря на то что на дворе 2017 год и международным языком в этом мире признан английский, внутри страны всё таки ещё трудно воспринимаются группы поющие на английском, ваше видение этого вопроса?

Кристина: Я, кстати, заметила это, поэтому посчитала нужным поскорее выложить тексты песен на Bandcamp. Публике нравится подпевать, а на каком языке — это не так уж и важно.

Саша: Я был бы не против, если бы Кристина пела на тувинском свои «хозайберген пизда». Язык в подобной музыке для меня очень вторичное явление. Хотя, бесспорно, наладить контакт с публикой и получить хардкор-фидбэк на концертах в России, намного проще группам, поющим именно на русском.

Никита: Считаю, что английский язык легче воспринимается слушателем и звучит гораздо музыкальнее.

12. Ваше послание читателям.

Саша: It’s more like a sausage to you!

Никита: Занимайтесь любимым делом, а то чё как эти…

Qxzine

Written by

Qxzine

From ex youth to you. Punk. vk.com/qxzine

Welcome to a place where words matter. On Medium, smart voices and original ideas take center stage - with no ads in sight. Watch
Follow all the topics you care about, and we’ll deliver the best stories for you to your homepage and inbox. Explore
Get unlimited access to the best stories on Medium — and support writers while you’re at it. Just $5/month. Upgrade